Эмили Гиффин - Жених напрокат

— Ты выглядишь потрясающе, — говорю я, тем самым показывая ему, что все в порядке. В полном порядке.

Платим за парковку и пробираемся через огромную толпу в «Толкхаусе», нашем любимом баре, здороваясь по пути со всеми, кого знаем по Нью-Йорку. Находим Хиллари с бутылкой пива. Она в джинсовых шортах, белой футболке с глубоким вырезом и простых синеньких шлепанцах, в которых Дарси и Клэр ходят разве что к педикюрше. В Хиллари ни на грош претенциозности, и, как всегда, я рада ее видеть.

— Здорово, ребята! — кричит она. — Что так долго?

— На дороге черт знает что, — отвечает Декс. — А потом, разумеется, всем надо было привести себя в порядок.

— Конечно, мы должны были это сделать, — говорит Дарси и оглядывает себя, явно наслаждаясь тем, как она выглядит.

Хиллари уверяет, что пора начинать развлекаться, и заказывает выпивку. Она раздает стаканы, и мы становимся в круг, чтобы выпить всем вместе.

— За самое лучшее наше лето! — провозглашает Дарси, откидывая назад свои длинные, пахнущие кокосовым маслом волосы. Она говорит это каждый год, потому что всегда питает какие-то невероятные надежды, которых я совершенно не разделяю. Но может, на этот раз она окажется права.

Мы пьем; по вкусу это самая настоящая водка. Потом заказывает Декс, и, когда он протягивает мне пиво, наши пальцы соприкасаются. Он нарочно это делает?

— Спасибо, — говорю я.

— Всегда пожалуйста, — бормочет он, заглядывая мне в глаза точно так же, как в машине.

Считаю про себя до трех и отвожу взгляд.

По мере того как мы толкаемся в баре, ловлю себя на том, что наблюдаю за Дексом и Дарси. Видя их рядом, испытываю что-то вроде чувства посягательства на свою собственность. Это не совсем ревность, но нечто близкое к ней. Я замечаю детали, которые раньше проходили мимо моего внимания. Например, что Дарси просовывает четыре пальца ему под ремень. Или что он, стоя позади нее, захватывает рукой ее волосы и приподнимает вверх, делая что-то вроде импровизированного «конского хвоста», прежде чем позволить им вновь рассыпаться по плечам.

А сейчас он склоняется, чтобы что-то ей сказать. Она кивает и улыбается. Мне кажется, он говорит «Я тебя хочу» или что-нибудь в этом духе. Интересно, занимались ли они любовью после случившегося? Разумеется, да. И это меня таинственным образом раздражает. Может быть, так бывает всегда, когда видишь кого-нибудь из своих с другой? Говорю себе, что не имею права ревновать и ставить его в своем любовном списке на первое место.

Пытаюсь сосредоточиться на Маркусе. Топчусь рядом с ним, болтаю, смеюсь его шуткам.

Когда он зовет меня на танец, соглашаюсь без колебаний, иду за ним через переполненный зал. Мы танцуем и смеемся. Мне становится действительно весело, и алкоголь здесь ни при чем. Кто знает? Может, что-нибудь из этого да получится.

— Им до смерти хочется узнать, как прошло наше свидание, — говорит мне на ухо Маркус.

— Откуда ты знаешь?

— Дарси снова допытывалась.

— Правда?

— Ну да.

— Когда?

— Вечером, как только мы приехали.

Я размышляю, а потом спрашиваю:

— Декс что-нибудь говорил?

— Нет, но стоял с ней рядом, и, судя по всему, ему тоже было до чертиков интересно.

— Пусть поволнуются, — игриво говорю я.

— Эти не в меру любопытные сволочи... Не смотри, они на нас глазеют.

Наши лица соприкасаются, и его усы царапают мою щеку. Обнимаю его за плечи и придвигаюсь к нему поближе.

— Ну что ж, — говорю я. — Пусть хотя бы им будет на что поглазеть.

Глава 7

— Так как у тебя дела с Маркусом? — спрашивает меня наутро Хиллари, разгребая кучу шмоток, сваленных возле кровати. Подавляю в себе желание ей помочь.

— Никак, честное слово. — Я встаю и быстро начинаю застилать постель.

— Но перспективы есть? — Она надевает свитер и затягивает пояс на бедрах.

— Быть может.

В прошлом году Хиллари рассталась с Кори, с которым встречалась целых четыре года, — славным, красивым, прямо-таки идеальным парнем. Но ей казалось, что, как бы ни были хороши их отношения, все же они недостаточно замечательны.

— Он не Тот Единственный, — говорила она.

Помню, как Дарси сказала, что после тридцати ей придется пересмотреть свои взгляды — утверждение, которое мы с Хиллари потом склоняли так и этак. Неисправимая, бестактная Дарси. Да, с течением времени я не могу не признать, что Хиллари ошиблась. Ее итог: она стала на год старше и пробавляется коротенькими случайными связями, в то время как, по слухам, ее экс живет в бельэтаже с двадцатитрехлетней студенткой-медичкой, которая как две капли воды похожа на Кэмерон Диас. Хиллари во всеуслышание заявляет, что ей на это плевать. С трудом верю, даже зная ее категоричность! Но во всяком случае, не очень-то она торопится подыскивать замену Кори.

— Всего лишь перспективы развлечься летом или что-то более длительное? — интересуется она, приводя в порядок свои короткие, песочного цвета волосы.

— Не знаю. Может быть, и длительное.

— Ну, вчера вы смотрелись как самая настоящая парочка, — говорит она. — Особенно когда танцевали.

— Неужели? — спрашиваю я, думая, что если мы и в самом деле так смотрелись, то Декс должен был понять, что мир на нем клином не сходится.

Она кивает, находит свою любимую футболку и подо-зрительно нюхает под мышками, а потом бросает мне.

— Чистая? Понюхай.

— Не собираюсь я нюхать твои шмотки. — Я швыряю футболку обратно. — Ты неисправима.

Хиллари смеется и быстро натягивает футболку, очевидно, решив, что она чистая.

— Да-а... Вы так шептались и хихикали... Я была уверена, что ты переберешься на ночь к нему и тогда я получу эту комнату в свое полное распоряжение.

Смеюсь:

— Прости, что разочаровала!

— Его ты разочаровала еще больше.

— Да ну? Он всего лишь пожелал мне спокойной ночи, когда мы вернулись из «Толкхауса». Даже не поцеловал.

Хиллари знает о нашем первом поцелуе с Маркусом.

— Почему?

— Не знаю. Думаю, что мы оба перестраховались. У нас будет еще уйма возможностей наверстать упущенное. Знаешь, ведь он тоже приглашен

на свадьбу. Если события начнут развиваться бурно, может выйти нехорошо.

Судя по всему, она понимает, что я имею в виду. На мгновение мне хочется рассказать Хиллари всю правду о Дексе. Я ей доверяю. Но не решаюсь, понимая, что я-то могу рассказать ей все, но зато потом не заставлю ее забыть. И пока мы живем вместе, буду чувствовать себя еще более неловко, постоянно помня о том, что она в курсе. В любом случае... все закончилось. В самом деле, уже не о чем говорить.