Афера по букве закона (СИ) - Еленина Юлия

— Можно? — спросила я, едва не вывихнув челюсть широкой улыбкой.

— Ну заходи. Что опять?

— Эд, дорогой, мне нужно как-то подобраться к информации Верещагина, — пояснила я.

— Я не могу взломать то, чего нет, по сути. Только изнутри, если подключиться к его серверу. Извне никак.

Это радует. Примерно так я и думала.

— Сейчас я работаю над тем, чтобы заслать шпиона во вражеский стан. О, кстати, а твой друг, который делал моему протеже диплом ГИТИСа, может еще разок подсобить? Думаю, служба безопасности Верещагина будет пробивать новых работников, хотя уборщицу вряд ли станут изучать под микроскопом.

— Ивонна, Ивонна… — Эд покачал головой. — Есть одно устройство, которое надо подключить к серверу, тогда я смогу получить доступ к информации, но мне надо быть близко к устройству.

Вот тут я взгрустнула, потому как вытащить соседа из квартиры нереально. Может, предложить тонированную машину с кондиционером и парой упаковок с пиццей на сидении? А если…

— Я могу быть рядом с устройством.

— Нет, — ответил Эд. — Слишком сложная программа, я ее написал.

— Милый, пожалуйста, — посмотрела я на него глазами кота из «Шрека».

— Я подумаю. Документы кому делать?

— Таньке, сестре моей.

— Тогда жду фото и инфу.

— Спасибо. Ты прелесть.

Я покинула обитель проводов и гениальных мозгов и пошла к себе. Можно начинать операцию «Безумие», или другие приключения неугомонного адвоката. И надо готовиться к тому, что Леша меня убьет. Фигурально, конечно.

Только я переоделась, как раздался звонок в дверь. Счастливые молодожены прошли в квартиру, и пока я делала кофе, Инесса рассказывала мне о прелестях Мальдив. Я там бывала, но не стала прерывать ее — пусть поделится впечатлениями. Зато Ботаник был молчалив и задумчив. Думаю, он уже прокручивал варианты того, почему я вытащила их из отпуска и что пришло мне в голову. Надеюсь, все-таки Леше мой протеже не додумался позвонить.

Когда Инесса закончила щебетать, Ботаник наконец-то спросил:

— Что здесь вообще происходит? Трупы в твоем багажнике, погибшие бармены, Гончаров опять воду мутит…

— А ты, я смотрю, хорошо просвещен.

— Ну, новости там, знакомства в следственном комитете.

Знакомства знакомствами, но уверена, что Леша не особо распускал язык. Решив не зацикливать на этом внимание, я рассказала о событиях последних дней, надеясь, что Ботаник включит свои гениальные мозги и посоветует что-нибудь дельное. Инесса только хлопала глазами и давилась кофе (у всех прямо одинаковая реакция), пока я говорила. Ботаник более сдержанно выражал эмоции — лишь иногда слегка приподнимал бровь. Когда я закончила, он отставил чашку и сказал:

— А ты не преувеличиваешь?

— В смысле? — не поняла я.

— Может, бармена действительно ограбили? И его смерть не имеет к Верещагину никакого отношения? И вся эта… хм, авантюра, получается, выгодна только Гончарову. А я не думаю, что ради него стоит так подставляться.

Рациональное зерно, конечно, в его словах есть, в отличие от моих действий. Да, не зря я его вытащила — здравомыслия как раз и не хватало.

— Можешь назвать это интуицией, но мне кажется, что смерть Романова и та пропавшая тридцать лет назад девушка связаны.

Ботаник задумался, а потом спросил:

— Но при чем здесь Верещагин? Он-то вряд ли связан с той девушкой.

— А он-то не один. Вспомни его телефонный разговор, который я подслушала в ресторане. Кто-то, оставаясь в тени, дергает за ниточки.

— Серый кардинал при царствующей особе? — усмехнулась Инесса. — Вы знаете, это все похоже на очень хороший детектив. А я Верещагина, кстати, знаю, он постоянный посетитель одного из моих салонов.

Как тесен мир…

— Это же прекрасно! — снова воодушевилась я. — Ходит он к одному мастеру?

— Ну, стрижка, маникюр даже делает. В общем, часа два каждый месяц он проводит у нас.

— Значит, нам нужны ловкие руки, чтобы дернуть у него телефон на это время, а потом вернуть обратно.

— Телефон, скорее всего, на пароле, — заметил Ботаник. — Но я бы смог справиться с ним.

— Инесса, — кивнула я, и она меня поняла.

Позвонила в свой салон, и после непродолжительного разговора с администратором узнала, что секретарь Верещагина записала его на стрижку и маникюр через неделю. Долго. Но пока можно заняться чем-то другим.

— А где ты найдешь карманника? — задал Ботаник логичный вопрос.

— Нам, по сути, нужен просто человек с ловкими руками, — начала я. — А у кого могут быть руки ловчее, чем…

— У врача, — понял мысль мой протеже.

— Просто не хотелось бы привлекать левых людей, хотя я и карманника могу найти.

— Тогда звоните Константину Ивановичу.

Я кивнула и потянулась за телефоном. Ох, тут придется совершить налет на вино-водочный отдел, иначе Клеметьев меня пошлет туда, откуда нет выхода.

— Да! — услышала я.

— Костик, как дела?

Видимо, я испортила настроение человеку, раз он громко задышал мне в трубку.

— Ну все как обычно, оцениваю внутренний мир человека.

— У тебя такие золотые руки, — запела я дифирамбы, но Костя меня прервал:

— И что на это раз?

— Скажи, ты сможешь незаметно дернуть телефон своими ловкими пальцами?

— Я могу разрез на виноградине зашить так, чтобы она не лопнула, но это… Ты что удумала? Может, мне позвонить Леше?

— Нет! — заорала я. — Ладно, извини, что побеспокоила.

Не дожидаясь ответа, я положила трубку и чертыхнулась. Зря я попыталась Клементьева впутать в это. Если сдаст, то будет полный… Понятно что.

— Не прокатит? — спросила Инесса.

Черт знает, прокатит или нет. Но, видимо, все-таки не судьба. Я начал мерить шагами комнату, думая, что делать. Ботаник и Инесса молчали, пока я металась из угла в угол, но эти метания прервал звонок в дверь. Да ну нафиг? Неужели Костя так быстро нажаловался Леше?

Не похоже на стиль Клементьева. Так что на пороге, скорее всего… Да, он сам.

— Ну, рассказывай, что ли? — сказал Константин Иванович, проходя в квартиру.

Пришлось в который раз за день повторяться, пока Инесса готовила очередную порцию кофе. Костик единственный, кто не подавился, пока я излагала свои бредовые идеи, но вряд ли он их одобрил, потому что задал тот же вопрос, что и Мажор:

— Ты чокнутая?

Я уже сама начинаю сомневаться в своем психическом здоровье, когда каждый норовит заявить, что я ненормальная.

Пожав плечами, я уставилась на Костика, а он покачал головой:

— Ну, давай попробуем.

Попробовать, конечно, стоило, но тут Клементьев меня огорошил:

— Я говорил уже, что мастер на все руки, но для того, чтобы дернуть телефон, недостаточно ловкости.

— Да, — кивнул Ботаник. — Тем более мы знаем, где Верещагин чаще всего его держит. Кладет на стол, носит в кармане пиджака, в борсетке…

— Ладно, тогда телефон пока оставим, еще неделя до его записи в салон, пока займемся Танькиным трудоустройством, — согласилась я. — Может, у нее получится в офисе все так гладко, что нам и не придется проворачивать авантюру в салоне.

— О, — Костик откидывается на спинку дивана, сцепив руки замком на затылке, — а вот эту часть плана я бы тоже послушал в подробностях, а то ты мне пока изложила только наметки.

— Сдашь Леше? — прищурилась я.

— Ну, зависит от того, что ты мне расскажешь. Хотя ты сама бы могла… — тут Константин Иванович замолчал, покосившись на других гостей.

— Чтобы не повторяться по сто раз, жду тебя на квартире его мамы, — ткнула я пальцем в Ботаника.

— Чего? — охренел бедняга. — Моей мамы? Ты и ее сюда впутала?

— Нет, я ее всего лишь отправила в Таиланд.

Инесса хихикнула тихо, а Костик усмехнулся.

— Обалдеть, — только и смог выдавить мой протеже.

— Там будет наш штаб, — добила я Ботаника окончательно.

— Как ты уговорила-то ее, только Таиландом? — спросила Инесса, кажется, не веря, что я смогла растопить драконье сердце.

— Я еще похвалила ее блинчики.