Афера по букве закона (СИ) - Еленина Юлия

— Не был, — ответил Виктор Семенович, когда мы подошли к секьюрити на входе.

— Михаил Юрьевич нас ждет, — сообщила я, — Ивонна Новакова плюс один.

Пропуски мы получили без проблем, а когда вошли в кабинет, Гончаров долго всматривался в лицо мужчины, пришедшего со мной, пока не сказал:

— Это ты.

Я перебила едва не начавшийся конфликт:

— Выпишите пропуск на Ольгу Сергеевну, фамилию не знаю.

— Это кто? — Михаил Юрьевич не любил не понимать, что происходит вокруг.

— Вы узнаете.

Она приехала через минут десять, и оба охренели, переведя взгляды на нее, хотя до этого сверлили взглядами друг друга. Ну, а мне здесь больше делать нечего. И я бочком-бочком удалилась из кабинета, не забыв сделать ручкой секретарше.

Теперь мой путь лежал обратно к офису Верещагина. Я вошла в ресторан и, заметив Эда и Ботаника за разными столами, заняла третий. Но рядом.

«Как дела?» — написала своему протеже, заказав кофе и блинчики.

«Эд вырубил все, но от Тани пока вестей нет».

«Ждем!»

«Вызывай Верещагина».

Идея дельная. Этим я и занялась, снова дозвонившись до приемной. Секретарша меня уже узнавала по голосу — какая память у человека! И на этот раз связаться со Станиславом Ильичом было проще.

— Ивонна, — мягко ответил он. — Чем обязан?

— Хочу пригласить вас на завтрак. Поверьте, вы не пожалеете.

Все-таки Верещагин был умным человеком. Подумав недолго, он согласился. Пока он шел, я позвонила Климову и, объяснив ситуацию, попросила включить запись разговора.

Станислав Ильич, увидев меня в зале, занял место напротив и спросил:

— У вас остались вопросы?

Я невозмутимо прожевала блинчик и кивнула:

— Да. За что вы убили Никиту Романова?

— Я?

— Или кто-то, кого вы наняли. Если это так, то вы глупы, если сделали ставку только на свою кибербезопасность. И сейчас все файлы передаются в полицию.

Он думал, что я блефовала. Все-таки адвокатская репутация…

— Ивонна, вы не с тем человеком связались.

— Ой, мне постоянно это говорят. Сережа, все получили? — спросила я, посмотрев на телефон.

— То есть ты заслала даже ко мне в офис своих людей? — Верещагин усмехнулся.

— Конечно. Я только могу казаться рыжей дурочкой, которая язвит и ничего в жизни не понимает. Но не надо меня недооценивать. Вы убили Романова, потому что он начал зарываться, только пароля вашего в его телефоне нет. Никита поступил оригинальнее. Пароль в его татуировке. И теперь подобрать варианты не проблема. Сережа, — посмотрела я на телефон, — вы уже здесь? Тогда принимайте.

Эпилог

— Знаешь, Ивонна, а я теперь понимаю Лешу, — похлопал меня по плечу Климов. — С тобой не соскучишься.

— А еще я в постели творю чудеса, — подмигнула я, глядя, как Эд, обходя толпу, пробирается к машине Инессы. — Ладно, Серега, поеду я домой.

— Давай, и так за полицию всю работу сделала. Я позвоню.

Послав ему на прощание воздушный поцелуй, я тоже двинулась к машине и, устроившись на переднем сидении, спросила:

— Ну что, господа хакеры, наша авантюра удалась? И даже Эда из дома вытащили. Так что надо заехать за пиццей, чтобы восстановить его душевное равновесие.

— Очень смешно, — буркнул он.

— Домой? — поинтересовался Ботаник, заводя авто.

— Домой, — кивнула я и повернулась к Эду: — Можешь отследить Лешин телефон?

— Какой из?..

— Обычный.

Открыв крышку ноута, сосед забарабанил пальцами по клавиатуре, а Ботаник заметил:

— Я сегодня пытался до него дозвониться. Безуспешно.

Вот и я пыталась. У Климова даже не стала спрашивать, чем занимался мой благоверный в последнее время, потому что из нашего разговора понятно, что Серега и сам не знает. Но кто-то же должен знать?

— Ничего себе, куда его занесло, — присвистнул Эд через несколько минут.

— Куда? — повернулась я, и сосед развернул экран ко мне. — Краснодар? — удивилась я, глядя на точку. — А почему не мигает?

— Потому что телефон выключен, это последние данные, три часа ночи.

Я ему звонила раньше, но на другой телефон. Он тоже был выключен.

— Ивонна, — сказал Ботаник. — Я понимаю, что тебе не сидится на месте, но не вздумай ничего предпринимать. Уверен, все в порядке.

Только вот интуиция моя пока еще только шептала об обратном. И когда ни через день, ни через два Леша не вышел на связь, я решила обратиться к папе. Он уже включился в рабочий процесс и теперь у меня почти не появлялся.

Машину Серегиными стараниями мне вернули, так что я не звонила папуле, а поехала в офис. Секретарша моя, видимо, основательно подсела на валерьянку, так постоянно бывает, когда в папуле просыпается работник года.

И, конечно, папе нравится не только мой диван, но и мое рабочее кресло. Сейчас он сидел в нем и перебирал документы.

— Решила заняться работой? — спросил он, когда я вошла. — Что, в городе никого не убили?

— Очень смешно, — ответила я. — Леша пропал. Уже как несколько дней.

— Вы же в разводе.

— Папа!

— Ну спроси у него в отделе, может, он в отпуске, укатил на моря. Хотя с ментовской зарплатой вряд ли разгуляешься.

— У него в отделе никто ничего не знает. И развелся он со мной не просто так. У тебя же есть знакомства в полицейских верхах, поузнавай там, а?

Папа отложил документ и уставился на меня.

— Езжай домой, Ивонна, приглашу я сегодня на ужин, плавно перетекающий в пьянку, начальника твоего мента.

— Ты лучший родитель на свете, — отвесила я подхалимский комплимент.

— Иди уже.

Домой я не поехала. Надоело там сидеть. Отправилась к Таньке, предварительно позвонив, потому что с Мажором встречаться не хотелось — не то настроение, чтобы оттачивать на нем сарказм.

У сестрицы я проторчала до вечера, периодически звоня Леше. Но все безрезультатно.

А уже ближе к ночи объявился Ботаник. Причем даже не позвонил, а забарабанил в мою дверь.

— За тобой черти гонятся? — спросила я, открыв.

— А ты точно не в курсе, чем Леша занимался в последнее время?

— Все под грифом «секретно», — развела я руками. — А в чем дело?

Ботаник протянул мне телефон, открыв сообщение с неизвестного номера, и я уставилась на… цифры?

— Это что? И при чем здесь Леша?

— Это код Краснодарского края. А цифры… Черт его знает.

Вот теперь интуиция не шептала, а начала стучать палкой по моей голове.

— Ну что, Иван Андреевич, дело пропавшего мужа объявляется открытым. Звони Костику, я привыкла к тройничкам в расследовании.

Конец