Обожженная изменой. Выбор шейха - Виктория Борисовна Волкова
— Где мы? — оглядываюсь в замешательстве.
— В моих личных покоях, Муниса, — Рашид ложится рядом, целует меня в висок. — Сейчас я тебя немного успокою, и мы поедем к твоему отцу… Уже звонили из больницы. Его дни сочтены. Надо приехать попрощаться. Он уже ждет тебя.
— Да, как скажешь, Рашид, — лепечу, глотая слезы. Кожей, каждым нервом чувствую, как захлопывается мышеловка и щелкает замок.
Вот и все.
— Все будет хорошо, Муниса, — раздвигает мои бедра Рашид. Медленно ласкает, заставляя трепетать. А затем решительно толкается внутрь.
Вскрикиваю. Не от боли. Нет! От разрядки, с каждым выпадом сотрясающей мое тело. Все обошлось. Но внутри все еще каждая клеточка трепещет от страха и ужаса. Не могу до конца поверить. Но кажется, сегодня я избежала большой беды. Непоправимой и трагической.
Глава 16
— Не засыпай. Нам надо собраться, — шепчет Рашид, по привычке укладывая меня к себе на живот. — Сейчас поедем к Абдулу, — поясняет мягко.
— Вместе? — охаю я.
— Ну, конечно, это официальный визит, — довольно усмехается шейх. — Будут журналисты из моего пула. И наверняка подгребет оппозиция.
— Что от меня требуется? — мяукаю жалко, и самой себе противна. Но и сил сопротивляться у меня нет.
Для Рашида я всего лишь кукла. Красивая птичка, которую можно кормить с рук или открутить голову. И ему ничего за это не будет. Никто и никогда не станет искать меня в Реджистане.
Да и кому искать? Коля с Маней.
— От тебя требуется быть красивой и печальной, — стискивает мою грудь Рашид. — И молчать. За тебя все скажут другие. Поняла?
— Да, конечно, — шепчу еле слышно. — Я сделаю все, как ты скажешь, Рашид.
— Правильное решение, — целует меня в нос и первым поднимается с кровати. — Давай, иди первой в ванную, — кивает на дверь, украшенную инкрустацией. — Если пойдем вместе, я за себя не отвечаю. А нам надо торопиться…
— Спасибо, — лепечу тоненько. Залетаю в ванную и всего лишь на короткий миг прислоняюсь спиной к мраморной стене.
Еле-еле справляюсь с острым приступом тошноты. Меня мутит от собственной слабости, от еще не прошедшего приступа страха. От безысходности и отчаяния. От рабской покорности.
Когда я увижу Борика и Ирочку? И смогу ли встретиться с ними, назвать своими детьми и прижать к груди.
«Что ты творишь, Рашид?» — так и хочется закричать в голос.
Вот только голоса у меня нет. И прав никаких тоже. Все решает Рашид. А я — всего лишь кукла. Безмолвная и печальная.
— Муниса, — раздается из-за двери строгий голос. — Стилист и визажист уже пришли. Не заставляй себя ждать.
Бегу в просторную душевую кабину и в ужасе смотрю на полное отсутствие кранов.
— Рашид, — открываю дверь. — Я не пойму…
— Сейчас, — улыбается он. Голый, довольный и очень красивый. Нажимает на какие-то кнопки, вмонтированные в стену, и тут же со всех сторон начинают бить струи воды. — Становись, — командует он. — Я тебя сам помою.
Из ванной мы выпадаем не скоро. Рашид берет меня у стены, потом в позиции догги-стайл на какой-то кушетке. И поднявшись, снова торопит. Словно это я заставила его заниматься любовью.
— Муниса, мы спешим… — надевает мне на плечи свой черный халат с вышитым золотым гербом.
Кутаюсь в шелковистую махровую ткань, пытаюсь не запутаться в длинных полах. Поправляю на голове тюрбан из полотенца и в таком затрапезном виде выхожу к заждавшимся меня женщинам. Они поспешно вскакивают при моем появлении. Кланяются, начинают одновременно тараторить что-то на арабском.
Понимаю через слово и растерянно оглядываюсь на Рашида, стоящего в дверях.
— Будь готова через полчаса, — заявляет он.
— Но мы не успеем, мой господин, — откликается самая смелая девушка.
— Позовите еще кого-нибудь на помощь, — давая понять, что ему все равно, пожимает плечами Рашид. И уходит к себе. А маленькие худенькие женщины начинают сушить мне волосы в четыре руки.
Потом одна крутит мне замысловатые локоны на плойку, а другая наводит черные стрелки, мгновенно превращающие меня в женщину Востока. Подкрашивают губы бледно-розовой густой помадой и помогают надеть обычное с мелким рисунком серое платье в пол и такую же накидку с прорезями для рук и с капюшоном.
Одна из девушек, Лали, подает мне синий платок, когда в комнату входит Рашид. Разглядывает меня с интересом.
— Нет, платок не надо, — морщит нос. — Госпожа Муниса долго жила в Европе. А теперь осчастливила нас своим приездом, — добавляет мягко и, взяв меня за руку, ведет мимо ошарашенных женщин к выходу.
Суетящийся рядом Аким восторженно цокает языком.
— Не смущай Мунису. Лучше вызови нам лифт, — рыкает на него Рашид. И маленький помощник шейха краснеет как ребенок, которого уличили в крупной проделке. И не в силах отвести взгляд, выдыхает обалдело.
— Вы очень красивая, Муниса аль Сансар…
— Не смотри на нее, еще ослепнешь, — смеется Рашид и, не дождавшись лифта, ведет меня пешком во внутренний двор.
А там уже стоят машины с флагами и штандартами монарха.
Двери белого лимузина мгновенно открываются, Рашид, галантный кавалер, помогает мне сесть, и кортеж выезжает из дворца.
— Вот смотри, — показывает Рашид на кованые ворота и стоящие рядом телеги, запряженные ослами, — это рынок. Дальше парк и здание правительства. У нас даже католический собор есть, — кивает на высокий купол с крестом. — Музей палеонтологии, музей камня, художественная галерея, — перечисляет достопримечательности.
А я с ужасом смотрю на узкие тротуары, по которым спешат бедно одетые люди. Многие останавливаются и кланяются проносящемуся мимо кортежу правителя. На перекрестках замирая, толпятся люди и животные. Гужевой транспорт и навьюченные верблюды теснятся в сторонке, а впереди на светофорах стоят дорогущие иномарки и автобусы.
Глаз цепляется за парочку строек и новенькие небоскребы наподобие дубайских.
— Больницу строю, — поясняет Рашид, когда лимузин проносится мимо очередной стройки.
— Жаль, что раньше не ввели в строй, — вздыхает он. — Оборудование к нам только едет. А иначе бы обязательно спасли Абдула.
— Да, конечно, — мямлю, опустив голову. Чувствую странное напряжение. Будто визит к больному старику подведет черту под моей прежней жизнью и откроет новую дверь в другую, совершенно чуждую мне жизнь.
— Все будет хорошо. Ничего не бойся, — успокаивает Рашид, положив ладонь мне на шею. — Я рядом, Муниса. Ситуация полностью под контролем.
«Вот этого я и боюсь. Никуда не спрятаться и не укрыться», — смаргиваю непрошенные слезы.
— В общественных местах ты идешь строго за мной. Постарайся не отставать, — строго выговаривает мне Рашид.
— Хорошо, — киваю я и неожиданно
