Коварный супруг - Катарина Маура

Сиерра кивает и аккуратно ставит свой бокал на мой кофейный столик, а затем садится рядом с Грэмом. Ее бедро касается его бедра, и плечи Грэма расслабляются. Что, черт возьми, здесь происходит? Мой диван достаточно большой, чтобы разместить пять человек, так какого хрена она решила сесть прямо рядом с ним?

Я сажусь в кресло напротив них с ноутбуком и заставляю себя просмотреть все документы, которые я собрал для этого проекта. Я не торопясь рассказываю им, какие аспекты наиболее важны для меня и с какими моя фирма лучше всего справится с точки зрения сильных сторон, но почти невозможно сосредоточиться, когда Грэм обхватывает рукой спинку моего дивана, а его большой палец касается плеча Сиерры.

Какого черта он продолжает это делать? Это неуместно, и я не понимаю, почему она ему это позволяет. Я видел, как она ставила на место бесчисленное количество мужчин, которые вели себя с ней подобным образом, так почему же она не против, чтобы он это делал? Он поворачивает к ней свой ноутбук, чтобы показать ей что-то, когда наступит их очередь определять приоритеты, и она кивает, ее голова слишком близко к его голове.

— Как насчет этого? — спрашивает он, и она наклоняется, чтобы поближе рассмотреть его экран.

— Я не уверена, — говорит она, протягивая руку, чтобы нажать на что-то, а затем кладет руку ему на бедро. Она оставляет ее там, когда начинает читать то, что написано на его экране, и мое сердце болезненно сжимается. Одно дело, когда он прикасается к ней по мелочам, но совсем другое — когда она отвечает ему взаимностью.

Я поднимаюсь на ноги и подхожу к шкафу с напитками, чтобы налить себе стакан виски, хотя бы для того, чтобы было чем занять руки. Я проверил биографию Грэма после того, как увидел их вместе за ужином, и она оказалась безупречно чистой. Хуже того, она выявила глубокие связи между их семьями и их многолетнюю дружбу. Ждала ли она его возвращения домой? Поддерживали ли они связь, пока он жил за границей?

— О, это должно быть дальше по коридору, справа, — слышу я слова Сиерры, и Грэм на мгновение напрягается, прежде чем подняться со своего места и направиться к моей гостевой ванной.

Я опрокидываю свой стакан с виски, когда Сиерра тоже поднимается на ноги, ее глубокие изумрудные глаза полны любопытства, когда она подходит ко мне. — Обычно ты не пьешь, — замечает она, устремив взгляд на мой стакан с виски. — Даже на мероприятиях я очень редко вижу, чтобы ты пил.

Я улыбаюсь про себя, думая о ежемесячных вечерах покера, которые я посещаю с ее братьями и о которых она даже не подозревает. Одной ночи выпивки с братьями Виндзор хватит на целый месяц. — Ты знаешь меня не так хорошо, как тебе кажется, Сиерра.

Она поднимает бровь и ставит свой бокал на стойку в моем шкафчике для спиртного. Я знаю, что не должна задавать вопросы, на которые не хочу получать ответы, но ничего не могу с собой поделать: я делаю шаг вперед и обхватываю ее рукой за талию, притягивая к себе.

— Скажи мне, Котенок... почему, черт возьми, ты позволяешь ему прикасаться к себе?

Она прижимает ладонь к моей груди, ее глаза смотрят на меня. На мгновение я уверен, что она оттолкнет меня, но она просто смотрит на меня, выражение ее лица противоречиво.

— Почему бы и нет? — спрашивает она. — Он милый, и он один из немногих, кто действительно знает меня и любит такой, какая я есть. Думаю, между ними что-то может быть, если я позволю.

— Я думал, ты не хочешь быть ни с кем, пока твоя бабушка не выберет тебе пару, потому что это будет просто пустой тратой времени?

Ее глаза расширяются, и становится ясно, что мне наконец-то удалось по-настоящему шокировать ее.

— Я передумала, — говорит она решительным тоном. — Я не хочу больше ждать. Я собираюсь написать свою собственную историю и выйти замуж за мужчину по своему выбору.

Глава 13

Ксавьер

Я изо всех сил стараюсь быть хитрым, когда вхожу в один из садов на территории обсерватории Зейна, все так же боясь попасться Сиерре на глаза, как и всегда. Годами я скрывал свою дружбу с ее братьями, зная, что она сделает все возможное, чтобы положить этому конец, если поймет, как много я узнаю о ней, участвуя в покерных вечерах.

Не раз братья Виндзор неосознанно давали мне преимущество перед ней и рассказывали бесчисленные истории о ее детстве, которые она точно не хотела бы, чтобы я знал. С годами они стали для меня братьями, и, хотя они не могли этого знать, именно они поддерживали меня, когда отсутствие Валерии стало слишком тяжелым.

Я даже не знаю, как мы стали так близки. В основном это дело рук Диона, но именно Арес продолжал приглашать меня, когда Дион переехал за границу. Даже когда мое соперничество с Сиеррой достигло новых высот, приглашения не прекращались, пока в конце концов в них не отпала необходимость. Интересно, знал ли он, как сильно мне нужны эти ежемесячные вечера покера, видел ли он что-то, чего не видел никто другой?

— Ты опоздал, — говорит Лекс, устанавливая переносной стол, который он придумал для наших покерных вечеров.

— Странно, — замечает Арес. — Обычно ты очень пунктуален.

Зейн смотрит на меня долгим, тяжелым взглядом и вздыхает.

— Виски? — спрашивает он.

Я киваю, и Лука выдвигает для меня стул.

— Что натворила наша сестра на этот раз? — спрашивает он, его сочувственный тон ничуть не уменьшает веселья в его глазах. — Я думал, что вы покончили с вашей маленькой враждой, но этот взгляд в твоих глазах говорит мне, что она снова совершила что-то безумное.

Обычно я рассказываю им о том, какое дерьмо она устроила, опуская некоторые ключевые детали, например, что я сделал, чтобы заслужить это, но сегодня мне не до этого.

— Сомневаюсь, что она что-то сделала, — говорит Лекс, поднося свой телефон к лицу Луки. — Она была слишком занята, разъезжая по городу с Грэмом. Должен сказать, они чертовски хорошо смотрятся вместе.

— Грэм, мать его, Торн, — бормочу я, отхлебывая виски. Сиерра игнорировала все мои звонки и все попытки остаться с ней наедине