Сара О'Брайен - Горячая собственность

Уходя, он попрощался со мной за руку. Я подумала, что произвела на него прекрасное впечатление. Грузчики полностью очистили дом, и я собиралась произвести последнюю ревизию, когда зазвонил мой телефон. Это был Эндрю. Пару лет назад его имя на экране мобильника привело бы меня в трепет и вызвало бы спазмы в желудке. И все это еще до того, как я слышала его голос. А сейчас мне ужасно хотелось швырнуть телефон об стену. Но я этого не сделала, а ответила деловым тоном, как и полагалось бизнесвумен.

— Говорите.

— Привет, Эллен. Я весь день буду в загородном отделении фирмы, но хотел проверить, как у тебя дела. Там все под контролем?

— Ну, здесь больше нет мертвецов, если ты это имеешь в виду, — ответила я, срывая со стены прихожей кусок отсыревших обоев. Я слышала, как внизу грузчики перетаскивали ящики.

— Тебе дадут список объектов в понедельник. Кто-то, я думаю, Молли, хотя она отрицает это, поместил объявление о продаже дома в наше приложение. Уже десять заявок, и это только на понедельник. Многие могут оказаться просто зеваками, которым хочется острых ощущений на месте убийства или что-нибудь в этом роде. Ты сама посмотришь, кто серьезно интересуется покупкой дома. Да, кстати, Райан заказал на завтра уборщиц. Так что к понедельнику все будет о'кей.

Я молчала, продолжая оглядывать помещение. Под лестницей я разглядела дверцу, которую раньше не замечала. Я откинула щеколду и толкнула дверь коленом. Она долго не поддавалась, и, когда наконец распахнулась, я оказалась в темноте.

— Ой! — вскрикнула я, прислонясь к стене.

— Что случилось?

— Ничего. Просто один из грузчиков споткнулся, — солгала я.

Я снова уставилась в темноту и увидела пару зеленых светящихся глаз, устремленных на меня.

— Ай!

— Эллен! Что там происходит? Мне приехать? Я буду через минуту.

— Все нормально, сколько раз тебе говорить. Н-о-р-м-а-ль-н-о, понятно?

Я подошла к двери, чтобы попросить грузчиков забрать предмет со светящимися глазами — который, как я полагала, был большой фарфоровой кошкой.

— Я говорил с Райаном, и он более чем готов взять у тебя Хонан Террас. Так что, прежде чем ты опять взорвешься, подумай. Я знаю, что ты уже сказала, что все в порядке, но тебе может быть трудно… Придется быть одной в этом доме, и все такое.

Тогда я вышла из себя и закричала в трубку:

— Ты отдал Райану мой дом, Эндрю, да, мой дом. А помнишь фотографию, которую я сделала с тебя, одетым только в ремень? Клянусь Богом, я увеличу ее и развешу по всему офису в девять часов утра в понедельник.

Но я уже говорила с самой собой. Эндрю повесил трубку, сволочь такая.

Я начала вслух ругаться, но вспомнила про грузчиков и про фарфоровую кошку. Открыв парадную дверь, я выскочила на улицу и побежала по мощеной мостовой. Я еще не успела увидеть фургон, поворачивающий за угол. Он был еще так близко, что я разглядела надпись на кузове: «Шемрок: грузоперевозки и хранение багажа». Я побежала за ним, размахивая руками, и грузчики тоже помахали мне рукой и включили сирену. Не остановились.

Я в ярости пританцовывала на дороге. Это все вина проклятого Эндрю. А теперь из-за него мне надо было вернуться в дом. Одной. В нем стояла зловещая тишина. Я оставила дверь широко открытой и начала громко петь, вытаскивая из-под лестницы дурацкую кошку. Но звук моего голоса только делал это место еще более пугающе тихим.

Я бросила кошку в багажник машины. Теперь мне предстояло совершить поездку в «Шемрок». Это все вина Эндрю — он меня задержал. Как будто у меня и без того не было миллиона дел. Залезая на водительское сиденье, я старалась не смотреть на мою розовую машину. Когда я заводила ее, зазвонил телефон. На экране высветилось имя Индии.

— Привет, Индия.

Я бросила взгляд на Хонан Террас. У меня не будет проблем с его продажей, если только мне не придется идти туда одной. Господи, может быть, в конце концов, Эндрю прав.

— Привет, Эллен, я сто лет пытаюсь с тобой связаться. Как ты себя чувствуешь после всего?

— Прекрасно, Индия, правда же, превосходно. А что у тебя? Есть новости?

— Нет, я только хотела напомнить тебе о воскресенье. Ты не забыла о нем, а? Заезжай сначала за Руфью, она всегда опаздывает. А я в ожидании тебя повожусь с моим платьем. Ты купила подарок?

Я забыла все на свете. Но подарок — это важно. Какой еще подарок? Я решила промолчать и дать ей поговорить еще. Мудрое решение.

— Я купила Руфь шарф фирмы Hermes полгода назад. Я поняла, что это как раз то, что ей нужно в тот момент, когда его увидала. А никогда нельзя купить то, что хочешь, в последний момент, правда? А еще я три месяца назад заказала столик в «Тоску» на воскресенье, что было очень непросто. Руфь будет рада. Но я все это сообщила тебе вчера вечером. Я оставила подробное послание на твоем телефоне.

О, Господи, день рождения Руфи, я совсем забыла! Но ничего, у меня еще целых два дня для того, чтобы купить ей отличный подарок. А пока надо было притвориться, что я все прекрасно помню.

— Отлично. Так что, Инд, я заеду за тобой, сейчас моя очередь катать вас. До встречи. — Я поехала обратно в офис на моей розовой машине, ощущая на себе взгляды людей. Если хотите, чтобы вас заметили, забудьте об открытых автомобилях, или «феррари», или силиконовых имплантантах. Просто купите себе ярко-розовую «хонду».

Я работала без перерыва до шести часов и сумела заполучить еще одно предложение по Хейзелдину. Я была усталой и голодной. Но воспрянула духом при мысли об объявлении войны. Моей собственной, персональной войны, которую никто не мог у меня отнять.

В десять минут седьмого я сидела в «пробке» в центре города, когда мой мобильник опять зазвонил. Какой-то хулиган на соседней полосе делал мне грубыми жестами предложение заняться с ним сексом, так что я показала ему шиш, отвечая на звонок.

— Привет, Вилли, что тебе нужно?

— Я не могу даже позвонить любимой сестре без того, чтобы она не подумала, что мне от нее что-то нужно.

— На прошлой неделе, когда тебе надо было где-то остановиться в Дублине, твоей любимой сестрой была Элисон. Прекрати юлить и скажи, что тебе надо, пока горит красный свет.

— Эл, мне надо, чтобы ты меня подвезла. Отец Анималь не может отвезти меня на выступление. А папа снова работает — на самом деле, я думаю, что он собирается на собачьи бега. Мы даже просили мать Попея, но у нее свидание…

— Вилли, говори быстрее.

— О'кей, о'кей. Не могла бы ты подбросить меня к «Храму»?

— Когда?

— Прямо сейчас.

— Проклятье. Ладно, но только один раз. Ты один?

— Да, я один, и еще Анималь, и Попей, и три гитары, и три усилителя. Мы будем сидеть на усилителях. Пока!