Антибойфренд - Пенелопа Уорд

– Кэрис!

– Да?

– Санни только что пошла! Она сделала несколько шагов!

– Ты шутишь? – воскликнула Кэрис.

– Нет! Жаль, что у меня не было в руках камеры, но все произошло так быстро!

Я услышал, как она выключила воду.

А спустя пару секунд Кэрис выскочила из ванной, завернутая в полотенце и с мокрыми волосами.

– Не могу поверить, что пропустила это. Я уже несколько недель безуспешно пытаюсь заставить ее идти ко мне. Она старалась, но у нее ничего не получалось.

– Я знаю. И я чувствую себя чертовски виноватым. Я даже не звал ее. Она просто… пошла.

Кожа Кэрис была ярко-розовой, возможно, из-за горячего душа. Она покачала головой.

– Она любит тебя, Дикон. Для мотивации ей достаточно того, что ты просто существуешь.

Я сглотнул, не зная, что сказать на это. Я не хотел, чтобы Санни любила меня. Иногда мне хотелось, чтобы она забыла меня сразу же, как только я уеду, и не удивлялась, куда я запропал.

Я посмотрел на что-то лепечущую Санни, а потом повернулся к Кэрис:

– Почему ты думаешь, что она любит меня?

– Полагаю, у нее есть внутреннее чутье, которое позволяет видеть, что в тебе есть что-то хорошее – что-то, чего остальные не замечают. – Она подмигнула мне. – Шучу.

И она отправилась в спальню, чтобы одеться.

После того как она вышла из спальни, мы попытались еще раз уговорить Санни походить. Но, несмотря на наши уговоры, она не повторила свой подвиг. И выставила меня чертовым вруном.

* * *

Я стоял, облокотившись о столешницу, и наблюдал за тем, как Кэрис готовит ужин, а Санни играет со своими игрушками в манеже. Треска с лимоном и пряными травами запекалась в духовке, а Кэрис в это время резала салат.

И опять я не мог оторвать от нее глаз, не в силах перестать думать о том, что в ее жизни в обозримом будущем появится какой-то чертов счастливчик. Это будет его жизнью – он будет так же умиротворен, как я в этот момент. Но в отличие от меня он не причинит им боли, которую я неизбежно причинил бы. Я знал, что недостоин Кэрис, но это не меняло моих чувств к ней. И мысль о том, что я должен уехать, была невыносимой.

Я с ума схожу по ней.

И я готовился бросить тех, к кому так привязался. Я отказывался это признать, но я жил и дышал мыслями о Кэрис, вероятно, с того первого же раза, когда мы с ней пили кофе. Просто она не догадывалась об этом. А я был слишком труслив, чтобы признаться себе в своих чувствах. Но из-за своего прошлого я не мог доверять себе. Я обязательно рано или поздно причиню им боль. И будь я проклят, если позволю этому случиться.

Глава 18

Кэрис

Прикажи мне остаться

В следующий после нашей поездки уик-энд я заставила себя нарядиться, несмотря на то что моя жизнь катилась под откос. Это был тот вечер, которого я так боялась. Друг Дикона, Эдриан, устраивал для него прощальную вечеринку в ресторане в центре города. Шэрон, которая искренне полюбила Дикона после того, как он пришел к ней на помощь и провернул номер с «Би Джиз», без колебаний согласилась посидеть с Санни в субботу вечером, чтобы я могла пойти на вечеринку.

В эти дни я нечасто наряжалась в пух и прах и выходила из дому на светские мероприятия, так что я приложила усилия и надела сексуальное ярко-розовое платье и туфли на высоченных блестящих каблуках, о чем, я была уверена, мои ноги позже очень пожалеют. И я использовала свой новый выпрямитель для волос – еще одну мою ночную покупку, – чтобы уложить их крупными волнами. Мое желание произвести впечатление на друзей Дикона казалось глупым, учитывая, что он собирался уехать через два дня. Но, если быть честной, я знала, что хочу произвести впечатление на Дикона. Что было просто нелепо. Неужели я надеялась, что, кинув один лишь взгляд на меня, он, как по волшебству, решит никуда не уезжать и откажется от работы, за которую ему будут платить вдвое больше? Очень умно с моей стороны.

Перед тем как я ушла, Шэрон сказала мне:

– Кэрис, если по какой-то причине вы решите провести ночь вне дома, я могу поспать на диване. Мой муж не будет возражать, если я останусь ночевать у вас. А я с радостью отдохну от его храпа.

Я прищурилась:

– Я не собираюсь уходить на всю ночь. И вернусь, чтобы поспать.

На ее лице появилась лукавая улыбка.

– Ну, я подумала, что, может быть, вы с Диконом захотите побыть… одни.

Я почувствовала, что должна прояснить ситуацию:

– Вы же знаете, что у нас с ним не такие отношения, правда?

– О да, я знаю… я просто… просто чувствую, что там что-то есть, и представляю, как ему, должно быть, тяжело уезжать. Я подумала, что, может быть, вам захочется проститься с ним как следует. Ну, сами знаете…

Она подмигнула мне.

Она это серьезно? Мои щеки вспыхнули.

– Этого не произойдет.

Она кивнула:

– Хорошо. Я просто хотела сказать вам, что могу остаться на ночь. Думала, что вам, возможно, будет неловко просить меня об этом.

– Спасибо, но в этом не будет необходимости. – Она изучающе смотрела на меня, и я сочла нужным продолжить: – Я хочу сказать, что я не то чтобы не хочу этого. В глубине души я этого хочу… Просто у нас не сложилось, а теперь он уезжает.

И это было больше того, что я должна была сообщать своей сиделке.

– Ну, что-то подсказывает мне, что при первом же взгляде на вас в этом платье он потеряет голову.

Я улыбнулась. Она давала мне ложную надежду, ненужную надежду. Я поцеловала Санни на прощание и направилась к выходу.

Миссис Винсбангер открыла свою дверь, когда я шла по коридору. Это было редким событием. Она никогда не открывала свою дверь, только подглядывала в глазок. На ней были цветастый халат и меховая шапка. Не знаю, может быть, она была постоянно простужена, но меховая шапка была непременным атрибутом ее наряда. Шапка, безусловно, выглядела нелепо посреди лета. А миссис Винсбангер было далеко за семьдесят, и ее рост не превышал четырех футов и пяти дюймов.

Я посмотрела на нее:

– Здравствуйте, миссис Винсбангер.

Она вздернула подбородок:

– Я слышала, что этот жеребец переезжает?

– Да. На самом деле я иду на его прощальную вечеринку.

– Я уже давно не слышала шума в