Антибойфренд - Пенелопа Уорд

сумки, и Кэрис понесла Санни в свою спальню, чтобы переодеться.

Из спальни Кэрис вышла в сарафане, под которым был надет купальник. Бретельки купальника были завязаны на шее. А на Санни был крохотный купальник в горошек и такая же панамка.

Я дернул Санни за панаму:

– Ты готова идти на пляж?

Она задрыгала ногами и завопила.

Пока они переодевались, я уложил еду и напиткив сумку-холодильник. Мы загрузили вещи в машину и тронулись в путь. Пляж находился в нескольких минутах езды от коттеджа.

Припарковавшись, мы нашли идеальное место подальше от других отдыхающих.

Мы постелили одеяло, а потом Кэрис достала игрушки, которые я специально купил для этого случая.

Мое внимание на несколько мгновений отвлек джек-рассел-терьер, игравший на песке.

А когда я повернулся к Кэрис, она уже сняла свой сарафан. Мое сердце учащенно забилось при виде нее, одетой только в бикини. Я ждал и в то же время боялся этого момента. И сразу же вид ее грудок, обтянутых бюстгальтером, напомнил мне о том, какие они на вкус, как идеально они умещались в моих ладонях, которые зачесались от нестерпимого желания прикоснуться к бархатной коже ее живота. Ее тело было идеальным. Я еще ни разу не видел ее раздетой при свете дня. И я не мог не пялиться на Кэрис. А когда наши взгляды встретились, она покраснела, и я понял, что она отлично знает, о чем я думаю.

– Я собиралась намазаться кремом, – сказала она. – Но думаю, в этом нет надобности, поскольку солнце уже не очень сильное. А Санни я основательно намазала еще дома.

Я знал, что прикосновение к ней убьет меня, и тем не менее во мне проснулся оппортунист, который не мог сдерживать себя.

– Лучше перестраховаться, чем потом болеть. – Я схватил бутылочку. – Давай я намажу тебя.

Кэрис перевернулась, и я стал натирать ее спину лосьоном. У нее была самая гладкая кожа из всех, которых мне довелось касаться. И мой член моментально затвердел. Это было плохо. Закончив массировать ее спину, я снова повернулся к джек-расселу, надеясь, что моя эрекция пройдет прежде, чем Кэрис успеет ее заметить.

– Можно я тоже намажу тебя?

– Да. Спасибо.

Теперь у меня уже не было ни малейшего шанса побороть эрекцию. Прикосновение мягких рук было просто волшебным.

Я с шумом выдохнул, а Кэрис продолжала массировать мои плечи.

– Спасибо, – сказал я, когда она закончила.

Я не поворачивался к ней, чтобы она не увидела, как я возбужден.

Уставившись на гулявших по песку чаек, я старался успокоиться. Когда уже можно было повернуться, я увидел, что Санни хлопает ладошками по песку. Она явно наслаждалась происходящим.

Следующие пару минут Кэрис несколько раз бегала к воде, чтобы наполнить ведерки.

Я не мог сдержать улыбки.

– Не верится, что Санни в первый раз оказалась на пляже. Я так рад, что ей здесь нравится.

– Да. Мне нужно найти способ почаще возить ее на пляж, это нелегко, когда живешь в городе.

Схватив свое ведерко, я построил замок из песка, который Санни очень скоро разрушила. Мы веселились от души. Люди с улыбками смотрели на нас, вероятно, полагая, что мы семья. В определенном смысле мы и были семьей. Псевдосемьей. Почти с самого начала я чувствовал себя так, словно Кэрис и Санни были моей семьей, хотя и отчаянно пытался подавить эти чувства.

Санни с удовольствием возилась в песке, потом мы решили, что ей пора искупаться, пока не село солнце и не стало слишком холодно. Мы по очереди держали ее, а она плескалась и смеялась. Я приподнимал ее над волнами так, что те только задевали ее ножки. И не мог вспомнить, когда в последний раз получал такое удовольствие. Что-то в обществе Санни заставляло забывать все ненужное дерьмо. Ее улыбки и смех были заразительны.

Когда мы вышли из воды и вернулись на свое место, Кэрис завернула Санни в полотенце и какое-то время держала ее на руках, укачивая и глядя на воду. Океанский бриз играл ее мокрыми волосами. Волосы Кэрис были выкрашены в розовый блонд, но, когда намокали, казались рыжевато-коричневыми.

Пока они сохли, я открыл сумку-холодильник и достал пиво. А потом стал наблюдать за Кэрис и Санни. Я никогда не забуду эти мирные и счастливые моменты. Я никогда не забуду их.

Струйки воды стекали по гладкой коже Кэрис, и я умирал от желания слизнуть их. Мой член дернулся, и я обругал себя за то, что превратил такой невинный момент в нечто другое.

Когда Санни снова начала возиться в песке, Кэрис повернулась ко мне, и я не смог отвести взгляд от ее груди. Мои глаза были прикованы к ней, и этого нельзя было не заметить. Я не мог сдержаться. Кэрис была так чертовски прекрасна.

А в следующий момент горсть мокрого песка ударила мне в лицо. Я был так увлечен, мысленно раздевая Кэрис, что не заметил, как Санни приготовилась бросить в меня песок. И это уж точно привело меня в чувство. Мы с Кэрис расхохотались, а Санни завопила.

Я должен был испытывать умиротворение, но в груди у меня нарастало тревожное стеснение. И я был уверен, что это мой мозг боролся с моим сердцем.

* * *

Позже Кэрис отправилась принимать душ, а я в гостиной присматривал за Санни. В последнее время она пыталась ходить, держась за мебель. Но я никак не ожидал, что она пойдет самостоятельно. Она сделала шаг по направлению ко мне и тут же села на попу. Но все равно это была достойная попытка.

Кэрис говорила мне, что в отличие от обычных детей, которые начинают ходить в годовалом возрасте, дети с синдромом Дауна обычно пытаются пойти годам к двум. Санни было всего пятнадцать месяцев, так что она явно шла с опережением графика, потому что решительно была настроена ходить.

Я включил телевизор и лег на диван, не ожидая, что она снова попробует пойти. Но краем глаза я увидел, как она, не держась ни за что, сделала один шаг, потом другой. Она шла ко мне!

– Вау! – воскликнул я, вскакивая с дивана.

Стараясь сохранить равновесие, Санни шла ко мне на дрожащих ногах и широко улыбалась. У меня сильно забилось сердце, и я протянул к ней руки. Она улыбнулась еще шире и упала мне на руки.

О, мой бог! Санни пошла по-настоящему. Она ходит. Она ходит! Вот дерьмо. Я увидел ее первые шаги, а Кэрис в это время была в чертовом душе! Она все пропустила!

Подхватив Санни на руки, я бросился к ванной