Общество психов - Кэролайн Пекхам

меня ради Эстебана. Гребаного Эстебана из всех людей. Мужчины, который сожрал последнюю коробку настоящего Coco Pops, которую мой папа привез домой из нашей поездки в Англию. В моей груди проснулось рычащее существо, которое в приступе ярости от этого воспоминания начало отрывать куски от моих ребер.

Самолет подпрыгнул при посадке, и я ахнула от удивления, глядя на Найла.

— Ты же не отвезешь меня к маме и Эстебану, правда? — Выпалила я. — Они не заберут меня обратно, если ты на это надеешься. Я им не нужна, Адское Пламя, и они мне не нужны. Пожалуйста, не отвози меня к ним. Они посадят меня в ящик и отправят в Перу. А я никого не знаю в Перу. Я даже не говорю по — перузийски (Прим.: имеется ввиду Перуанский язык), ну, я, вероятно, выучу его через некоторое время, но я слышала, что в Перу много лам, а все знают, что ламы — снобы и всех ненавидят. Даже если я буду говорить на их языке в совершенстве, они не примут меня в свой клан лам, и я снова останусь совсем одна. Позволь мне поехать с тобой домой. — Я начала бороться с ремнем безопасности, пытаясь отстегнуть его, чтобы я могла убежать и найти место в задней части самолета, где могла бы спрятаться, но Найл встал со своего места, склонился надо мной и положил руки мне на плечи, удерживая меня в кресле.

— Я не отправлю тебя обратно к ним, маленькая психопатка. Послушай меня, я имел в виду то, что сказал тебе. Ты моя. Теперь это уже ничто не сможет изменить, понимаешь? Куда ты, туда и я, и наоборот. Так что, если ты когда-нибудь каким-то образом окажешься в Перу, я тоже буду там, хорошо? Но отправлю тебя туда не я.

Комок подступил к моему горлу и закачался там, как лодка на штормовых волнах.

— Обещаешь? — Прошептала я, замерев и уставившись на могущественного мужчину, стоящего надо мной, который делал такие красивые заявления, что они просто казались нереальными. Когда мы занимались сексом, поверить им было такой чудесной мечтой, но теперь наступила реальность, и она была блондинистой сучкой, которая била меня по лицу, а ее друзья смотрели и смеялись.

— Я обещаю, Бруклин, — хрипло сказал он.

Клянусь, каждый раз, когда он называл меня по имени, какая-то сломанная частичка внутри меня вставала на место. Но это не было возвращением старой меня, скорее, рождением новой версии, которая мне нравилась.

Я медленно вдохнула, позволяя себе снова поверить в эту мечту, даже несмотря на то, что смех реальности звенел в моих ушах. Найл отстегнул мой ремень и поднял меня на ноги, заправляя прядь волос мне за ухо и наклоняясь ко мне.

Его губы накрыли мои, и в моем животе прогремел ядерный взрыв, испепеляющий всех бабочек и оставляющий после себя массовые разрушения. Его прикосновение произвело на меня такой эффект, что, когда его губы оторвались от моих, я почувствовала, что только что пережила последствия того взрыва, который он во мне устроил, и годы апокалипсиса, где я сражалась с зомби и стала королевой диких земель.

Его рука опустилась, чтобы взять мою, его пальцы переплелись с моими, и он повернулся, потянув меня за собой, в то время как я вздернула подбородок и пошла рядом с ним. Мы спустились по небольшому трапу из самолета, и теплый ветер пустыни с лаской коснулся моей щеки: сухой воздух так отличался от влажного, к которому я привыкла.

Нас ждала шикарная черная машина, и мужчина в костюме, который стоял возле нее, молча кивнул Найлу, открыл дверь и впустил нас внутрь. Мы забрались на заднее сиденье, в то время как мужчина сел в машину и поехал по летному полю, не сказав ни единого слова, а Найл отпустил мою руку и вместо этого положил ее мне на колено.

— Это правильный поступок, — пробормотал он себе под нос, и я посмотрела на него в ожидании объяснений, но он просто отвернулся и задумчиво уставился в окно. — Господи, ты только посмотри, какого размера вон та пальма? — воскликнул он. — Она размером с две пальмы, поставленные одна на другую.

— Как минимум, — согласилась я.

Вскоре мы уже ехали по дороге, которую я видела с неба, и каждое здание поражало меня, когда я смотрела на них. Должно быть, здесь был миллион лампочек, чтобы сделать это место таким сияющим, и я смотрела на людей на тротуарах по обе стороны от нас, ища в их глазах тот же свет. В выражениях их лиц смешивались страдание и радость, и я не могла понять, было это место адом или раем.

Здесь были девушки в бикини с большими перьями, торчащими из их задниц, в то время как мужчины таращились на них, а их жены тянули их за руки, чтобы утащить прочь. Туристы в футболках и кепках с надписями «Las Vegas» лавировали в толпе: между людьми, нарядившимися для ночной прогулки по городу, и людьми, у которых не было ни обуви, ни зубов. Это было столкновение богатых и бедных и всех, кто был между ними, все они толпились вместе, и, несмотря на поздний час, все выглядели бодрыми и готовыми узнать, что может предложить им Вегас. Я чувствовала энергию, витающую в воздухе, волнение от того, что мир снова начинает жить после распространения вируса «Аид». Я чувствовала обещание денег в своей ладони и ощущение, что они уже ускользают из моих пальцев. Все здесь бросали кости, молясь, чтобы выпал их номер, и я тоже хотела бросить кости и узнать, будет ли судьба благосклонна ко мне сегодня.

— Мы можем пойти туда? — Я указала на казино. — Нет, туда! — Я заметила мужчину, одетого как римский солдат без рубашки. — А, может, туда, — передумала я, когда мое внимание привлекло другое чудо. — Нет, нет, я хочу пойти туда! — Я тыкала пальцем в окно, указывая на каждое здание, мимо которого мы проезжали, потому что каждое умоляло меня подойти поближе и осмотреть его. Когда мимо пронеслась Эйфелева башня, я надулась на Найла, скрестив руки на груди. — Куда мы едем? Надеюсь, это место окажется лучше, чем… О боже, ты только посмотри на эти фонтаны! — Я залезла на колени Найла, прижимаясь лицом к окну, чтобы увидеть огромные струи воды, бьющие в небо, освещенные невероятными огнями, а из динамиков вокруг звучала песня Elvis Presley «Viva Las Vegas». — Останови машину, водитель, — взмолилась я.

— Не останавливайся, — рявкнул Найл, и я посмотрела на