Гений и красавица - Юлия Николаевна Николаева

паном улыбнулись неуверенно, он снова принялся за чай с печеньем, а когда папа появился, и вовсе откланялся. Я проводила его, но целовать не решилась. Улыбнулась тепло и сжала ладонь.

Закрыла дверь, выдохнула. Ну все, пан ушел. Сейчас они меня съедят?

Зашла на кухню, словила взгляд двух пар глаз. Растянула губы в улыбке.

– Правда, он замечательный? – пробормотала неуверенно. Папа тяжело вздохнул.

– Я спать, – проходя мимо, чмокнул меня в висок. Юлька дернула бровями.

– Он справится. Боится, что пан уедет, а ты будешь страдать. Винит себя, что познакомил вас.

– Не буду я страдать, – фыркнула я и тут же усомнилась в своем ответе.

Ведь Росцислав действительно уедет когда-нибудь. Это неизбежный факт. Кончится эта история, и все. И вот тут я поняла, что не очень-то готова к подобному повороту.

Глава 38

Не успела я всерьез огорчиться по этому поводу, как Росцислав позвонил. Спрятавшись в комнате, я сняла трубку, готовясь рассказать о том, как папа вел себя после его ухода, но тот спутал мне карты, заявив:

– Я попал в аварию, Ева.

– Что? – ладони вмиг вспотели, а страшно стало так сильно, что тяжело дышать. Кажется, труп Марго меня меньше испугал, чем данная новость.

– Все нормально. Мне повезло. Скорость была небольшая, а рядом оказалась полупустая парковка, куда я и свернул. Плюс сработала подушка безопасности.

– Но что случилось? Я не понимаю, – за эти несколько предложений я успела навернуть по комнате кругов двадцать.

– Кто-то залез в машину и испортил тормоза.

– Что? – голос сел сам собой.

Я откашлялась, пытаясь унять лихорадочный звон в ушах. Так начинается паника, не иначе.

– Кто-то ковырялся в моей машине, Ева, пока я был у тебя.

– О господи, – я приложила ладонь ко лбу, – ты хочешь сказать, что это папа? Он ведь выходил в туалет, мог позвонить кому-то…

– Это первое, что приходит на ум, – вздохнул Росцислав.

Я села на кровать. Но как же так? То есть… Если все так, значит, в жизни папы мало что изменилось. Он решает проблемы тем же способом, что в начале своей карьеры. Сообразил, что Росцислав мог появиться не просто так, и…

– Я с ним поговорю, – вскочила я.

– Нет, Ева! Пока не надо. Если за мной следили, то уже знают, что я в порядке. Посмотрим, что предпримут дальше.

– Ты с ума сошел? На что смотреть? А если какая-то попытка окажется удачной? Тогда мне придется смотреть на твой труп! Спасибо, я пас! Я прямо сейчас к нему пойду и…

– И он скажет, что ни при чем. Вполне вероятно, доказать его причастность будет трудно. Забарахлили тормоза. Причем тут твой отец? Он тебе так и ответит.

– То есть ты предлагаешь сидеть и молчать? Пока мой отец пытается тебя убить?

Пан вздохнул.

– Сказать об аварии можешь. Как о несчастном случае. Посмотришь на реакцию. Большего пока не надо. Прошу, Ева… – поколебавшись, он добавил. – Это ради твоей же безопасности.

– В каком плане?

– Если это действительно твой отец… Если он избавился от собственной жены и не гнушается использовать подобные методы сейчас…

– Он не тронет меня! – воскликнула я и тут же заткнула себе рот, покосившись в сторону двери.

– Пожалуйста.

– Хорошо, – согласилась без охоты. – Тебе точно не нужна медицинская помощь? Я могу вызвать скорую.

– Не надо. Обойдусь тем, что есть в аптечке. Ложись спать, ладно?

Я пообещала, что лягу, но скажите на милость, какой может быть сон? Тем более всего десять вечера. А мы с Росциславом днем вздремнули в его номере, устав от ночных поездок и долгого составления отчетности.

Выбравшись в кухню, увидела Юльку, которая шла в ванную, перекинув через плечо сорочку.

– Ты чего тут? – удивилась.

А я только поняла, что от нервов просто стою и пялюсь в пространство.

– Чаю решила выпить, – щелкнула кнопкой. – Папа спать лег?

Юлька вздохнула.

– Кажется, твой шляхович сильно его напряг. Володя сам не свой. Решил пройтись немного. Где это видано, Евка, чтобы в конце октября его тянуло шататься по ночам? Донеси до него мысль, что ты не планируешь бросать семью.

– Считаешь, он из-за этого переживает? – почесала я нос.

– А из-за чего еще? Все выходные сам не свой был, как только узнал, что ты с этим Ястребом умахнула на дачу.

Угу. Только полагаю, терзался совсем по другой причине, не по моей девичьей чести. Боялся, что я полезу на чердак рыться в старых коробках?

– Ты для него всегда будешь маленькой, – посетовала Юлька, но тут же хитро улыбнулась. – Но мне-то расскажи, каков этот пан в постели? Тормоз, как все поляки? Или?..

Даже обидно стало за Польшу, ей богу. Опорочена зазря. Хотя Росцислав поляк только наполовину, возможно, не лучшую, кто знает.

Мотнула головой, Юлька все еще ждала ответа.

– Все было отлично, – буркнула я, затолкав ее в ванную. Вот ведь, любительница грязных подробностей.

Как только за Юлькой закрылась дверь, я постояла столбиком и метнулась к комнате отца. Конечно, рыться в его вещах отвратительно, я все понимаю, но… Но он, возможно, хотел убить Росцислава! Этим можно в принципе многие мои действия оправдать.

Закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной. Неужели все-таки он? Не могу поверить в это.

В спальне горел ночник, я прошлась по ящикам комода, потом слазила под кровать. Вздрогнула от неожиданности – там, раскинув лапы в стороны, на спине дрых Адам.

– Чудовище, – пробормотала я, – ты же знаешь, что у Юльки аллергия?

Он предпочел не отвечать. Только отвернулся в другую сторону. Я полезла в шкаф. Пока рылась в нем, Адам соизволил выбраться наружу. На меня посмотрел неодобрительно. По-моему, за пару дней он набрал в весе. Проще говоря, разжирел.

Юлька его откормила, что ли? Вряд ли папуля так озаботился. Адам запрыгнул на Юлькин туалетный столик и лапой открыл шкатулку. Вытащил оттуда кольцо и стал с упоением гонять его по столу. Долго это не продолжалось. Кольцо укатилось под кровать.

– Как она тебя терпит, – покачала я головой и полезла туда же.

Адам забился в угол и шипел, не разрешая мне приближаться. Кажется, в пыльном углу у него уже появилась сокровищница, расхищать которую он не мог мне позволить.

– Я тебя вырастила вот с такого возраста, – я показала пальцами сантиметров десять, Адам презрительно отвернулся. Плевать ему, по ходу.

– Тоже мне, дракон на минималках, – фыркнула я и за шкирку оттащила поганца в сторону.

Второй рукой сгребла драгоценности и выползла из-под кровати. Чихнув пару раз, открыла ладонь и стала складывать богатства обратно в