Клетка 2: Наследник клана Моретти - Лиза Бетт
– Будешь?
Я отрицательно мотаю головой, он цепляет один стакан и проходит во второе кресло. Садится в него, ставит бутылку на пол около изножья, откидывается на спинку.
Он прокручивает стакан в руке, рассматривая жидкость в свете пламени. Больше в доме света нет, сейчас темнота разбавлена только блеклым свечением дров в камине.
– Мне нужно право видеться с сыном, Кейт, – он переходит сразу к делу, и я поджимаю губы, и скрещиваю руки на груди.
– Я не дам увезти Джека в Италию.
– Я ни слова об Италии не сказал. Причем тут это? – возмущается недовольно.
– Ты разве не к этому клонишь? – поднимаю на него неприязненный взгляд и с отречением понимаю, что ему идут влажные после душа волосы. Его смуглая кожа подчеркнута черными, как смоль, волосами, выразительными бровями и длинными ресницами, о которых мечтает любая девушка. Майкл всегда был красив. Я помню его совсем юным, уже тогда он мог запросто разбить сердце любой девочке лишь одной небрежно вскинутой бровью. И сейчас юноша превратился в монстра, который вдвойне опасен для лиц женского пола. Как хорошо, что у меня выработался иммунитет на его чары.
– Я устал воевать, Кейт. Спорами ничего не решить… – крутит в руке стакан, изучает резной рисунок на его гранях.
Я молчу, жалея, что все обернулось именно так. Сейчас я должна быть с сыном в спальне. Охрана Милтона должна прочесывать участок и не подпускать ко мне моего врага, ради спасения от которого мы все это затеяли. Но именно враг по стечению обстоятельств и оказался в соседнем кресле. Абсурдность ситуации бесит и делает меня беспомощной, будто я за рулем товарняка, несущегося на всей скорости в пропасть.
– Я уехала бы отсюда, если бы была уверена, что ты не тронешь сына и не попытаешься его похитить за пределами охраняемой территории, предоставленной Милтоном. Но сдается мне, как только мы покинем дом, ты сделаешь то, что давно собирался, – произношу устало, но не смотря на это мой голос все равно пропитан отвращением.
– Почему ты так меня ненавидишь? – вдруг переводит тему, и мне бы в пору рассмеяться, но не смешно. – Думаешь, я такой же, как отец?
– А ты не такой? – скептически изрекаю, подавляя фырканье. – Ты с детства крутишься в бизнесе своего папаши. Живешь за его счет – за счет загубленных судеб. Ты помогаешь ему участвовать в облавах невинных девушек. Ты наслаждаешься своей властью, пользуешься положением… мне продолжать?
– Я поверил бы тебе, если бы мы не были знакомы до того, как ты попала в этот притон. Но ты же знаешь меня слишком давно и наверняка помнишь, каким я был подростком.
– Ты вел себя как взбалмошный богач, постоянно оскорблял меня и издевался то притягивая, то отталкивая. Мне уже тогда следовало понять, что ты из себя представляешь, но я была влюблена и не замечала правды… – моя тирада затухает, я понимаю, что сболтнула лишнего, поэтому торопливо пытаюсь исправить положение. – Но это в прошлом, и я больше я на эту удочку не попадусь.
– А ты думала, почему я вел себя так? – после долгой паузы, свидетельствующей о том, что он прекрасно слышал мои слова, Майкл заговаривает. – Почему отталкивал?
– Потому что тебе нравилось издеваться над людьми…
– Нет, Кейт, – перебивает, все еще не глядя на меня. – Я отталкивал тебя, потому что боялся, что отец узнает о моей привязанности. Я хотел уберечь тебя от него.
Я бросаю в его сторону мрачный взгляд и получаю еще одно признание, о котором совершенно не просила.
– Когда мне исполнилось восемь, я понял, что должен помешать отцу делать то, что он делает. Я дал себе слово, что найду способ погубить империю и разрушить его бизнес.
– Ты думаешь, я поверю в эту чушь? – встаю с кресла, Майкл тоже. – Не заговаривай мне зубы, я не хочу это слушать…
Разворачиваюсь, чтобы уйти, но мое запястье ловят. Без нажима, мягко, но твердо сковывают его сильными пальцами. Я стискиваю зубы.
– Чего ты хочешь? – злюсь все сильнее.
– Ты верно сказала. Похитить Джека из под носа Милтона я не смогу. Слишком велик риск. Ты в безопасности тут. Так останься…
Я свожу брови, не понимая его.
– Останься в особняке. Дай мне время побыть с Джеком хотя бы тут.
Я округляю глаза, пораженная его тоном. Он больше не угрожает, не давит. Он просит.
– Я докажу тебе, что изменился. И если ты решишь, что я прав, то позволишь общаться с ребенком на выбранной тобой территории. Позволишь мне участвовать в его воспитании…
– Ты хочешь, чтобы мы остались с тобой здесь? – переспрашиваю, чтобы убедиться, что верно поняла. Майкл кивает.
– В доме достаточно места для нас обоих. Я устроюсь в гостиной, спальня наверху – ваша. Согласись прожить здесь хотя бы неделю, этого хватит, чтобы понять, можно ли подпускать меня к сыну.
– Я все еще не доверяю тебе, – щурюсь красноречиво. Майкл кивает.
– Поверь, я тоже не горю желанием провести неделю под одной крышей с убийцей, которой однажды почти удалось завершить начатое. Но ради сына я готов пойти на это.
– Очень мило,– сгибаю руку в локте, демонстрирую ему его хватку, – отпусти!
Майкл разжимает пальцы. Я торопливо сбегаю к лестнице наверх, спиной ощущая его взгляд.
– Неделя, Майкл. На большее можешь не рассчитывать.
Глава 14
Утро первого дня проникает в спальню мягким солнечным светом. День обещает быть теплым и солнечным. Я чувствую, как под боком копошится сын, и открываю глаза, сонно рассматривая любимое личико.
– Доброе утро, – шепчу с улыбкой. Джек радостно обхватывает мое лицо и целует в щеку влажным причмокиванием.
– Пивет мамоська!
Мы обнимаемся, я чувствую, как любовь переполняет меня. Она как солнечный свет согревает сердце теплом и ощущением легкости. Мне хочется петь и смеяться. И я крепче сжимаю сына, который взвизгивает от наплыва эмоций.
С первого этажа домика доносится какой-то грохот. Слышим и переглядываемся. Я настороженно встаю с постели и накидываю халат на ночную сорочку.
– Подожди минутку, – делаю знак Джеку, и он послушно остается на постели. Я подхожу к двери, открываю и выглядываю. И моя челюсть со стуком падает на пол. Что здесь…
– Что
