Защищая ее (ЛП) - Эверхарт Элли

— Есть кто-нибудь, кто предлагает новое лечение, связанное с генетикой?

— Только не здесь, не в Штатах. Ему придется поехать в Европу.

— А что, если он готов попробовать лечение, не участвуя в клинических испытаниях?

— Это запрещено. Если врач, проводящий лечение, попадется, он или она окажется в тюрьме и, скорее всего, никогда больше не сможет практиковать.

— Довольно опасно. Но если пациент готов попробовать, то врач же должен пойти ему на встречу.

Логан вздыхает.

— Не начинай, Пирс. Ты знаешь, как я отношусь к ограничениям этой страны в области здравоохранения. Я могу продолжать весь день.

Я улыбаюсь.

— Ладно, молчу. Знаю, это тебя расстраивает.

— В любом случае, если тебе понадобится помощь по уходу за отцом, дай мне знать. Хотел бы я сделать больше для отца Шелби, но он был уже слишком болен, когда мы познакомились. — Он делает паузу. — Рэйчел недавно разговаривала с Шелби?

— Да. Рэйчел должна была забрать ее…  — я умолк, потому что не хотел говорить о свидании. Теперь Логан обязательно меня спросит, что я имел ввиду, и мне придется срочно что-то придумать. Шелби сказала, что была на свидании, но я знаю, что это не так. Понял, как только Рэйчел сообщила мне адрес. Заправка рядом с богатым районом, где живет один из членов клуба. Думаю, его жена явилась домой, когда он не ждал, и ему пришлось выгнать Шелби.

— У Шелби сломалась машина? — Логан выглядит обеспокоенным. Он все еще заботится о ней, хотя она ясно дала понять, что они не могут быть вместе.

— Нет. Она просто... у нее было свидание, которое плохо закончилось. — Я решаю рассказать ему выдуманную историю Шелби. Если Логан узнает, что она двигается дальше, может, перестанет ее преследовать.

— В смысле плохо закончилось? — Теперь он кажется рассерженным.

— Я не знаю всех подробностей. Они поссорились, и он высадил ее прямо на дороге.

Логан вздыхает и смотрит на стол.

— Ей следовало позвонить мне. Она знает, что я бы ее забрал откуда угодно.

— Я думал, вы больше не общаетесь.

— Это же Шелби. Она все время так делает, то разговаривает со мной, то нет. Эта женщина меня с ума сводит, Пирс.

— Логан, я думаю, пришло время ее отпустить. Она явно не готова к серьезным отношениям. Может, тебе тоже стоит начать встречаться с другими людьми.

— Только если бы я не был до сих пор в нее влюблен. Я не могу пойти на свидание с другой женщиной, пока я все еще люблю Шелби. Это неправильно, я бы все время думал только о ней. Так она часто ходит на свидания?

— Я не знаю. — Я вынужден солгать Логану, и убедить его двигаться дальше.

— У меня все еще есть обручальное кольцо, — признается он, вынимая из корзины на столе кусок хлеба. — И я надеюсь, что она передумает.

Приносят наш заказ, и я возвращаю разговор к его работе, чтобы отвлечь от Шелби. Сейчас в жизни Логана нет ничего, кроме работы, и это напоминает мне о том, каким я был до встречи с Рэйчел. Несчастным. По крайней мере, Логану нравится то, чем он занимается, но я знаю, что его жизнь была бы лучше, если бы он мог быть с Шелби.

Пока мы ждем чек, мне в голову приходит одна идея. Даже не знаю, почему не подумал об этом раньше. Наверное, потому, что это не сработает. Но, возможно, могло бы теперь, когда мой отец болен и нуждается в лучшем медицинском лечении, чем ему могут предложить в настоящее время. И это может принести пользу всем членам организации, а не только моему отцу.

— Логан, если бы ты мог лечить своих пациентов, используя любые методы, которые считаешь наилучшими, даже если они еще не одобрены, и тебе не грозило бы тюремное заключение, ты бы это сделал?

Он смеется.

— Ну, разумеется, да. Это была бы работа моей мечты, но, к сожалению, вокруг меня реальная жизнь. Почему ты спрашиваешь?

— Мне просто любопытно. — Я расплачиваюсь за обед, оставляя чаевые официанту. — Сегодня я угощаю.

— В следующий раз тогда я.

— Окей. Хочешь встретиться на следующей неделе?

— Мне нужно свериться с расписанием, но давай пока предварительно решим, что да.

— Прекрасно. Мне еще нужно вернуться в офис, так что увидимся на следующей неделе. — Я прощаюсь с Логаном и еду домой к родителям. Не совсем уверен, что отец будет дома, мама не уточнила, когда именно начинаются его процедуры.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

У двери меня приветствует горничная.

— Мой отец дома? — спрашиваю я ее, проходя в дом.

— Да, но он отдыхает в своей комнате.

Мой отец никогда не отдыхает, и почти не спит. Так что, если сейчас он в постели, это значит, что он действительно плохо себя чувствует. Мне не нравится, как он ко мне относится, но я не хочу, чтобы он страдал или умирал. Он все еще мой отец, и я действительно за него волнуюсь.

— Отец. — Я вхожу в его комнату. Он лежит в постели в пижаме и халате, но не спит.

— Пирс. – Он слишком быстро садится, и начинает кашлять. — Что ты здесь делаешь?

— Я хотел с тобой кое о чем поговорить.

— А я велел тебе звонить, прежде чем приходить, — злится он.

— У меня не было времени.

Я сажусь в кресло у кровати и рассказываю о новом лечении рака, о котором узнал от Логана.

— Ну и что ты думаешь? Ты хотел бы это попробовать?

— Мне нужно видеть результаты исследования, прежде чем я решу. И я хотел бы поговорить с коллегами Логана в Европе, которые действительно пробовали это лечение на своих пациентах. Надеюсь, они старше его. Я не возьму себе врача – ребенка.

 — Логан молод, но очень умен. И да, я уверен, он мог бы связаться с врачами, участвующими в исследовании. Но проводить само лечение будет он.

— За это его могут посадить в тюрьму и лишить медицинской лицензии. Зачем ему рисковать?

— Он бы и не стал, если бы его не защищала организация.

Я рассказал отцу об идее, посетившей меня в ресторане, что хочу пригласить Логана работать в клинику. Врачи, там работающие, не являются членами группы, но имеют ограниченные знания о «Дюнамис». Они должны подписать контракт, прежде чем приступать к работе. В нем говорится, что они пострадают, если выдадут наши секреты, и все же мы находим еще много желающих, и ни один врач никогда еще не пытался нарушить условия контракта.

Работать врачом на организацию весьма престижно. Высокие доходы, нет хлопот со страхованием, и полная свобода в лечении своих пациентов, используя любые средства, необходимые для поддержания их жизни и здоровья, даже если эти методы лечения не одобрены. Наши врачи могут даже работать с лабораторией в «Синклер Фармасьютикалс», компании, принадлежащей семье Ройса, для разработки собственных лекарств.

— Логан стал бы отличным дополнением к клинике, — убеждаю я отца. — У него много инновационных идей и методов лечения, которые принесут пользу другим членам.

— А что ты получаешь взамен?

— Я тебе помогаю.

Отец хмыкает.

— Ты в этом не заинтересован, ты же меня ненавидишь.

— Это неправда. Я забочусь о тебе и хочу, чтобы тебе стало лучше.

— Дело не только в этом.

— Логан - мой друг. Я и ему хочу помочь.

— Что еще?

Отец слишком хорошо меня знает. Чувствует, что я что-то скрываю. Приходится сказать ему правду.

— Если я найму Логана для работы в клинике, я хочу, чтобы организация освободила одну из наших коллег от ее контракта.

— Какое она имеет к нему отношение?

— Логан больше года встречался с Софией время от времени. Он хочет жениться на ней, но она не может дать согласия из-за работы с «Дюнамис». Логан, конечно же, не в курсе, что она на нас работает.

Он злобно хихикает.

— София, как же, я хорошо ее знаю.

Меня передергивает, я не желаю думать о том, сколько раз он был с ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Отец кашляет.

— Какого черта тебя так волнует личная жизнь этого человека?

— Он будет более предан своей работе, если перестанет страдать. И хорошо, потому что она уже о нас знает, не будет задавать ему вопросов.

— Он не женится на ней, если узнает, что она для нас делала.