Буря и ярость - Дженнифер Ли Арментроут

Затем он опустил голову, проводя языком по особенно чувствительной части моего тела, заставив меня застонать и сжать его плечи. Он засмеялся, уткнувшись мне в грудь, но смех быстро перешёл в стон, когда мои руки двинулись дальше на юг, прижимаясь к его животу. Его кожа ощущалась как атлас, натянутый на камень, и я была очарована тем, как его мышцы напряглись под моими прикосновениями.

Я подняла взгляд, когда мои пальцы пробежались по его жёстким рельефным мышцам.

— Ты само совершенство.

— Ммм? — он надавил ниже, двигая рукой, а затем он языком коснулся моей груди. — Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Нет. Нисколько. Даже отдалённо.

— Это лучшее, что я слышал за весь год.

Мой смех закончился вздохом, когда Зейн перекатил меня через себя и сел, мои колени скользнули по обе стороны его бёдер, и он притянул меня к себе на колени. Я ахнула, когда самая мягкая часть меня прижалась к самой твёрдой его части. Он всё ещё был в пижамных штанах, а я всё ещё была в нижнем белье, но я чувствовала каждый дюйм его тела.

Он пальцами прошелся по моим волосам, и рукой обхватил мой затылок. Он притянул мой рот к своим губам и поцеловал меня, когда я сжала его плечи, позволяя себе устроиться в нём. Его ответный стон послал по мне ударные волны.

— Это очень не похоже на Стража, — прошептала я.

Рука на моём бедре напряглась.

— Ты была бы шокирована всем тем, что сейчас творится в моей голове, и это очень не похоже на Стража.

Я вздрогнула, чувствуя головокружение, тепло и жизнь.

— Тогда покажи мне.

И он показал.

Я откинула голову назад, а дыхание стало прерывистым. Его руки и рот были жадными, и мне это нравилось. Нижняя часть моего тела начала двигаться крошечными кругами, и, боже мой, мне показалось, что я чувствую его пульс сквозь хлопок штанов.

Я не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь чувствовала себя так, точно не с Клеем, и не когда я сама касалась себя. Это было… Боже, это было намного больше; казалось, что расплавленная лава бежала по моим венам. Желание закрутилось внутри меня, оставляя меня чувствовать себя неуправляемой и ошеломлённой.

Я выгнула тело в его объятиях, желая его так сильно, что это почти пугало меня, но я доверяла ему. Я доверяла ему во всём.

И когда его рот коснулся моей груди, а язык прошёлся по моей коже, я перестала думать. Всё дело было в чувствах, и необузданные, восхитительные ощущения пронизывали меня до глубины души, согревая и увлажняя.

Я руками заскользила по его прессу, который напрягся и вздрогнул. Мои бёдра качнулись к нему, и когда он прошептал мне на ухо, его голос был густым, дымным. Я задыхалась у его рта, мои пальцы дрожали, пока они скользили по его коже, и я обхватила пояс его брюк. Он тоже схватил их, отталкивая ткань вниз, и поднявшись ровно настолько, чтобы спустить материал до бёдер, и тогда между нами ничего не осталось.

— Боже, — он зарычал мне в рот.

Он стиснул моё бедро, побуждая меня двигаться, взять то, что я хотела, но я не нуждалась в уговорах. Я телом прижалась к нему, и он прижался ко мне. Жар его тела, трение и влажность, и то, как он покусывал мои губы — всего этого было слишком много и недостаточно. Напряжение между моими ногами быстро нарастало, перехватывая дыхание, шокируя меня. Спираль затянулась глубоко внутри меня, и наши движения стали почти неистовыми. Его одобрительный рык обжёг мою кожу, разжигая огонь, и я кончила в ослепительном порыве, мышцы напряглись и расслабились одновременно. Никогда, никогда я не чувствовала ничего столь сильного, столь восхитительно уничтожающего.

Зейн быстро последовал за мной, хриплый, душераздирающий крик заглушил мои крики, когда освобождение сотрясло нас, а затем его рот оказался на моём, и он поцеловал меня, и он продолжал целовать меня, как будто хотел не просто попробовать меня на вкус, но поглотить всё мое существо, и я… я хотела быть поглощённой.

Я даже не знала, что меня могли так целовать.

Не знаю как, но мы оказались на боку, наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, ноги переплелись, и он обнимал меня. Я сомневалась, что когда-нибудь смогу нормально дышать, пока мы лежали там, моё сердце всё ещё колотилось.

— Это было… — я прочистила горло. — Я не знала, что это может быть так, даже не занимаясь этим.

Руки Зейна напряглись, и он притянул меня к своей груди, плоть к плоти.

— Я тоже не знал.

Я улыбнулась, и когда он снова поцеловал меня в уголок губ, моя улыбка стала шире. Он направил мою голову к местечку чуть ниже его подбородка, и я была окружена его теплом.

Я понятия не имела, сколько прошло времени, но почувствовала, как меня тянет ко сну.

— Ты… Ты останешься со мной на ночь?

Он губами коснулся моего лба.

— Спи, Трин. Я никуда не уйду.

ГЛАВА 30

— Есть новости? — спросила Джада в трубку, пока я рылась в привезенной с собой одежде, пытаясь найти что-нибудь подходящее для встречи с ведьмами.

Мне казалось, что мне нужно надеть что-то тёмное и крутое.

— Позавчера вечером видели Баэля.

Я прижала телефон к плечу. Я не сказала Джаде, что сегодня вечером мы встречаемся с ведьмами или что работаем с демонами. Я сомневалась, что она поймёт это, ведь я саму себя едва понимала.

— Мы ждём информацию, которая подскажет нам, где его найти. По крайней мере, я на это надеюсь, потому что не могу себе представить…

Я опустилась на колени и закрыла глаза.

— Я знаю, — тихо сказала Джада. — Хорошая новость в том, что ты всё ещё чувствуешь связь, верно?

— Да.

— А это значит, он всё ещё жив, и это единственное, что сейчас имеет значение.

Я прочистила горло, и открыла глаза.

— Как Тай? Тьерри и Мэтью?

— Тай, как всегда, удивителен, — ответила она после недолгого молчания. — С Тьерри и Мэтью всё в порядке, но они скучают по тебе.

— Я тоже по ним скучаю. А Тай не скучает по мне?

Джада рассмеялась.

— Тай скучает по тебе, дурочка.

— Ему лучше скучать. Всё ещё никаких нападений или чего-то подобного?

— Тихо, как в церкви, — сказала она, и я нахмурилась, поскольку Арахис прошёл через стену и мой чемодан, перемешивая одежду. — Утомительно нормально здесь.

Я не смогла сдержать улыбку, которая появилась на моём лице.

— Это отстой…