С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова
«Нас»?
Он фыркнул.
«Можно подумать, у меня есть выбор».
«Конечно, есть. Ты не обязан взваливать это на себя, если не хочешь и…»
Договорить мне не дали. Томас притянул меня к себе и впился в губы поцелуем.
«Я без тебя жизни не мыслю, глупая».
Через две недели Арин переехала в лесной коттедж. Мой дом, конечно, не мог соперничать с особняком Клифтона по части роскоши, но зато по любви и уюту давал фору на сто очков вперед.
А вскоре мы получили письмо из Цитадели: Арин предлагали сдать экзамен и поступить в начальную школу.
«Но тогда мне придется уехать», вздохнула она. «А я не хочу. Мне так здесь нравится: с тобой, Томасом. С Деборой. Здесь мой дом».
«И ты будешь приезжать сюда на каникулы. Четыре раза в год. А летом и вовсе на три месяца».
Мне и самой не хотелось отпускать ее. Вернее так — я боялась. Арин всего одиннадцать, а до Анкорета несколько часов пути. Ей придется жить в общежитии. А вдруг она не поладит с другими ребятами? Вдруг ее будут обижать? Или она попадает в беду. В моей голове крутилась еще сотня таких «или», а богатое воображение щедро сдабривало их картинками — одна страшнее другой.
Но вместе с тем я понимала, что у Арин большой потенциал, и пустить его по ветру было бы непростительно.
«Послушай», я села на диван и похлопала ладонью по обивке, приглашая Арин занять место рядом. Она села. «Окончательное решение за тобой. Это важно. Я хочу, чтобы ты понимала — никто не станет принуждать тебя. Хочешь учиться в Цитадели — мы поедем, и ты поступишь. А если выберешь домашнее обучение — я буду заниматься с тобой сама».
Арин задумалась.
«Четыре раза в год говоришь?» уточнила она.
Вместо ответа я протянула ей буклет Цитадели.
«Сама посмотри».
Раздумья заняли у нее два дня. Утром в воскресенье, когда я уже заканчивала сервировать стол к завтраку, Арин вышла из своей комнаты (Томас отгородил для нее часть гостиной и получилась очень уютная спаленка) и зашла в кухню.
— Так и быть, — она остановилась в дверном проеме. — Еду в Цитадель.
Несмотря на страхи и опасения, я была рада такому исходу. Учиться, конечно, можно и на дому, но школа дает очень важный опыт — социализацию. Арин нуждалась в общении со сверстниками.
* * *
Впереди уже показались золотые ворота Цитадели. Арин остановилась.
— Дайте мне минуту, — попросила она, переводя дух.
Мы с Томасом терпеливо ждали. Цветастая толпа обтекала нас, кто-то взорвал хлопушку, и на наши головы полетели конфетти.
Наконец, Арин собралась с духом.
— Ладно, я готова. Идем.
Стряхнув с макушки разноцветные кружки бумаги, она решительно поднялась и двинулась дальше, однако, буквально через несколько шагов вновь остановилась.
— В чем дело? — спросил Томас.
Арин не ответила. Хитро посмотрела на него и резко взмахнула рукой. Я хорошо знала, что означал этот жест. Магическое лассо. Крайне полезная штука в домашнем хозяйстве и… для поимки уличных воришек.
— Ай! — раздалось за нашими спинами.
Плюгавенький мужичок с вытянутым лицом безуспешно пытался освободить руку, которой еще несколько секунд назад бессовестно шарил в корзинке пожилой дамы.
— И после этого ты хочешь сказать, что боишься завалить экзамен? — хмыкнул Томас.
Возле фонтана дежурил констебль. Я махнула ему рукой.
— Кажется, здесь есть для вас работенка, — сказала я, когда он подошел к нам.
* * *
— Она же справится, да? — я посмотрела на замок за воротами.
Пятнадцать минут назад мы передали Арин главе приемной комиссии, и теперь у нас было три свободных часа. Согласно уставу Цитадели третьим лицам не дозволялось сопровождать будущего ученика ни на экзамене, ни даже на подготовке к нему. Строго, но справедливо.
— О ней я не беспокоюсь, а вот об этом… — он поднял взгляд к стремительно потемневшему небу.
— Волчок боится намочить шкурку? — я подошла к нему и положила ладони на грудь.
Он притянул меня к себе.
И тут небеса разразились дождем. Потоки воды хлынули из набухших туч, застучали по крышам и мостовой. Люди, еще минуту назад толпившиеся под открытым небом, хлынули кто куда: под навесы кафе, в магазины и лавки.
Вдоль дорог уже образовались ручьи, они бежали вниз по улице, а дождь все хлестал и хлестал.
Оглядевшись, я с удивлением поняла, что на площади перед воротами остались только мы — всех остальных распугал ливень.
— Ты чего? — спросил Томас, увидев выражение моего лица.
— Помнишь, я говорила тебе, что в моем мире существуют движущиеся картинки.
Он на секунду задумался, но быстро вспомнил.
— Да. Кино.
— Именно, — кивнула я, пытаясь перекричать шум дождя.
Вода стекала с нас ручьем, застилала лицо и глаза.
— Когда-то, очень давно, я видела одну такую «картинку», и с тех пор мечтала повторить, да только случая не выпадало.
Томас немного растерялся.
— И какую именно?
Вместо ответа я притянула его к себе.
Ливень усилился, и мое платье уже промокло насквозь. Ничего страшного, высушу магией.
Мы стояли на площади — одни среди буйства стихии. Губы Томаса ласкали мои, его руки обнимали мою спину — крепко, но с нежностью.
— Вт такую, — сказала я, когда нам обоим стало не хватать воздуха, и поцелуй пришлось разорвать.
Томас ласково убрал намокшую прядь волос с моего лица.
— И все же не помешает найти укрытие, — он тихо засмеялся и посмотрел на небо.
Взявшись за руки, мы направились к ближайшему кафе.
Мне было легко и спокойно. Я чувствовала, что нахожусь на своем месте — именно там, где должна.
Все будет хорошо, все будет правильно. Теперь знала это наверняка.
___________________________
От автора:
Дорогие читатели!
История Веры/Эгелины подошла к концу. С одной стороны это немного грустно, а с другой… пришло время отпустить персонажей на волю:)
Я благодарю всех вас и каждого лично за то, что вы были со мной на протяжении всего пути. За терпение и понимание, когда время от времени приходилось подолгу ждать новых глав.
За поддержку, за ваши комментрии.
Вы — мой главный источник вдохновения.
Спасибо, что вы есть.
С любовью, Лена Филимонова
