Вино и вина - Марина Йелс
Она ещё не до конца осознала случившееся. Они с Беном были на волоске от смерти, но единственным, кто отправился на тот свет, оказался Кэл.
Откуда там взялся детектив? Походило на вмешательство высших сил.
Она пожелала Кэлу смерти. Здесь и сейчас – так она подумала. Но дар не должен быть сработать. Высшие силы, скорее, помогли бы Кэлу убить их, а не наоборот. Так почему?
«Почему, почему, почему…» – это не давало ей покоя. Она убила человека своим даром, другого объяснения просто не было.
Эти мысли терзали её, пока она лежала на больничной кровати, куда её и Бена привезли после аварии. Тело Кэла тоже доставили сюда.
У Софии не было серьёзных травм – лишь синяки и порезы от разбитого стекла. Врачи быстро обработали их и поместили её в палату для отдыха. Бен получил пулевое ранение, но врач заверил, что он быстро поправится.
Тем не менее, было ясно, что они не смогут уйти от вопросов полиции. Что они скажут детективу? Как объяснят, почему оказались на месте аварии? Почему Кэл пытался их убить? Эти вопросы были словно нити в клубке, и если потянуть хоть за одну, то весь клубок может распутаться.
Детектив Верн устало потёр переносицу, пытаясь прогнать сонливость. Он ждал, пока больничный автомат выдаст ему очередную порцию отвратительной на вкус, но бодрящей кофейной жижи. За окном уже занимался рассвет. «Ночка выдалась интересная», – подумал он. Верн не рассчитывал пристрелить кого-то по дороге домой, но человек предполагает, а Бог располагает.
Парень, которого он застрелил, был преступником и угрожал жизням двух безоружных людей. У Верна были все основания для применения оружия. Однако он хотел знать, во что именно вляпался. Было ли это разбойным нападением? Вряд ли. Девушка и парень с простреленным плечом явно знали убитого. Любовный треугольник? Застукал лучшего друга со своей девушкой и слетел с катушек? Возможно.
Верн взял свой кофе и направился в сторону палаты, куда поместили Бена. Можно бесконечно строить теории или можно просто переговорить с этими двумя и отправиться обратно на работу писать рапорт, решил он.
Он открыл дверь и увидел, как тот пытается встать с больничной койки. Его левое плечо было перебинтовано.
Детектив вошёл, оставив дверь приоткрытой.
– Как самочувствие? – спросил Верн.
– Выживу, – буркнул Бен, надевая тапочки на ноги. – Где девушка и мой друг? Их палаты тоже на этом этаже?
Верн замешкался, не зная, как сообщить парню о том, что его так называемый друг погиб. Он вспомнил, что на месте происшествия парень был в глубоком шоке, как и его спутница. Когда полиция и медики прибыли на место аварии – кто-то из проезжавших мимо людей вызвал скорую – этого парня и девушку сразу забрали в больницу. Впрочем, как и того, кто стрелял. Ему, увы, помочь было уже нельзя.
– Могу я узнать ваше полное имя?
– Бенджамин Кроу. Бен.
Верн кивнул, пытаясь найти нужные слова, чтобы подготовить его к тому, что предстоит узнать.
– Месье Кроу, я детектив Жерар Верн. Скажите, вы ведь помните, что произошло?
– Послушайте, я всё вам объясню. Кэл – мой друг, у нас вышла серьёзная размолвка, но мы это решим. Да, он взял пистолет, но он бы не стал убивать нас. Да точно, он бы не стал…
Жерар заметил, что последние слова Бен произнёс в пустоту, словно убеждая себя, а не его.
– А девушка?
– София Бернар. Она… – Бен запнулся, – мы познакомились на работе. Мы друзья. Она в порядке?
– Да, с ней всё хорошо. Её палата на этом же этаже.
– Хорошо. Да, здорово. Так вот, насчёт Кэла…
Жерар решил, что пришло время открыть правду:
– Месье Кроу, ваш друг Кэл погиб. Мне очень жаль.
«Судя по отсутствию реакции, он не понял, что я сказал», – подумал Верн. Он смотрел на детектива с удивлённым, почти глупым выражением, как человек, которому только что сообщили нечто настолько неожиданное, что его сознание не может этого воспринять.
– Ваш друг Кэл погиб, – повторил Жерар, но снова не получил отклика.
Бен открыл рот, пытаясь что-то сказать, но слова застряли в горле. Он не понимал даже, что именно должен чувствовать. «Ваш друг Кэл погиб». В голове стало пусто.
Видя, что Бен словно отключился от реальности, детектив попытался вернуть его к происходящему:
– Месье Кроу?
Эти слова, наконец, вырвали Бена из ступора. Он тихо заговорил:
– Я не хотел смотреть. Когда он выстрелил в меня, я видел, что он тоже упал. Но я не понял… Я не хотел смотреть на него. Даже когда нас забрала скорая. Я не смотрел туда. Мне казалось, что… Даже не знаю, что мне казалось. Его и впрямь больше нет, да?
Жерар не прерывал его. Когда Бен замолчал, он лишь слегка похлопал его по спине, ничего не говоря.
– Он мой друг. Брат. Был…
Бен прикрыл лицо руками, и из его глаз хлынули слёзы. Он зарыдал, и вместе со слезами наружу вырвался вой, полный утраты и боли.
– Он выстрелил в вас, месье Кроу, – мягко сказал Жерар, вздыхая. – Если бы не моя пуля, изменившая траекторию его выстрела, то пуля попала бы вам в грудь. Вы могли погибнуть. А вслед за вами и ваша подруга. В состоянии аффекта ваш друг не остановился бы. Мне очень жаль, но у нас не было времени – счёт шёл на секунды.
Жерар ожидал чего угодно – истерики, обвинений, даже агрессии. Но вместо этого Бен поднял на него глаза, полные слёз, и тихо спросил:
– Почему вы оказались там, месье Верн?
– По чистой случайности, – ответил детектив. – Я задержался на работе, а потом поехал по навигатору домой. По дороге моя машина заглохла за углом дома. Сам не ожидал наткнуться на такое…
Бен снова закрыл лицо руками и рассмеялся. Детектив Верн нахмурился, наблюдая за его странным поведением.
– Тогда это не вы убили Кэла, месье Верн, а я.
«Он явно на грани нервного срыва. Бредит», – подумал Жерар и решил, что пора звать врача.
– Вам всё же надо отдохнуть, прежде чем мы продолжим. Я позову кого-нибудь.
– Я не сумасшедший. Просто вы мне не поверите.
– А вы попробуйте, – спокойно ответил Жерар, пытаясь сохранять профессиональную выдержку.
Их разговор прервал голос Софии:
– Нет, это была я. Я убила Кэла.
Детектив обернулся и увидел девушку, стоящую в дверях. Бен и София молча смотрели друг на друга, будто всё остальное перестало существовать.
Верн был окончательно сбит с
