Вино и вина - Марина Йелс

– Прошу прощения? – переспросил он.

– Это всё я, – повторила София с надрывом в голосе, – я уверена. Это всё из-за меня… Что тогда, что сейчас…

Бен отвернулся к стене:

– Пожалуйста, уйди.

– Моя палата – направо по коридору, четвёртая дверь, – сказала она и ушла.

Жерар заметил, как Бен проводил её взглядом, и в этом взгляде читались глубокое страдание и боль. Между ними явно было нечто большее, чем просто дружба. Но что-то пошло не так. «В отношениях всегда всё идёт не так», – с грустью подумал он.

Но, несмотря на некоторое сочувствие к их личной трагедии, детектива насторожили все эти признания. Он не мог понять: было ли это следствием травмы и чувства вины выжившего или здесь скрывалось нечто большее.

Он достал свой блокнот и ручку, снова настраиваясь на работу.

– Я понимаю, что вам сейчас тяжело, месье Кроу, – начал он, глядя на Бена, – но вам придётся рассказать мне, что произошло.

– Авария… ссора, – с трудом проговорил Бен.

– Вас не было в той машине, которая перевернулась, так ведь? На вашем теле нет следов аварии, в отличие от мадемуазель Бернар и погибшего. Она состояла с ним в отношениях?

– Нет, – ответил Бен, покачав головой.

– Он хотел убить её, верно? – продолжил детектив. – У него был пистолет, он держал её в заложниках. Потом произошла ссора, случилась авария. Но вы тоже оказались там. И первым, в кого он выстрелил, был вы. Вывод напрашивается сам собой: она изменила ему с вами. Это классическая история – девушка, лучший друг и ревность как мотив.

– Замолчите! – выпалил Бен, резко встав с кровати, так что его глаза оказались на одном уровне с глазами детектива. – Вы понятия не имеете, о чём говорите! И вообще, вы не имеете права говорить о нём! Вы его убили!

– Вы только что сказали, что это вы его убили. Или ваша подруга, – напомнил Жерар, сохраняя спокойствие.

Бен почувствовал, как попал в ловушку. Он не знал, что делать, что говорить. Его мир рушился, как карточный домик – кирпичик за кирпичиком всё летело в пропасть.

Жерар, наблюдая за его состоянием, прекрасно понимал это отчаяние. Он сам был в таком положении, когда потерял напарника. Друга. Вздохнув, он убрал блокнот и смягчил тон:

– Почему он хотел вас убить, месье Кроу? Я здесь не для того, чтобы осуждать. Я хочу вам помочь, но мне нужно понять. Вы сказали, что я не поверю. Но я стараюсь придерживаться открытых взглядов. Так что хотя бы попытайтесь. Облегчите душу.

Бен вгляделся в лицо детектива. И внезапно понял, кого он ему напоминал – отца. Доживи его отец до этих лет, они бы были очень похожи. Тот же высокий лоб, короткая стрижка, тёмные волосы, чуть тронутые сединой у висков, прямой нос и такие же карие глаза. В этот момент Бен осознал, что больше не может носить в себе эти тайны, боль и ненависть.

Правда – это такой зверь, которого невозможно вечно держать взаперти. Если хочешь, чтобы твои скелеты оставались в шкафу, то нужно просто умереть. Только так они не причинят тебе вреда, когда вылезут на свет. Но Бен больше не мог сдерживать их. Один за другим эти уродливые скелеты вылезали наружу, словно армия, которую уже не остановить.

«Будь что будет», – подумал он.

И тогда Бен начал свой рассказ – с момента приезда во Францию и вплоть до событий сегодняшней ночи.

Медсестра одолжила Софии телефон, чтобы она могла позвонить родителям. В суматохе событий она лишь сейчас вспомнила о них. София набрала номер дяди Габриэля. Формально он не был её родственником, но с отцом дружил ещё со школьных лет, и они оба называли друг друга «братьями». Габриэль жил в Орлеане, в уютном доме, окружённом цветочными клумбами. Харизматичный и образованный, он не был женат и считал себя прирождённым холостяком, посвятив жизнь научным исследованиям, а не семье.

– Алло?

– Дядя Габриэль? Это я, София.

– О! Наконец-то, милая. Здравствуй. Твои родители говорили, что ты в командировке.

– Да, в командировке. Папа или мама рядом?

– Конечно, подожди минуту, позову отца.

Через несколько секунд София услышала голос отца, пропитанный беспокойством:

– София? Ты в порядке? Где ты?

– Привет, папа. Я в больнице, но всё хорошо. Произошла авария, я отделалась лишь синяками, ничего серьёзного.

– Господи, – его голос сорвался. – Ты должна рассказать мне, что происходит! В какой ты больнице? Это из-за него, из-за того человека?

– Я в Питье. Папа, он тоже пострадал. И физически, и морально. Но это не он пытался мне навредить, а его друг… который погиб. Я не уверена, что будет дальше. Здесь детектив, он задаёт вопросы. Мне придётся отвечать. Думаю, вам с мамой лучше пока оставаться там, в Орлеане.

– Нет.

София замолчала. Голос отца звучал решительно, жёстко.

– Довольно. Я не позволю тебе тащить этот груз в одиночку. Мы с мамой выезжаем прямо сейчас.

– Папа… – попыталась возразить София, но услышала короткие гудки. Отец повесил трубку.

Она вернула телефон медсестре, которая стояла у автомата с кофе неподалёку. Поблагодарив её, София вернулась в палату.

Её переполняло желание увидеть родителей, обнять маму и почувствовать себя в безопасности. Совсем недавно она думала, что никогда больше не увидит их. Кэл больше не сможет навредить им, но опасность ещё не миновала. Бен не хотел даже видеть её. София не знала, что он сказал детективу и что должна будет сказать сама.

Месье Верн был настолько озадачен, что это чувство едва ли можно передать словами. Кто бы мог подумать, что он наткнётся на такое по дороге домой? Точно не он сам. Тут вам и семейные тайны, заговор, предательство, покушение на убийство. Всё это больше походило на сюжет сериала, которые его жена обожала смотреть по вечерам. Но реальность, как оказалось, иногда бывает не менее невероятной. Теперь перед ним стоял вопрос: как во всём этом разобраться? Кому предъявить обвинения и есть ли для этого вообще законные основания?

Он невольно задумался о том, как причудливо переплетаются человеческие судьбы. В такие моменты поневоле начинаешь верить в провидение.

«Итак, – начал размышлять детектив, – трое друзей, чьи родители погибли в автокатастрофе, задумали разрушить жизнь виновника трагедии. Чтобы подобраться к нему Бенджамин Кроу – в прошлом Брайс Кроуфорд, знакомится с Софией Бернар, между ними возникают чувства. Она узнает о плане Бена благодаря Алену, ещё одному участнику событий, который не хочет становиться частью плана мести. Человеком, которого Бенджамин Кроу винил в смерти родителей,