Линси Сэндс - Демон страсти

Терри едва не вскрикнула от радости, услышав эти слова. Значит, близкие Бастьена полагали, что он любит ее. И якобы она сделала его более счастливым, чем Жозефина. Терри тут же забыла про свои ноги, вернее, решила, что она может еще немного потерпеть.

— Так почему же он рискует, откладывая откровенный разговор? — спросила Кейт.

— Я ведь уже сказала… Потому что он любит ее, — ответила Лисианна. — Разве ты не слышала о Жозефине?

— Конечно, слышала. Но Терри — совсем другая. Она отнесется к этому с пониманием. Тем более после того, что ей пришлось пережить с Йеном. Она…

Продолжения разговора Терри не услышала, поскольку в дамскую комнату ненадолго ворвались громкие звуки музыки, когда открылась дверь. А затем воцарилась тишина, так как Лисианна и Кейт вышли из туалета.

Глава 18

В ушах по-прежнему звучали фразы из случайно подслушанного разговора. «Терри — совсем другая. Она отнесется к этому с пониманием. Тем более после того, что ей пришлось пережить с Йеном».

Но к чему отнесется с пониманием? Может, Бастьен страдает от какой-то неизлечимой и смертельной болезни? Терри почему-то казалось, что женщины говорили именно об этом. В таком случае и лекарства, и кровь, и капельница, и секреты — все это получило объяснение. Как и лечение, которое вызывало болезненную реакцию на свет. Не следовало забывать и о том, что Бастьен обычно почти не притрагивался к еде; казалось, у него почти никогда не было аппетита. Но как же так?.. Такой сильный и красивый — и страдает от неизлечимой болезни. Впрочем, в жизни всякое случается. Видимо, такова его судьба…

Но неужели ей снова придется проходить через все это? Она уже перенесла этот ужас вместе с Йеном, а теперь будет страдать вместе с Бастьеном? Нет, это невозможно. Она не выдержит. Не сможет наблюдать, как этот полный жизненной энергии, сильный и красивый мужчина превращается в кожу да кости, как слабеет и начинает испытывать ужасные боли. А если она увидит все это… О, это убьет ее. Она не сможет такого вынести. Да, Терри прекрасно понимала, что не сможет.

И тут вдруг она ужасно разозлилась. Разозлилась на Бастьена. Как он посмел позволить ей влюбиться в него, зная, что умирает?! Почему он не рассказал ей о своей болезни в самом начале? И вообще… как он посмел заболеть?!

Дамская комната снова заполнилась звуками музыки и смехом — вошли еще несколько женщин. Они о чем-то весело болтали, но Терри не слушала их болтовню, она по-прежнему думала об ужасной болезни Бастьена. Наконец дамы ушли, и вновь воцарилась тишина. Только после этого Терри опустила ноги, расправила одежду и вышла из кабинки. Она подошла к раковине и начала мыть руки, глядя на свое отражение в зеркале. Внезапно что-то привлекло ее внимание, и она, уставившись в зеркало, вдруг поняла, что по ее щекам текут слезы. Да, она плакала, и это было довольно странно, потому что ей казалось, что она уже ничего не чувствовала — как будто все ее чувства умерли, а в сердце образовалась пустота. И тем не менее она плакала…

Терри внимательно посмотрела на свое лицо и вдруг поняла, что оно — абсолютно белое. «Возвращаться к гостям в таком виде, конечно же, нельзя», — подумала она. Да, она не могла допустить, чтобы ее увидели в таком состоянии.

Терри выключила краны и задумалась… Наверное, ей придется незаметно ускользнуть отсюда. Конечно, это будет очень неприятно, но выбора у нее не было. Она не хотела испортить праздник своей кузине и Люцерну.

Терри высушила руки, утерла слезы с лица и направилась к двери, чтобы незаметно уйти. И на нее тотчас же обрушились шум и веселье — праздник был в самом разгаре. И казалось, ее никто не замечал.

Немного постояв у дамской комнаты, Терри направилась к выходу. Как ни странно, ей удалось сбежать, не наткнувшись ни на кого из родственников Бастьена и Кейт. А те немногие знакомые, мимо которых она проходила, похоже, ее не заметили.

Выскользнув из дверей отеля, Терри осмотрелась.

— Может, такси, мисс? — предложил швейцар.

Терри молча кивнула. Швейцар тут же дунул в свой свисток, и одна из вереницы стоявших неподалеку машин подкатила к отелю. Автомобиль остановился прямо перед ней, и швейцар открыл дверцу. Терри поблагодарила его и села на заднее сиденье.

— Куда едем, мисс? — спросил таксист.

Терри назвала адрес Кейт. Когда же такси остановилось перед домом кузины, Терри вспомнила, что у нее нет с собой сумочки, где лежали ее деньги. Тут таксист повернулся к ней, чтобы получить плату за проезд, и она, немного помедлив, спросила:

— Вы можете отвезти меня в аэропорт, после того как я заберу свой багаж?

Таксист посмотрел на нее с некоторым подозрением, потом все же кивнул:

— Да, конечно, смогу.

— Тогда подождите меня немного. Я буду через минуту. — Терри быстро выбралась из такси и бросилась к дому.

Уже у самой двери она вдруг вспомнила, что у нее не было ключа. Ключ остался у Бастьена, потому что они собирались после окончания праздника съездить за ее вещами, а потом вместе провести ее последнюю ночь в Нью-Йорке. Кроме того, он сказал, что им необходимо серьезно поговорить. Терри очень надеялась, что этот разговор будет иметь отношение к их общему будущему. Теперь-то она знала, что речь пошла бы о смерти и страданиях…

Тяжело вздохнув, Терри нажала кнопку звонка в квартиру домовладельцев. К счастью, Кейт познакомила ее с этой семейной парой. Ответила жена хозяина, и Терри объяснила, что заехала в квартиру за своими вещами, но в спешке забыла ключ в банкетном зале. Женщина ответила, что сейчас спустится и впустит ее в квартиру. Конечно, она могла бы открыть ей дверь из своей квартиры, но ей, очевидно, хотелось убедиться, что это именно она, Терри.

— Вот же он, — сказала Маргарет. — Наконец-то нашли…

Винсент и леди Бэрроу сидели в задней части бара и мирно беседовали, улыбаясь друг другу.

— Надеюсь, мы не опоздали, — пробормотал Бастьен.

— Есть только один способ узнать это, — заметил Этьен.

Маргарет Аржено решительно направилась к переполненному бару. Ее сыновья тотчас последовали за ней.

— Тетушка Аржено! — Увидев ее, Винсент тут же поднялся на ноги. — А что вы здесь дела… — Заметив кузенов, он умолк, поджав губы.

— Я думаю, что твоей даме нужно посетить дамскую комнату, — заявила Маргарет, пристально взглянув на леди Бэрроу.

Та весело рассмеялась:

— Вообще-то мне туда не нужно.

Маргарет покосилась на Бастьена и, указав на женщину, тихо сказала:

— Займись ею, мой милый.

Бастьен с удивлением взглянул на мать. Как ни странно, та не смогла взять под контроль сознание леди Бэрроу, хотя явно предприняла такую попытку. Бастьен сам попытаться это сделать, но и у него ничего не получилось — он не сумел даже прочитать ее мысли.