Линси Сэндс - Демон страсти

Терри прекрасно понимала: для Люка участие в конференции — огромная жертва. По словам Кейт, ее жених до этого категорически отказывался от участия в каких-либо конференциях. Даже на той конференции, на которую они ездили на прошлой неделе, он присутствовал не под своим художественным псевдонимом — Люк Амиролт, — а как Люцерн Аржено, жених Кейт.

Заметив, что ее партнер неожиданно нахмурился, Терри снова посмотрела на леди Бэрроу. В этот момент Винсент поднес к губам ее руку. И Люк тут же пробурчал:

— Этот парень — неисправимый дамский угодник.

Терри невольно улыбнулась, но Люцерна поведение кузена, казалось, совсем не позабавило. Когда же Винни повел даму на танцплощадку, Люцерн еще больше помрачнел и взглянул на танцевавших вместе Бастьена и Кейт.

Бастьен же в этот момент повернулся и покосился на Винсента. И в тот же миг тоже нахмурился — как и его старший брат; казалось, всем очень не понравилось, что Винни танцевал с леди Бэрроу. «Но почему? — спрашивала себя Терри. — Винсент танцует с дамой, что в этом особенного? Да, возможно, он слишком уж прижимается к ней, но тем не менее они ведь просто танцуют, не более того».

Когда танец наконец закончился, Винсент повел свою даму к «редакторскому столу». Люцерн же подвел Терри к Бастьену, и тот, покосившись на кузена, тихо сказал:

— Не беспокойтесь, я об этом позабочусь. А вы продолжайте танцевать, занимайтесь гостями.

Молодожены кивнули, поблагодарили Бастьена и направились к гостям. Бастьен же вопросительно посмотрел на Терри, и казалось, его что-то очень беспокоило.

Пожав плечами, Терри сказала:

— Не волнуйся, я в полном порядке. — Однако она совершенно не понимала, что происходит и о чем Бастьен должен был «позаботиться». — Иди же, — добавила Терри. — Кейт и Люцерн, похоже, ждут тебя. А я пока возьму себе что-нибудь выпить и немного отдохну.

— Да, конечно. — Бастьен улыбнулся. — Ты необыкновенная женщина, Терри. — Он взял ее за подбородок и, поцеловав, прошептал: — Я скоро вернусь.

Покинув Терри, Бастьен осмотрелся, пытаясь определить, куда направился его кузен. К сожалению, его нигде не было видно. Немного помедлив, Бастьен направился туда, куда Винсент повел леди Бэрроу. При этом он то и дело озирался в поисках Винни. Тот, вероятно, уже проголодался — именно в это время он обычно выходил «перекусить», и ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы он начат свою охоту здесь, среди гостей.

— Эй, брат!

Бастьен замедлил шаг; к нему спешил Этьен.

— Люцерн с Кейт сказали мне, что происходит, и попросили помочь тебе, — сказал Этьен.

Бастьен кивнул и в очередной раз осмотрелся. Тяжело вздохнув, пробормотал:

— Пожалуй, сначала я поищу его здесь, а потом пройдусь дальше по коридору.

— Неплохая мысль, — согласился Этьен. Он пошел рядом с братом. — «Маленькая птичка» мне рассказала, что Терри… очень важна для тебя.

— Значит, «маленькая птичка»? — спросил Бастьен.

— Да, здесь. Когда я разговаривал с Терри на вечеринке вчера вечером, она показалась мне очень милой. И еще… Ты уж не обижайся, но я прочитал ее мысли.

— А вот я этого сделать не могу, — сказал Бастьен. — Так что же ты о ней узнал, прочитав ее мысли?

— Я ведь уже сказал: Терри — очень милая. Она мне нравится. Она — как моя Рейчел. В ней есть что-то особенное.

— Да, согласен, — кивнул Бастьен. — Она милая, красивая и очень неглупая.

— К тому же ты не можешь читать ее мысли. — Этьен выразительно взглянул на брата. — Полагаю, что ты любишь ее. Очевидно, ты встретил свою половину. Поздравляю, брат. Я очень рад за тебя.

— Только маме об этом не рассказывай, — пробурчал Бастьен.

Этьен с улыбкой хлопнул брата по спине:

— Не беспокойся, не расскажу.

— О чем ты мне не расскажешь?

Братья вздрогнули от неожиданности и едва не застонали, когда к ним присоединилась их мать, Маргарет Аржено.

— Рад видеть тебя, матушка. — Бастьен почтительно поцеловал мать в щеку, и Этьен тут же последовал его примеру.

Маргарет же с усмешкой заявила:

— Я не знаю, мальчики, почему вы постоянно пытаетесь что-то скрыть от меня. В вашем возрасте вы уже должны понимать, что такие попытки — пустая трата времени. Ведь я — ваша мать. Я вижу, слышу и знаю абсолютно все.

— Но разве это хорошо? — осведомился Бастьен.

— Полагаю, что очень, — ответила мать. — Возможно, вы поймете это лет через двести. Во всяком случае, Люцерну для этого потребовалось дожить до шестисот. Не улыбайтесь, я говорю совершенно серьезно. И вообще, мальчиков гораздо труднее воспитывать, чем девочек, — добавила Маргарет, нахмурившись. Немного помолчав, она продолжала: — Итак, Бастьен, ты не хочешь, чтобы Этьен рассказал мне о том, что ты влюбился в кузину Кейт, крошку Терри, не так ли?

Этьен рассмеялся, Бастьен же, поморщившись, проворчал:

— Мои дела — это мои дела, дорогая матушка.

Маргарет с улыбкой сказала:

— Но ты же не думаешь, что я совсем ничего не замечаю? Поверь, мой мальчик, я все вижу и все знаю. Знаю, что ты влюбился. — Она улыбнулась. — Кстати, я вполне одобряю твой выбор. Терри — чудесная девочка. И для Кейт так будет проще. Это облегчит ее чувство утраты, когда она со временем начнет терять близких. Не говоря уж о том, что и для самой Терри будет легче, когда вместе с ней останется кузина. Так что это прекрасно во всех отношениях.

— А вот об этом я и не подумал… — с удивлением пробормотал Бастьен. — Да, действительно, кузины будут поддерживать друг друга.

— Ты не подумал, а мне это сразу же пришло в голову. Потому что я — твоя мать. — Маргарет погладила сына по плечу, потом, осмотревшись, спросила: — А вы не пробовали поискать его в холле или в барах на первом этаже? — Этьен с Бастьеном молча обменялись взглядами, а Маргарет продолжила: — Но вы же не думаете, что Винсент станет кусать ее прямо здесь? Думаю, он найдет какой-нибудь укромный уголок. Пойдемте быстрее. Надо найти мальчика, прежде чем он попадет в затруднительное положение.

— Об этом мы позаботимся, мама, — ответил Бастьен. — Почему бы тебе…

— Пропустить все самое интересное? — Маргарет с усмешкой покачала головой. — Нет-нет, мальчики, ни в коем случае. И вообще, Бастьен, скажи спасибо, что я решила не вмешиваться в ваши с Терри отношения, — добавила она, едва заметно нахмурившись.

Бастьен внимательно посмотрел на мать и с некоторым недоверием спросил:

— А ты действительно не станешь вмешиваться? Что-то не верится…

Маргарет утвердительно закивала:

— Да-да, не стану, поверь мне. Потому что ты, как мне кажется, и сам прекрасно справляешься с этим делом. Но имей в виду: если ты что-то сделаешь не так, я могу и передумать… — С этими словами Маргарет развернулась и вышла из комнаты.