Александр Бромов - Игры богов

— Тогда живи, — разрешил темноволосый, отпустил его и упал рядом. — Неплохо.

Элерин растерялась, не зная, как это понимать, но тут блондин перевернулся и навалился на друга, удобно устроившись на его груди.

— Санти, — он побарабанил по рельефным мышцам. — А тот блокнот — это новые песни?

— Да, — темноволосый пропустил его растрепанные волосы между пальцев, убирая их назад.

— Про любовь?

— Все вам, девчонкам, любовь подавай, — тепло улыбнулся ашурт.

Откуда она знает, что он ашурт? Санти? Что-то забытое, дорогое сердцу…. Элерин мучительно пыталась вспомнить, но воспоминание ускользало между пальцев лунным светом.

— Давай еще раз, только не падай больше, — темноволосый стряхнул блондина, поднялся и проворчал. — Рубаху порвал, балбес.

Он расставил ноги и опустил ладони:

— Запрыгивай, девочка моя.

Почему девочка? Потому что волосы длинные или потому что похож? Или шутка? Шутка, решила императрица, с удивлением наблюдая, как светловолосый встает на руки, а ашурт легко его поднимает.

— Стоишь? — спросил он и сложился пополам, коснувшись спиной палубы, и тут же выпрямился, без напряжения, будто и не было груза на руках. — У тебя вес бараний, — он сбросил друга. — Не интересно.

— А я сломаюсь под тобой, — с досадой пожаловался блондин и почесал бровь. — Есть хочу, убил бы кого-нибудь, — он повернулся и увидел Элерин. — Как каюта?

— Ты Лас? — неуверенно спросила девушка, — Ласай?

— Ласайента, — смеясь, машинально поправил тот.

Красивая у него улыбка, подумала императрица и смутилась.

Ночью ей снились розы и Лас. Потом Санти носил ее на руках по морю, шагая по воде, как по земле, и ей совсем не было страшно.

Утро началось с кошмара: на корме дрались два гиганта в доспехах, темно-красных и белых. Элерин, застыв, с ужасом смотрела из глубины кают-компании, как беззвучно, словно во сне, скрещивались крылья и мечи, высекая искры. Она невольно качнулась вперед, потом в панике рванулась назад. В рубке никого не было, и девушка бросилась вниз, чуть не упав на лестнице. Последняя ступенька подло подставила подножку, заставив ее пробежать несколько шагов на четвереньках, чуть не запутавшись в полах длинного жакета. Теряя голову, императрица забарабанила в дверь каюты Ласайенты. Никто не отвечал, тогда он откатила дверь и ворвалась внутрь. Да где же он? Санти тоже не было, и она бросилась в библиотеку.

Стоя среди стеллажей с бешено бьющимся в груди сердцем, Элерин поняла, что это конец — ее новых знакомых нигде не было. Погибли! Они погибли! Девушка без сил сползла по стене на пол и заплакала. Сейчас те придут убивать ее и все. Все!

Не все! Она еще жива! Она еще постоит за себя! Элерин, шмыгнув носом, вытерла слезы и заставила себя выглянуть в коридор. Никого. Это хорошо. Надо найти оружие. Должно же здесь где-нибудь быть оружие. Хоть какое-нибудь. Хоть нож.

Пока она лихорадочно обшаривала каюты, голова немного прояснилась, но начали трястись руки. Ничего. Нигде ничего не было! Как же так? Она растерянно огляделась. Может быть, наверху? Девушка с ужасом уставилась на лестницу, напряженно прислушиваясь к тишине, но ничего не услышала. А если те уже ушли? И тут ее осенило: а если ее знакомые лежат раненые, в крови, умирают, пока она тут дрожит от страха?

Бешено боясь, ничего не слыша из-за стука сердца, она на слабеющих ногах поднялась по лестнице. Никуда те не делись! Девушка быстро прижалась к стене, потом поднялась на цыпочки и вытянула шею, пытаясь разглядеть пространство перед рубкой. Вдруг раненые там? Ничего не увидев, она снова начала паниковать. Перебежать через кают-компанию? А вдруг заметят? Бросятся за ней и убьют? И тут пришло понимание, что пока она стоит здесь, заламывая руки и обливаясь холодным потом, ее новые друзья умирают, и никто не приходит им на помощь, потому что она струсила.

Элерин проскользнула вдоль сложенного кухонного стола и осторожно выдвинула один ящик. Ложки, вилки и… ножи! Она повертела маленькое лезвие в руке. Не пойдет. Но чем-то же они должны резать! Она поспешно, стараясь не шуметь, выдвинула остальные ящики, заглянула в шкафчики. Ничего!

Чуть не плача, она беспомощно оглянулась по сторонам, и тут ее взгляд упал на огромную сковородку с мясом, стоящую на плите. Пока она спала, они приготовили завтрак, но даже не успели поесть! А теперь одна трусиха стоит и дрожит за свою никчемную жизнь! Дура!

Императрица разозлилась, схватила сковородку и решительно вытряхнула мясо в раковину — все равно больше некому есть! Осторожно, держа «оружие» двумя руками за ручку и не замечая, как на ковер капает соус, она короткими перебежками пробралась к двери и выглянула на корму. Красный гигант как раз начинал теснить белого и находился к ней спиной, заслоняя противнику обзор. Девушка, часто дыша, отпрянула назад. Сейчас он расправится с ним и примется за нее. И все! Нет! Она может постоять за себя. И постоит!

— Не закрывать глаза, — прошептала Элерин. — Я не трусиха! Не закрывать глаза! — и добавила, подумав. — И не визжать. И не закрывать глаза.

Она выскочила из дверей и храбро бросилась в бой, высоко подняв универсальное оружие женщин всех эпох и народов (если забыть про скалку).

Лас, отбил удар меча и замер с широко открытыми от удивления глазами, чем не замедлил сразу воспользоваться Сантилли, от души приложив друга крылом. С удовлетворением посмотрел, как тот отлетел назад, и тотчас крайне чувствительно получил по спине. Герцог покачнулся и стремительно развернулся к новому противнику, машинально уходя от следующего удара, которого не последовало по весьма существенной причине — законы физики никто не отменял.

Сковородка, как резиновая, отскочила от брони, завибрировала в руках девушки и с грохотом запрыгала по палубе. Элерин растерянно проводила ее глазами, сразу вскинув их на красного гиганта, увидела его горящие адские зрачки, и тут ее нервы не выдержали.

Такой звуковой атаки герцог не ожидал: уши заложило мгновенно и намертво. Он ошарашенно тряхнул головой, а девушка отпрянула назад, споткнулась и упала на пятую точку, продолжая визжать и быстро отползать назад.

— Ты что? — возмутился демон. — Больно же!

И тут до него дошло. Он едва успел перехватить бросившегося к императрице Ласа и дернул его вниз, почтительно опускаясь на колено и убирая броню. Свежий утренний ветерок тут же пробежался по обнаженному торсу, остужая разгоряченное схваткой тело, а палуба захолодила босые ноги. Визг резко смолк, и наступила звенящая тишина. Постепенно стали слышны звуки моря, хриплое дыхание Элерин и странные скребущиеся звуки. Принц осторожно поднял голову — девушка безуспешно скользила ногами по палубе, не замечая, что упирается спиной в диван.