Шпионка против герцога - Дана Канра

Завтрак прошел в тяжелой тишине, разговора не получилось. Я усвоила первый дядин урок – при посторонних нельзя говорить о самом важном и тайном. Но почему девушка прибыла утром, а не в полдень, как он сказал? Спрашивать о таком при ней я не стала. Ела через силу, но заставляла себя, прекрасно понимая, что в следующий раз поем где-нибудь в придорожной таверне.

- Итак, - дядя Штефан закончил свой завтрак и выпрямился, поднял на меня тяжелый, торжествующий взгляд. – Некоторые детали пришлось изменить, Луна. Ты отправишься на несколько часов раньше.

- Что-то случилось?

- Нет, еще нет. И, чтобы избежать проблем, я решил отправить тебя в дорогу раньше, - с этими словами дядя покосился на безмолвную Лоиз, давая понять, что при ней откровенничать не будет. - Ты должна быть внимательна, - продолжал дядя, пристально взглянув мне в глаза. – На отборе ты встретишь людей, о которых мы с тобой говорили.

Лоиз, потянула к себе кусочек жареного хлеба, стараясь не привлекать внимания. Я почувствовала, как её неловкость переливается в меня, заставляя нарастать ощущение тревожности. Кто она по рождению? Какова ее роль в этом замысле дяди?

- Я подготовил документы, - сказал он, прерывая мои размышления. – Ты – не Луна Талман, запомни. Я отправляю к Дальгору бедную родственницу Одет Тиль.

Сердце забилось сильнее, когда он положил передо мной небольшой свёрток, завязанный красной ленточкой. Мои пальцы дрогнули; внутри него скрывались тайна и опасность. Я осторожно взяла сверток, взвесила его на ладонях. Дядя внимательно наблюдал за мной, его взгляд не оставлял никаких шансов на сомнение – в этом мире нельзя ослаблять бдительность. Лоиз тихо хрустела хлебом, и этот звук резал тишину, но я не могла отвлечься от собственных страхов.

- Запомни, - продолжал дядя, - ты – Одет Тиль. Постарайся забыть прежнее имя.

Он не опасался говорить об этом при Лоиз. Значит, она в сговоре, или знает не все?

Каждое его слово врезалось в память, подчеркивая опасности, которые ждали меня за пределами его неуютного дома. Я кивнула, еще сильнее сжимая сверток, не в силах произнести даже слово.

После завтрака я не вернулась в комнату и молча вышла на улицу, где ждала подготовленная карета.

Я села в нее, чувствуя, как напряжение в воздухе эхом отражается в каждом звуке. Напротив меня удобно устроилась Лоиз, и очень скромно улыбнулась.

Одет Тиль. Это имя теперь было для меня не просто личностью, а маской, за которой скрывались моя судьба и страхи.

Карета тронулась с места, и я осторожно отодвинула шторку. Улицы прилегающего к поместью городка сегодня выглядели особенно мрачными – над домами нависало серое небо, а ветер казался холодным и пронизывающим. Солнца не было видно, но в душе я надеждой и страхом ожидала приключения, которое ждало меня впереди. Взгляд на Лоиз заставлял меня задуматься, какую роль она сыграет в моем задании?

- Все в порядке, госпожа? - тихо спросила она, прерывая мои размышления.

Я кивнула, но внутри все еще кипело волнение. Неожиданно я ощутила необходимость довериться ей, несмотря на то, что выглядела она так же испуганно, как и я. Неизвестно, сколько времени придется находиться вдвоем. Потом попробую ее разговорить, но, как ни крути, а она – такой же бедный, замерзший воробушек, как и я, только знатности меньше. Возможно, если я попадусь, ее не убьют, и на этом ее привилегии заканчиваются.

Что до меня… Дядя преподнес мне неприятный сюрприз, мог бы сказать раньше, а теперь мне в голову лезли разные мысли о том, что он мог еще утаить. Сверток лежал в моем личном саквояже, как только окажусь вдалеке от чужих глаз, обязательно развяжу красную ленту и ознакомлюсь с содержимым.

Но не раньше. Теперь мне нужно быть умной и осторожной. Одет Тиль – я готова стать ею.

Глава 3

Погода в пути выдалась дождливой. Осень брала свое. Я сидела в карете и молча слушала шум воды, падающей с небес, а Лоиз пыталась меня развеселить.

Ветер шумел и трепал деревья, а капли дождя барабанили по крыше кареты, создавая осеннюю мелодию. Я смотрела в окно, за которым мир превращался в размытую картину — серые облака нависали над землей, а дороги становились зеркальными от воды, отражая небесный цвет. Лоиз, однако, не оставляла надежды на веселье. Она ярко описывала свои приключения, расписывая детали так, будто они были самыми смешными анекдотами.

- Представьте, госпожа, — говорила она, — как я пыталась поймать ту рыжую кошку, которая убежала от меня в сильный дождь!

Её голос звучал радостно, глаза сверкали, и я невольно улыбнулась. Лоиз знала, как поднять настроение, даже когда буря бушевала вокруг. Я откинулась на спинку сиденья, позволяя ей говорить, а сама погружалась в свои мысли о грядущих переменах.

Но осень не просто грозила переменами — она лилась в каждый момент, отзываясь хриплым шепотом среди шороха дождя. Я чувствовала, как природа проникает в мой внутренний мир, заполняя пустоту осенними красками. Лоиз продолжала рассказывать о своих приключениях, и постепенно я поняла, что даже в такие ненастные моменты можно найти свет.

Я посмотрела на Лоиз, и её радость казалась мне особенно яркой среди серой осени. Каждое слово, которое она произносила, раскрашивало пространство вокруг, ее смех был как светлый луч, пробивающийся сквозь облака. Кто же она все-таки такая по происхождению?

- И потом, — продолжала она, не замечая, как время улетает, - когда я наконец поймала её, оказалось, что она просто искала укрытие от дождя!

Мы обе рассмеялись. Потом я кое-что осознала и уточнила:

- Ты понимаешь животных?

- Да, - осторожно ответила она. – Но из-за незнатного происхождения меня не приняли ни в одну магическую академию.

Снаружи дождь всё не прекращался, но в нашей карете, было сухо, пусть и холодно.

Я подумала, что даже в самые мрачные дни, когда воет ветер и шумит дождь, а на душе непроглядный мрак, всегда можно найти момент радости – просто попробовать его замечать. И я ощутила, как осень, с ее холодом и ливнями, становится не только символом перемен, но и временами волшебства.

Так мы ехали довольно долго, потеряв счет времени.

Казалось этот путь не закончится никогда. Но вот, в какой-то момент карету тряхнуло, она остановилась, и я услышала глухие переговоры кучера с фиаламскими пограничниками. Солдаты проверяли бумаги всех въезжающих –