Ее кровь, его тьма - Лира Алая

тоже.

В его глазах действительно плескались радость и любовь. А в моих — слёзы.

Я обняла его крепче.

— Спасибо тебе. Я очень рада, что ты есть у меня.

Он кивнул, отпуская меня.

Музыка усилилась. Я сделала шаг вперёд.

Каждый мой шаг к алтарю отдавался в сердце. Земля под ногами будто дышала вместе со мной.

Белые лепестки роз мягко ложились на камни — ветер поднимал их и разбрасывал, создавая дорожку к нему.

Я видела, как он стоит там — мой Михаэль, мой выбор, моя судьба.

Его глаза встретились с моими, и я сразу почувствовала, как дыхание сбилось.

Он был невероятно красив, и в то же время казался чем-то большим, чем просто мужчина. В нём была сила, покой и страсть одновременно.

И, как бы ни называли вампиров — бесчувственными убийцами, чудовищами, — похоже, мне достался самый чувственный и человечный из них.

Это как люди судят друг друга по происхождению, по расе, по крови.

Но я знала: передо мной стоял тот, кто умеет любить. По-настоящему.

Он — лучший мужчина на всей планете. Для меня. Для моей души.

Я шла к нему, и с каждым шагом чувствовала, как дрожат колени.

Когда он протянул руку — я вложила свою, и эта простая деталь вдруг обрела священный смысл.

Всё, что было до — исчезло.

Было только это мгновение, наполненное любовью и вечностью.

Церемония началась.

Рейнор стоял рядом, читая древние слова, смысл которых уходил глубже, чем просто в обряд.

Они словно проникали под кожу, связывая души.

Я смотрела на Михаэля, и в его глазах отражалось море, небо, арка и я — всё его настоящее.

Когда он произнёс клятву, его голос был низким и мягким, но в нём чувствовалась безграничная сила:

— Я клянусь любить тебя во все времена. Когда солнце взойдёт над морем — и когда тьма скроет его.

Я клянусь быть рядом, даже если мир обрушится, если память исчезнет, если вечность обернётся пеплом.

Ты теперь — моя жизнь, моё дыхание, мое все.

Я слушала, затаив дыхание, и знала — это не просто слова. Он не умеет лгать в чувствах.

Моя очередь.

— Я клянусь быть твоим светом, даже если ночь станет вечной.

Я клянусь идти рядом, не оглядываясь на страх.

Ты — моё начало и мой конец. Моё спасение. Моя любовь.

Я дрожала, и не могла удержать слёз. Он вытер их пальцем, поцеловал, и всё внутри растаяло.

Мы знали — эти клятвы не пустые.

Что именно так оно и будет.

Что теперь ничто не сможет разлучить нас — ни смерть, ни вечность.

Когда всё закончилось, я ещё долго стояла на месте, не в силах осознать, что это действительно произошло.

Музыка стихла, ветер принёс запах моря, и только белые лепестки кружились вокруг нас.

Михаэль стоял напротив — высокий, спокойный, как будто созданный из самого света и тьмы.

Он подошёл ко мне, и наши пальцы переплелись.

Так просто — но в этом касании было всё. Клятва, нежность, защита, обещание.

Он обнял меня сзади, прижимая к себе, и прошептал прямо в волосы:

— Я смотрел на этот мир тысячу лет. И только сейчас он кажется живым. Потому что ты — в нём.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

Мир стал тише, мягче, теплее.

Каждая секунда рядом с ним наполнялась таким смыслом, что казалось — время боится идти вперёд, чтобы не разрушить эту полноту.

Мы стояли на краю утёса, внизу бурлили волны, разбиваясь о камни.

Небо над нами постепенно темнело, окрашиваясь в сиренево-золотые оттенки.

Где-то вдали зажглась первая звезда.

Я вдохнула полной грудью, чувствуя соль, влажный воздух, аромат роз, впитавший в себя солнечное тепло.

— Если вечность и правда существует, — сказала я тихо, — то она, наверное, выглядит именно так.

Мы стояли вдвоём — на краю мира, где море встречает небо.

И когда солнце окончательно исчезло, а небо зажглось звёздами, я поняла:

всё, что было до этого, — лишь путь к этому мгновению.

КОНЕЦ