Игра в кошки-ведьмы - Руби Рун

К несчастью для него, едва придя в себя, она с головой ушла в плавание и насильно притащила Феликса с собой в бассейн. Он, мягко говоря, не оценил, когда на него полетели брызги воды; честно говоря, никогда ещё в жизни он не был настроен настолько воинственно и кровожадно. Тихими ночами они сидели у камина, пытаясь разгадать загадку на ключе. А когда она спала, он тайком ускользал наружу, чтобы прочесать окрестности в поисках хоть каких-то следов пропавших оборотней — и до сих пор результатом этих поисков был круглый, блять, ноль. Это раздражало его до безумия: он был прирождённым охотником, но здесь не мог взять даже самый слабый след.

Хуже того, когда он возвращался с этих ночных вылазок, он всегда засыпал на кровати в обличье кота, но по утрам неизменно просыпался, обвившись вокруг Эйвери всем телом, включая хвост. Собственный организм предательски голосовал против него. И втайне он поймал себя на том, что начинает ждать этих утренних пробуждений. Ему следовало прекратить это. Дистанцироваться. Спать на грёбаном диване. Но он так ни разу этого и не сделал.

Однако сегодняшний вечер сулил проблемы посерьёзнее. Эйвери собиралась на свидание. Последние несколько вечеров она давала Каллуму от ворот поворот, но сегодня этот тип наотрез отказался принимать отказы и банально подкупил её шоколадным мороженым. Ублюдок прекрасно знал её слабости.

Феликс делал вид, что увлечённо смотрит хоккей по телевизору, но на самом деле не мог оторвать взгляда от отражения Эйвери, пока она втискивалась в облегающее чёрное платье. Бля-а-а-а-а-а-ать. Он мысленно застонал. От этого платья там было одно название, а вырез выгодно подчёркивал её идеальную грудь. Похоже, сегодня ему придётся приложить титанические усилия, чтобы не выдрать Каллуму его грёбаные глаза.

В конце концов Феликс не выдержал и повернул голову — ему нужно было видеть её напрямую, а не через зеркало.

— И вот в этом ты пойдёшь на свидание?

По её лицу тут же разлился нежный румянец:

— Да… А что с ним не так?

— Ты тратишь такой наряд на какого-то жалкого ведьмака, — буркнул он, даже не пытаясь скрыть своего откровенно хмурого и раздражённого тона.

— Вообще-то я тоже ведьма, Феликс.

Прежде чем она успела сообразить, что происходит, он одним слитным движением пересёк комнату и вырос прямо перед ней, нависая всем своим немалым ростом. Даже на каблуках ей приходилось сильно закидывать голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом. Она попыталась изобразить на лице злость, но от этого выглядела только ещё более милой и очаровательной.

Его глаза бесстыдно прошлись по её телу, медленно скользя вверх и вниз и впитывая каждый прекрасный дюйм. Каждая клеточка его существа истошно орала запереть все двери на замки и занять её совсем другими вещами. А судя по тому, как резко изменился запах Эйвери, он был блять в одном шаге от этого. Узы между ними вибрировали, подпитываясь обоюдным возбуждением, пока оно не стало почти болезненным.

— Отмени своё свидание. У нас есть дела поинтереснее, — процедил Феликс сквозь стиснутые зубы.

— Например?

— Например, разгадать загадку.

— Давай отдохнём от неё хотя бы один вечер, — она потянулась проверить свой телефон.

— Чтобы ты могла дать шанс этому мудозвону? — огрызнулся он.

— Как поэтично.

— Я стараюсь, — на его лице на мгновение промелькнуло кое-что, что он просто не успел скрыть.

— О богиня, — выдохнула Эйвери, насмешливо фыркнув. — Да ты ревнуешь.

Сука. Он ничего не ответил. Лишь скрестил руки на груди, а в следующую секунду плавно и бесшумно перекинулся в кота.

Эйвери закатила глаза, бормоча себе под нос:

— Мужчины сделают всё что угодно, лишь бы не говорить о своих чувствах.

Мягко ступая лапами, он направился к ней, принялся нарезать круги вокруг её лодыжек и усердно тереться мордой о её ноги. Для того, кто терпеть не мог чужие прикосновения, он определённо делал всё возможное, чтобы касаться её как можно чаще. Какого хрена с ним вообще происходило?

— Что ты делаешь? — спросила Эйвери.

Он не ответил, лишь продолжал увлечённо мазать мордочкой по её ноге.

— Ты же мне всё платье кошачьей шерстью изваляешь.

В ответ он послал по ментальной связи мрачный смешок: «Раз уж ты так упрямо рвёшься на выход, твой грёбаный запах станет неузнаваемым. Я позабочусь о том, чтобы каждый чертов дюйм твоего тела пах мной».

Феликс наблюдал за тем, как Эйвери потягивала уже четвёртый за вечер бокал красного вина. Нежный румянец медленно расползался по её лицу, словно плющ, карабкающийся по деревянным балкам. Они сидели за угловым столиком в самой глубине паба. Невысокие каменные стены были украшены люстрами из свечей и массивных цепей, а на заднем плане тихо наигрывал приятный фольклорный мотив. Сам Феликс по-хозяйски восседал прямо посреди стола, рядом с корзинкой для хлеба, в то время как лиса Каллума покорно валялась на полу, как послушная сучка. Ну, технически она была лисицей, а не сукой, но это уже детали.

Феликс снова уставился на Каллума. Он следил за тем, чтобы каждый раз, стоило ведьмаку хотя бы немного податься вперёд, этот ублюдок натыкался на его тяжёлый, многообещающий взгляд и ни о чём другом думать уже не мог. И это блять работало: вместо того чтобы выдать какую-нибудь гладкую, романтичную фразу, Каллум раз за разом позорно заваливал свои подкаты и мямлил всякую чушь. Честно говоря, это было лучшее развлечение Феликса за всю неделю. Хотя ладно, это была ложь. Как ни странно, проводить время с этой ведьмой оказалось куда веселее, чем он мог себе вообразить. На днях они несколько часов подряд яростно спорили о том, обязательны ли маринованные огурцы в хорошем бургере. Потом дискуссия плавно перетекла в обсуждение того, какой оттенок красного можно считать лучшим. Феликс настаивал на ярко-алом — как свежая кровь ведьмы, на что Эйвери заявила, что это варварство и вообще ни разу не утончённо по сравнению с бордовым. Он приводил настолько неопровержимые аргументы, что в итоге Эйвери попыталась задушить его подушкой. С её стороны это была весьма доблестная попытка.

Каллум потянулся через стол к хлебной корзине, но тут же испуганно отпрянул: Феликс сделал обманный выпад лапой, однако в последний момент передумал и просто лениво принялся её вылизывать. Впрочем, ведьмак дёрнулся не зря — Феликс без раздумий оттяпал бы ему палец при первой же возможности.

Силовик прочистил горло, продолжая коситься на Феликса:

— Ты прекрасно выглядишь сегодня.

Эйвери икнула и поспешно прижала салфетку к