Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер - Таня Драго

магические исследования?

Карис горько рассмеялся.

— О чём ты говоришь, дочь? Наш дар угас. Я едва могу улучшить качество серебряной ложки, не говоря уже о создании чего-то по-настоящему ценного.

Я сделала шаг к нему, внезапно ощутив странное желание помочь этому сломленному человеку. О, Марина, сколько раз ты боролась с желанием уволить к черту менеджера, зная, что лучше он работать не будет. Но у него ж больная мама… Этот менеджер… Похоже давно ушел в себя по собственному желанию. Без заявления и выплаты отпускных.

— Отец, расскажи мне о нашем даре. Я хочу понять, почему он не проявился у меня.

Он уставился на меня, мягко скажем, с удивлением.

— С каких пор тебя это интересует? Ты годами избегала даже упоминания о магии.

— Как я уже сказала, переосмыслила многие вещи после... — я сделала паузу, — после близости к смерти. Может быть, если я лучше пойму нашу магию, смогу как-то пробудить её в себе?

Карис внимательно изучал меня, затем медленно опустился в плетёное кресло.

— Дар Радналов — это способность улучшать качество предметов, усиливать их свойства, — начал он, и я заметила, как в его потухших глазах мелькнула искра воодушевления. — В расцвете нашего могущества мы могли превращать один материал в другой — свинец в серебро, медь в золото. Но самое ценное — это создание магических артефактов, предметов с уникальными свойствами.

Он отпил из бокала, и его голос стал более оживлённым, когда он погрузился в воспоминания.

— Мой отец мог превращать свинец в серебро. Я — лишь улучшить качество уже существующего серебра, сделать его чище, прочнее. А у тебя... у тебя не проявилось ничего. Ни искры, ни признака силы.

— И поэтому был заключён союз с драконами? Чтобы их кровь возродила наш дар? — спросила я, хотя Нилли уже рассказала мне об этом.

— Да, — кивнул Карис. — Драконья кровь древнее и могущественнее человеческой. Союз наших родов мог дать потомство с возрождённым даром. Потому мы и обручили тебя с Латором в детстве.

Я обдумала его слова, затем высказала предположение, которое внезапно пришло мне в голову:

— А что, если... что, если именно это давление и блокировало дар? Постоянный страх разочаровать, не оправдать надежд?

Карис нахмурился, явно никогда не рассматривавший такую возможность.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, — я осторожно подбирала слова, — если магия связана с эмоциональным состоянием, то постоянный стресс и чувство неполноценности могли... подавлять её проявление?

Ринтан Карис задумался, затем отмахнулся:

— Слишком поздно для таких размышлений. Латор разорвал помолвку публично. Даже если твой дар проявится завтра, драконы не вернутся.

Он залпом допил бренди и тяжело поднялся.

— Мне нужно съездить к старому другу, — пробормотал он, направляясь к выходу. — Может быть, он согласится дать отсрочку хотя бы по части долгов.

У дверей он остановился и, не оборачиваясь, добавил:

— Я рад, что ты выжила, Лиралин. Несмотря на мои слова... я не хотел бы потерять дочь.

С этими словами он вышел, оставив меня наедине с бесчувственной леди Арвеей и растерянной Нилли.

Я опустилась на край кушетки, размышляя обо всём услышанном. Ситуация казалась почти безнадёжной — разорённое поместье, угасающий магический дар, разорванная помолвка, которая могла бы всё спасти...

Но где-то в глубине души я чувствовала странное воодушевление. В конце концов, в моём прежнем мире я не раз выводила компанию из кризиса, находила неожиданные решения там, где другие видели только тупик.

И если я застряла здесь надолго, то отступать не собиралась. В конце концов, какая разница — вести бизнес в современном мире или пытаться спасти древний магический род от разорения? Принципы антикризисного управления везде одинаковы.

Первым делом нужно было разобраться в активах и обязательствах. А потом — найти новый источник дохода. Или... попытаться пробудить этот загадочный дар, который, судя по словам отца, мог бы решить все проблемы. Я посмотрела на свои руки — тонкие, с изящными пальцами. Неужели в них действительно скрыта способность превращать обычные предметы в нечто большее?

Глава 3. Антикризисное управление с фэнтезийным уклоном

— Нилли, а библиотека у нас есть? — спросила я, наблюдая, как служанка заканчивает приводить в порядок Арвею, которая наконец пришла в сознание и теперь сидела с компрессом на лбу, причитая о крахе всех надежд.

— Конечно, госпожа! — оживилась Нилли. — Библиотека Радналов — самая обширная частная коллекция в трёх провинциях. По крайней мере, была такой раньше.

— Отлично, — я поднялась с кушетки. — Покажи мне её.

Мать слабо взмахнула рукой, пытаясь привлечь моё внимание:

— Лиралин, дорогая, тебе нужно отдыхать после... после твоего ужасного потрясения.

— Я достаточно отдохнула, лёжа без сознания, — ответила я, стараясь звучать вежливо (не получилось). — Сейчас мне нужно узнать больше о нашей семье. О нашем даре.

Арвея закатила глаза, как будто я сказала что-то особенно глупое:

— Но зачем? Латор ушёл, дар не проявился... всё кончено!

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза в ответ. Нет, Марина, спокойно. Это просто кризис-менеджмент, уровень "катастрофа". Это как с поставками из Китая в 2020-м, когда все границы закрыли, а у тебя контейнер с сезонным товаром застрял на таможне.

— Вот поэтому мне и нужно в библиотеку, — ответила я. — Потому что "всё кончено" — это диагноз только для тех, кто не ищет новых решений.

Оставив мать с очередным компрессом и бокалом успокоительного, мы с Нилли направились в западное крыло поместья. По пути я отметила, что состояние коридоров становилось всё хуже — трещины на стенах, провисшие балки, дыры в потолке, через которые виднелось небо.

— Поместье выглядит так, будто его ремонтировали мои бывшие мужья, — пояснила я. — Они тоже любили раздавать громкие обещания, а потом лежать на диване и критиковать чужую работу.

Нилли хихикнула, прикрыв рот ладонью.

— Вы так странно шутите сегодня, госпожа. Но приятно видеть вас...