С приветом из другого мира! - Марина Ефиминюк

– Тут уж вы правы, мама: колхозница во мне всегда просыпается неожиданно, – согласилась я и опустила крышку на горлышко чайника.

Луиза мигом исчезла, только носик выплюнул тонкую струйку дыма.

Из кабинета я выходила в большой задумчивости, из которой меня вывела скалка, зажатая в мощной руке взбешенной Вэллы. Размахивая страшным поварским оружием, она едва не наскочила на меня в холле. Седые волосы торчали из-под подвязанной косынки, грудь тяжело вздымалась, в глазах горела жажда кого-нибудь зашибить (главное, чтобы не меня).

– Вэлла, бог с вами, что случилось? Опустите скалку, пока все живы! – воскликнула я, натуральным образом отшатываясь от женщины, способной отправить меня в нокаут одним щелчком по лбу. А у нее выточенная из целого полена скалка, которая, по словам торговца кухонной утварью, прослужит еще внукам кухарки! Да ни один мужик не выживет, не то что хрупкая леди.

– Где это чудовище? – рявкнула она, грозно оглядываясь по сторонам.

– Сама хотела бы знать! – с жаром поддакнула я единственному человеку, разделившему мое возмущение из-за исчезнувшего не вовремя хозяина.

У него лошадь своровали, жена в моральном кризисе, но он посмел свалить. Он что, только к отправке рода Мейнов в небытие относится серьезно, а в остальном – трава не расти, чайник не кипятись?!

– Мясо из кухни своровал! Понимаете? – рыкнула Вэлла. – Паршивец! Все кастрюли перевернул, а из пасти не выпустил!

– Подождите, Вэлла, – растерялась я. – Зачем господину Мейну воровать мясо?

Она моргнула, перестав трясти скалкой у меня перед носом, и уточнила:

– А?

Стало ясно, что мы говорим о разных чудовищах, и помимо страшного мага, способного дурным настроением ввергнуть замок в долгую арктическую ночь, в Рокнесте завелась другая бабайка.

– Кого вы ловили? – уточнила я.

– Да кота! Черный как демон! – всплеснула она руками, а заодно и скалкой, само собой, возле моего лица. – Или кошку? Уж не рассмотрела, так гонялась.

– Какой еще кот? – искренне удивилась я. – У нас не было ни кота, ни кошки. Кроме лошади, вообще никого не заводили. И лошади у нас теперь тоже нет…

– Так вот же он! – перебила меня Вэлла, ткнув скалкой куда-то мне за плечо.

На фоне прояснившегося, но порядком побледневшего и состарившегося портрета Ивонны сидел большой черный кот. Уши стояли торчком, кончик длинного хвоста ходил туда-сюда. И вид этот кот (или кошка) имел такой царственный, что впору кланяться. Как будто и не устроил нахальный грабеж на кухне.

– Ну держись, паршивец! – процедила кухарка и вполне решительно отодвинула меня с дороги.

Почуяв опасность, животина мгновенно подорвалась и рванула в сторону женской половины.

– Куда мясо выплюнул? – завопила Вэлла, бросаясь ему вдогонку.

В отличие от грузной женщины, тяжело преодолевшей пару ступенек, по лестнице хвостатый вор взлетел черной молнией. Кухарка остановилась и перевела дыхание, понимая, что проиграла.

– Вэлла, пощадите животное, – вздохнула я. – Если он спрятался, мы его все равно не найдем.

– Его надо поймать и вышвырнуть прочь! – заворчала она, бочком, неловко спускаясь ко мне. – Изгадит весь замок!

– Вы разве не знаете? Если кот решил завестись, все равно заведется, – попыталась я успокоить разбушевавшуюся воительницу, хотя не понимала, откуда в уединенном замке появился кот. С другой стороны, у нас то коты возникают, то хозяин сам собой выпиливается, когда очень нужен. – Пойдемте на кухню. Вашего фирменного кофе хочется.

В кухне страсти по коту уже улеглись. Слуги сметали рассыпанную по полу муку и черепки глиняной посуды. Тобольд стоял на фоне окна и с трагичным видом капал в рюмочку какие-то капельки из крошечного пузырька. На громоздкой плите с дырчатыми конфорками кипела кастрюля литров на десять, а вокруг разливался густой знакомый с детства запах бульона на мясе с мозговыми косточками. Бабуля такой варила на борщ. Кажется, я могла ощутить фантомный аромат наваристого, духовитого первого.

– Госпожа Мейн, моя кухня в руинах! – Тобольд с трагичным видом хлопнул капель, скорчил уморительную мину и выдохнул в рукав. – Этот зверь уронил поварскую книгу великого Клода!

– Испортилась? – не оценила я величину проблемы.

– Упала в муку! – воскликнул повар, на что Вэлла угрожающе хлопнула скалкой по ладони. – Пока я спасал книгу, кот своровал кусок отборной говядины!

– Да, я слышала эту страшную историю, – согласилась я. – Что готовите?

– Пока бульон варим, – вздохнул он.

Я задумчиво осмотрела корзинку с корнеплодами, щедро присыпанными мукой, заметила откатившуюся под стол картофелину. На полке лежал кочан капусты.

– Борща хочется, – вздохнула я.

– А как же кофей? – растерялась Вэлла.

– Да бог с ним, с кофе. Сейчас борща наварим. – Я сняла с крючка свободный поварской фартук и, слегка попутавшись в завязках, накинула на себя. – Очень душевной гармонии помогает. Пока сваришь, психовать перехочется.

– Да что такое этот твой борщ, сердечная? – охнула Вэлла. – Что за странная еда?

– Иноземная, – пояснила я и полезла за капустой в корзине, стоящей под столом. – Один раз попробуете, и еще захочется.

Когда вылезала, ударилась затылком о толстую деревянную крышку и ойкнула. Тобольд молча проверил на свет бутылочку с «валокордином», отмерил себе еще пятнадцать капель и одним махом проглотил. Видимо, за упокой отъехавшей крыши у хозяйской жены.

– Леди Мейн, вы будете сами готовить? – Он рванул ко мне, когда я пристроила кочан на разделочный стол и проверила острый поварской тесак. – Осторожно, вы поранитесь!

– Да бросьте, Тобольд, – отмахнулась от него. – Знаете, как моя бабуля говорила? Без борща жизнь не та. Она меня еще в школе учила готовить…

Я шустренько заткнулась, осознав, что сильно разговорилась, и посмотрела на повара. У него натуральным образом зашевелились усы и отчетливо дернулось веко.

– В смысле, моя матушка леди Артисс, – исправилась я.

– Она тоже умеет готовить иноземные блюда? – тихо спросил он, видимо пытаясь оценить экзотичность воспитания аристократических девиц в современном магическом мире.

– Сейчас модно проходить поварские курсы, – на ходу сочинила я. – Всех девушек перед свадьбой отправляют.

– Зачем?

– Для общего развития.

Веко у Тобольда дернулось второй раз. Он потер глаз и пробормотал:

– Двуединый нам помоги.

Готовить мне всегда нравилось. Жаль, времени никогда не хватало. За чисткой, резкой и шинковкой голова пустела, мысли очищались и думалось чудесно. По большей части о муже и его принципах.

Незаметно Вэлла выставила из кухни любопытствующих служанок. Сама тоже ушла, прихватив священную скалку, а Тобольд принимал самое живое участие в процессе, придирчиво не пропуская ни одного шага. Следил как коршун. Видимо, боялся, что хозяйка перепортит кучу продуктов. Заодно выспрашивал, чему еще на курсах учили. Сама от себя не ожидая, я выдала половину известного мне меню. Название «селедка под шубой» повар очень долго переваривал, а потом спросил, зачем селедку прикрывают шубой и