Модистка Ее Величества - Арина Теплова
Теперь в моём магазинчике продавались и шились не только платья, костюмы, шляпки и нижнее бельё, но даже обувь, перчатки, шали и сумочки для дам. Прямо универсальный магазинчик.
Наконец то мы прикупили еще две швейные машинки.
Няня и Зоэ занимались выкройкой, вышивкой и шитьем по моим эскизам и придуманным фасонам. Я выполняла самые трудные в пошиве одежды. Мадам Арабель мастерила шляпки и пуговицы. Ей помогал Бертран, если надо было выполнить какую-то черновую работу, а в основном молодой человек занимался изготовлением обуви. И это у него получалось с каждым днем все лучше. Калиан решал вопросы по поставке материалов из других лавок. Мы даже наняли мальчика посыльного, который разносил готовые товары по домам горожан. И получал ежедневно по пол франка за свою работу.
И сейчас мне казалось, что моя давка скоро станет мала. Ведь каждый день приходили всё новые и новые покупательницы. Небогатые горожанки из соседних кварталов одевались в основном только у меня. Их любовь моя «Парижская модница» уже завоевала.
И теперь предстояло самое трудное — вызвать интерес у богатых дам. И для этого нужны были уже более дорогие изделия из шикарных тканей и изысканных фасонов. Но я не собиралась оставлять и ширпотреб. Он приносил мне хороший доход именно своими объемами продаж, хотя и по недорогим ценам.
То утро началось как обычно, с суеты и новых заказов в лавке. Я сама обмерила двух привередливых покупательниц и взяла заказы на пошив их платьев.
Ближе к обеду я решила оставить в лавке только Зоэ, пока мы с Манон обсуждали новые фасоны платьев. Няня уже ушла в швейную комнату, а я чуть замешкалась.
В этот момент в лавку вошел некий господин: высокий, холёный, в дорогой одежде и цилиндре. Узнав мужа, я побледнела. Неужели опять явился скандалить?
— Рауль? Зачем ты пришел? — недовольно обратилась к нему я.
— Здравствуй, Сесиль. Решил купить себе пару галстуков.
— И только? — насторожилась я, опасаясь что граф учинит безобразие.
Я тут же вспомнила, как четыре дня назад он устроил тут потасовку и подрался с Калианом. Повторения подобного я не хотела. Благо сейчас в лавке не было посетителей. Еще не хватало им видеть наши семейные разборки, как в прошлый раз на улице.
— Нет, конечно, — хмыкнул он. — Но, похоже, другого способа поговорить с женой у меня нет.
Он прошел дальше внутрь, и я поняла, что уходить он не намерен. Нервно заявила:
— Нам не о чем говорить. Если только о разводе.
— Ты уверена в этом, дорогая жена? — сказал он как-то угрожающе, а от его взора по всему телу у меня побежали неприятные мурашки.
— Может, пройдем в примерочную и поговорим там?
— Изволь.
Я направилась в гостиную, граф последовал за мной. Прикрыл плотно дверь и как-то театрально произнес:
— А я так надеялся, Сесиль, что ты успокоишься. Все хорошенько обдумаешь и не будешь рушить наш союз. Все же я твой муж и люблю тебя.
— Я тебя умоляю! — возмутилась я, отходя от него подальше к окну. Его близость вызвала ледяной озноб и неприятное чувство опасения. — После того, что ты вытворял по отношению ко мне, у тебя поворачивается язык говорить подобное?!
— Послушай, я знаю, что совершил ошибку, — продолжал де Бриен. — Ты вправе меня презирать. Одному Богу известно, как я сам себя презираю, но у меня было время подумать о тебе, обо мне.
Я чувствовала неискренность в его словах. Всё это были крокодиловы слезы. И он ни капли не раскаивался в своих гнусных поступках, когда бил меня и отдал на забаву тем гвардейцам.
— Прекрати, Рауль, я всё равно не верю в твоё раскаяние. Ты издевался и мучил меня намеренно, будучи в здравом уме и памяти. Оттого твои преступления ещё омерзительнее. Я тебя никогда не прощу. И не вернусь.
— Я понимаю. Я был не тем мужем, которого бы ты хотела, не таким о котором ты мечтала. Я, конечно, мог бы попытаться тебя разжалобить, искать оправдания, что у меня был жестокий отец, оттого я был так несдержан с тобой. Но это лишь слабые оправдания. Однако мои чувства к тебе правдивы. Поверь.
— Не верю.
— Мы с тобой поклялись, Сесиль, быть в горе и радости. Я хочу сделать всё для того, чтобы вернуть тебя. Попытаюсь исправится. Ведь я люблю тебя!
— Это всё? Закончил свою речь? — холодно осведомилась я.
Глава 62
Моя холодная фраза заставила муженька поежиться и явно пришлась ему не по нраву.
— Мы с тобой связаны узами брака, чтобы ты об этом ни думала, — уточнил Рауль недовольным тоном.
— Я думаю о другом, Рауль. Мы с тобой разные люди и вместе нам не по пути. Я тебя не люблю, ты меня тоже. Развод — единственный верный выход, как я уже говорила не раз.
Он недовольно исподлобья смотрел на меня и нервно кусал губы.
— Значит, возвращаться ко мне ты не желаешь? — агрессивно спросил он.
— Нет, это исключено. Я хочу развод.
— И не передумаешь?
— Нет. Не пойму, отчего ты вцепился в меня? Станешь свободным, женишься снова или будешь жить без брачного ярма. Это же так прекрасно, никакой жены и проблем.
— Ты знаешь, что мне нужен наследник, Сесиль. Иначе отец лишит меня всего!
— Вот разведешься и женишься на той, что родит тебе наследница. Я же уже порченая, беременная от другого. Ты и сам понимаешь.
Граф некоторое время молчал. Сверлил меня глазами и напряженно о чем-то думал. Наконец через зубы выдохнул и мрачно произнес:
— Так и быть. Я дам тебе развод. Но у меня есть условия.
— Говори, какие? — тихо спросила я.
— Мне нужен дневник твоего отца и две тысячи франков. Тогда я так и быть подпишу бумагу о разводе.
— Сколько? — опешила я в ужасе.
— Две тысячи. Именно столько я заплатил твоей мачехе за тебя. И учти это вместо приданого было. Теперь ты решила сбежать от меня, оставив с носом и без наследника. Почему я должен нести убытки?
Он говорил так цинично, расчётливо. Я даже поморщилась. И попыталась убедить графа изменить требования.
— Рауль, у меня нет таких денег. Может быть хотя бы половину этой суммы?
— Не прибедняйся. Твоя лавка наверняка приносит хороший доход.
— Ты не прав,
