Об огне и заблуждениях - Кортни Уимс
У меня перехватывает дыхание, и я прикрываю глаза тыльной стороной ладони.
Он посмеивается. — Что, никогда раньше мужчину не видела?
Я нащупываю рубашку, перекинутую через спинку стула, и вслепую швыряю её в него. Он хохочет над моей нескрываемой нервозностью.
— Ты можешь поторопиться? Тебя одного не хватает, — ворчу я.
— Могут и подождать. Им придется меня подождать.
— Ты такой самовлюбленный кусок…
— Знаю.
Я мечу в него свирепый взгляд, радуясь, что его торс теперь прикрыт рубашкой, которую я ему кинула. Впрочем, он её так и не застегнул. Темная ткань низко расходится, обнажая грудь и живот.
Я снова отвожу глаза, осматривая его комнату. Беспорядочная свалка из ножен, ремней и одежды валяется кучей на полу у ножки кровати. Спутанные простыни и одеяла «борются» друг с другом на постели. Черный плащ накинут на отодвинутый от стола стул, дожидаясь, когда кто-нибудь об него споткнется. Пачки бумаг разбросаны по всему столу. Один листок пергамента приковывает моё внимание.
На большом скрученном листе, прижатом книгами по углам, нарисованы безошибочно узнаваемые очертания хребта Драконья Спина.
Карта.
За северной частью хребта Драконья Спина виднеется край Земель драконов, прикрытый другими бумагами. Я кляну себя за то, что не заметила её, когда заходила сюда в первый раз.
— Мы… опоздаем, — предупреждаю я, хотя наполовину отвлечена картой на его столе.
Дэриан крадется ко мне, хватая два меча, прислоненных к столу. — Мы? Разве ты не должна остаться здесь? Ну, знаешь, «северная часть лагеря» и всё такое.
— В таком случае, разве ты тоже не должен остаться?
Он пожимает плечами. — Я им нужен.
— Я им тоже нужна, — парирую я.
Он фыркает, убирая мечи в ножны; свист металла разрезает воздух между нами. — Рыжий пойдет на всё, чтобы не спускать глаз с сестренки, да? Будь он умнее, он бы заставил тебя остаться.
— Это было моё решение, — шиплю я, сжимая кулаки из-за его скрытого оскорбления в адрес Коула.
Он указывает на дверь и затыкает флягу за пояс. — Ну, тогда посмотрим, на что ты способна.
***
Солнце зашло примерно час назад, и вокруг Блэкфелла повисла зловещая тишина. В прошлый раз, когда я была здесь, шел дождь. К счастью, сейчас по ночному небу разбросано всего несколько облаков. Лунный свет то проступает, то тонет в тонких черных обрывках туч.
Наш отряд сгруппировался и присел на корточки на окраине Блэкфелла; мы обмениваемся приказами шепотом. Ночной холод пробирается под кожу, ветер усиливается, и я пытаюсь заставить руки не дрожать. Но я содрогаюсь всем телом, и мои зубы стучат в ответ.
Увесистое тепло ложится на мои плечи. Я смотрю вправо: Дэриан отходит, накинув на меня свою куртку.
— Твоя чечётка зубами раздражает до чертиков, а я пытаюсь сосредоточиться, — ворчит он.
— Или ты просто хочешь взбесить Коула? — парирую я.
Он посмеивается и переключает внимание на Коула, который раздает распоряжения остальной группе. О боги, Коул лишится своего богами проклятого рассудка, если увидит на мне куртку Дэриана.
Я сдергиваю куртку, шепча: — Ты всегда ведешь себя хуже некуда.
— Для той, кто ненавидит моё поведение, ты еще ни разу не попросила меня прекратить.
— Может, потому что я знаю: ты не прекратишь. — Я протягиваю куртку обратно.
Он приглушенно смеется, не сводя глаз с Коула. — Ну надо же. Посмотрите-ка. Кто это у нас тут всё понял. Может, я начинаю на тебя влиять.
— Я бы не сказала, что влиять. Ты просто нажимаешь на мои кнопки, — ворчу я, тряся курткой, чтобы привлечь его внимание.
— Я бы предпочел их расстегивать.
Я замахиваюсь курткой на Дэриана, и он уклоняется с ухмылкой.
Коул замолкает, оглашая план группе, и свистит, сверля Дэриана взглядом. — Есть что сказать?
Дэриан беспечно качает головой, на его губах всё еще играет хитрая ухмылка.
Ускользая от Дэриана, я оставляю куртку на земле и снова вздрагиваю, когда ветер хлещет по коже. Я пристраиваюсь рядом с Арчи, который тоже заставляет себя не дрожать.
— Ты в порядке? — бормочу я, прислоняясь плечом к его плечу.
Его широко раскрытые глаза встречаются с моими; он сглатывает. — Свистеть по ночам — это плохо.
Мои мысли возвращаются к тому времени, когда мы пили в моей комнате и говорили о самых больших страхах. Совы, тетушка Бекки и свист по ночам. А Коул только что свистнул, чтобы привлечь внимание Дэриана.
Я кладу руку на руку Арчи. — С нами всё будет хорошо.
Он кивает, хотя его огромные глаза всё еще смотрят на Блэкфелл вдалеке. — Как тебе это удается?
— Что именно?
— Как тебе удается не бояться?
— Я боюсь… я просто… притворяюсь, что нет? Изображаю храбрость? Иногда это заставляет тебя быть смелым.
Он делает прерывистый вдох. Какое-то время всё его тело остается скованным, пока его взгляд не сужается в решимости.
По безмолвной команде Коула Арчи вскакивает на ноги, направляя меч в сторону Блэкфелла с зычным криком: — Давайте, черт возьми, врежем им!
Он несется к Блэкфеллу, размахивая руками; ноги едва касаются земли. Я ловлю на мгновение ошеломленный взгляд Мелайны, прежде чем она вскакивает и тоже бежит к Блэкфеллу, а Гэвин и Нолан следуют за ней. Остальной отряд оживает и бросается вслед за Арчи, который не слишком быстр, чтобы долго удерживать лидерство.
Ожерелье матери Коула обжигает мне кожу, когда я смотрю, как его огненно-рыжие волосы исчезают вдали вместе с остальным отрядом. То малое, что осталось от моего сердца, испуганно бьется в груди.
Каждая секунда, когда Коул находится вне поля моего зрения, ставит под вопрос его приказ оставаться здесь, на окраине. Что, если я им нужна? Что, если я смогу им помочь?
Ну что ж… если Коул разозлится на меня за невыполнение приказа, я это переживу.
Потому что, если он злится на меня — значит, он еще жив.
Глава 27. ДВЕ НОГИ И ВОЙНА
Дэйша?
Я здесь.
Мы движемся навстречу друг другу, ведомые нашим магнитным притяжением сквозь тени леса. Мои челюсти сведены от невыносимой тревоги, и мне трудно оторвать взгляд от Блэкфелла, хотя я уже не вижу никого из нашего отряда.
Часть напряжения исчезает, стоит мне коснуться кончиками пальцев носа Дэйши. Я знаю, что обещала ждать здесь с тобой… но я должна подобраться ближе на случай, если им понадобится помощь.
Она рычит, и этот звук вибрирует под моими пальцами. Тогда я иду с тобой.
Нельзя. Если кто-то тебя увидит, нам обоим конец. Я дважды хлопаю её по шее, но ничего не происходит.
