Ты мне… жена! - Анастасия Максименко

мной что-то не так. Всё началось с приезда в Ашерди, хотя, я подозреваю, со смерти муженька.

Я не знаю, как так вышло, я даже не знаю, что это за магия вообще такая, но я на каком-то ментальном уровне чувствую присутствие живых оргазмом в пределах километров десяти, присутствие или их отсутствие. Не каждого разом, а скорее как на карте огоньками, да… хотя и каждого могу, если сильно захочу, правда, это пока выходит больше интуитивно на домочадцах.

А вот зафиксированной в документах магии я не чую в себе вообще, хотя от бытовой в пять единиц я бы точно не отказалась! Она бы мне поважней была, чем вот это непонятное нечто.

Ладно, всё. Спасибо, как говорится, и на этом, а то разнылась, блин.

Сев у стены абсолютно пустого круглого помещения с непропорционально скошенной крышей, принимаюсь делать дыхательную ритмичную гимнастику, спокойно глубоко дышу и выдыхаю, очищаю мысли от всякого разного, погружаясь в этакое медитативное состояние. Делаю я это, опираясь частично на память Сьеры: когда она пыталась раскачать бытовую магию, делала именно так, ну, и в фильмах видела нечто такое, во всяком случае, и в первый, и в последующие разы мне это всё помогло. Действенный, так скажем, лайфхак.

Затем осторожно, опять-таки интуитивно обратилась к своему странному дару, не знаю, как это можно объяснить, просто знаю, он есть, и мысленно прошу показать мне всех людей города на площади.

Перед мысленным взором раскинулась карта с красными огоньками-точками, вот огоньки — это ауры людей. Пульсируют жизнью и здоровьем. Но не все. У парочки людей имеются вкрапления фиолетовых бляшек, пока не поняла, что это значит, как я думаю, это сигнал о проблемах со здоровьем, почему-то зреет во мне такая уверенность, а вот если бы были черные, то проклятие. Фиг знает почему, но потому.

Глянула рынок. Собственный дом, увы и ах, дар обходил его, не показывая домашних, скорее, дело в защите, которая всё равно по-прежнему функционировала. Затем дар показал окрестности. Мелких зверюшек, они подсвечивались как желтые более мелкие точки. Крутила дар туда-сюда по разным доступным мне направлениям и локациям. Раскачивала как могла.

Вообще, мне бы, конечно, наставника, но, во-первых, всё во мне ощетинивалось, стоило только мысль допустить, кому ляпнуть о даре, а во-вторых, что я скажу? Откуда вдруг дровишки? Где остальная магия? Я была почему-то уверена: кроме вот этой странной странности, больше ничего нет! И как я должна это объяснять? Вот и я не знала. Единственный, кому могла доверить этот капецкий секрет — кейн Хард. Во всяком случае, ему и так обо мне слишком много известно, и муж как-никак. Только где он, Хард этот?

Вдруг внутри всё тревожно встрепенулось, я аж инстинктивно вперед потянулась. Дар замельтешил, хаотично прыгая за пределами Ашерди, да так быстро, что меня, ё-моё, укачало, еле тошноту удалось удержать. Прыгал, зараза, до тех пор, пока не ринулся в одном единственном направлении, причем далеко за десять километров, тут все семнадцать, ёк-макарёк! Изверг, а не дар! Но резко стало ни до чего.

Дар озарил алым светом четверку несущихся на всех парах лошадей, и неслись они в сторону Ашерди. Сердце сделало кульбит и сжалось. Будь я проклята, если это не святой батон-порошочек-кейн Хард со свитой пожаловали-с! Кроме того, один уверенно пульсирующий огонек — ядовито-зеленого цвета, ну, вылитый монстро мой.

Всего семнадцать километров. Уже шестнадцать. Я аж подскочила, слишком грубо вырываясь из плена магии, и, естественно, не удержалась на ослабевших ногах, хорошо, возле стены была, за неё удержалась и не разбила колени.

Прислушалась к магии и нахмурилась. А вот второй, черно-зеленовато-розовый. И женщиной пахнет. Хм. Ещё двое — чернее ночи. Что бы это всё могло значить? Дар взвыл. Пятнадцать километров. Не иначе, как с помощью магии летят. Таким макаром и двадцати минут не пройдет, как гости здесь будут. Шумно втянув носом воздух, поторопилась на выход, вместе с этим отрешаясь от магии, как её убрать, я не знала, просто отстранялась, так скажем, просила улечься, откуда она там пришла, вроде как с собственного источника-концентрата. Вот сколько раз зарекалась книги нужные почитать, ну. А всё никак руки не могут дойти.

Так, гости. Да.

Только если бы это был мой порошок, не должна ли я его начать ощущать? Ну, как тогда, при отъезде, или уже всё, финита, связь покоцалась за время разлуки. От этой мысли меня слегка затошнило, но стоило выбраться на свежую улицу, с легким удивлением отметить, что уже как бы вечер, часов восемь, не меньше, а ещё вяло возмутиться: гости-то на ночь глядя, как меня пнуло изнутри четким волоско-зашевелившимся-вскочившим-по-струнке-смирно ощущением:

ОН РЯДОМ!

Аж на земле тень крылатая такая показалась. Дернувшись, обернулась, а там никого. Но четкое ощущение присутствия святого батона никуда не исчезло! Внутренний голосок радостно заорал: «И-и-и-и!!! Наконец-то! Чё стоишь, ресницами хлопаешь, вали встречать!»

Фыркнула: ага, щас. Волосы назад и сапоги до бедра натягиваю.

И пусть меня прилично так потряхивало изнутри, юбку я оправила меланхолично и с видом неприступной матроны потопала к Мидину, чтобы застать фееричный момент взятия Темнейшим «на абордажо-таран» нашего скромного невинного провинциального городка.

Робкая впечатлительная часть меня рухнула в восторженный обморок. Внутренняя воровка флегматично глянула на ноготки, брезгливо покосившись на ту робкую с видом: ну, всё, приехали, дальше ехать некуда.

Глава 56

Это было красиво. А ещё немножко страшно. Кейн Хард ворвался в Ашерди на полном скаку, не сбавляя темпа, тем самым распугивая ахнувший народ, ринулся ко мне, то есть, к Мидину. Не долетев до меня каких-то двадцать шагов, на полном ходу спрыгнул с заржавшего жеребца, дернул на себя поводья и, не отрывая инфернальных очей от моего малость прибалдевшего лица, уверенной военной походкой направился, весь такой из себя серьезный перец в плащике черном, позади развевающемся. Представляете, да? Показушник.

Его свита ненадолго застряла в воротах города, наверняка иди предъявляя, и тоже этаким клином шествовала к нашему замку. Мимолетно глянула на красивую статную брюнетку во главе двойки, как понимаю, охраны.

Про себя нахмурившись, прикусила губу. Очень надеюсь, порошочек драгоценный не любовницу какую с собой притащил, а то больно личико знакомо, где же я её видела, м-м-м, не в унитазе, там другая фифа была. Ах, да! В ресторации. Сердце пропустило удар, ладони машинально сжались в кулаки, колени подогнулись, ведь Темнейший уже приблизился ко мне вплотную, и я четко понимала: передо мной не одна из его личин,