Шпионка против герцога - Дана Канра

Где она сейчас? Лишь призрак ее смеха разносился по коридорам, словно заклятие, которое предвещало беду. Я пыталась представить, как она смотрит на меня с озорной улыбкой, но картинка исчезала в сером тумане памяти. Возможно, ей удалось сбежать?

А потом я вспомнила о недавнем разговоре с герцогом.

Он приходил сюда или это был морок?

Да, конечно! Он еще угрожал привезти сюда дядю Штефана! Хотя… хотела бы я посмотреть, как его славные воины поедут в Аранию, и тем более, как вывезут насильно моего дядюшку. Это будет забавно. Дядю мне почти не жаль, ведь он сделал все, чтобы отобрать у меня поместье, но впору начинать беспокоиться о своей жизни.

Тем временем где-то рядом тихо скрипнула дверь.

- Госпожа, вы проснулись? – деловито поинтересовалась служанка Петра.

Та самая мерзавка, что отвела меня недавно прямо в руки к Гансу Винтеру! Я проглотила гнев и процедила:

- Как видишь – да.

- Вас хочет видеть герцог Дальгор.

Я глубоко вздохнула, попыталась сесть на кровати, но из-за головокружения получилось не с первого раза. Служанка не заметила моего состояния, или, возможно, просто не хотела замечать. Странная и неприятная женщина, кому она служит на самом деле? Если сейчас герцог ворвется сюда, я непременно поговорю о ней. Может, она способна навредить, раз подчинялась Винтеру?

- Я не готова, - ответила я спокойно, но не сумела сдержать в голосе трепет.

Петра пожала плечами, мое нежелание не имело значения.

- Он ждет, - сказала она прохладно. – Не заставляйте его ждать, госпожа.

И добавила фразу, от которой по моей коже побежали мурашки.

- Говорят, в замке неспокойно, скоро все круто переменится.

Я стиснула зубы, собрала волю в кулак и встала с кровати. Следуя за Петрой к двери, я бросила случайный взгляд в дальний темный угол, и увидела там… призрачную Лоиз. Та самая прекрасная Лоиз, которую я хорошо запомнила, замерла в полумраке – невесомая, серебристая, с молитвенно сложенными ладонями, и смотрела прямо на меня.

Прохлада ее взгляда пронзила меня, словно ледяной ветер. Я поймала себя на мысли, что ранее сама мечтала о встрече с Лоиз, но сейчас страх стиснул сердце в железные тиски. Неужели она пришла попрощаться? Словно прочитав мои мысли, призрак слегка наклонил голову, будто пытался сказать что-то важное, но звуки не доносились до меня.

- Госпожа? – нетерпеливо позвала меня Петра, остановившись у двери.

Я отвела взгляд от Лоиз, и, вздохнув, сделала шаг вперед. Каждая часть моего сознания сопротивлялась увиденному, но готова была поклясться, все так и было!

- Уйди, - проскрежетала я, внезапно осознав, что опасность может исходить как извне, так и от самой Петры. – Убирайся!

- Но меня приставили к вам, - она ответила бесстрастно, но темные глаза лгуньи тут же забегали.

- Моя служанка – Бруна! Пусть вернут ее!

- Бруна захворала, госпожа.

- Тогда уйди! – я почти оттолкнула ее от двери. – Я сама увижусь с Дальгором! Мне не нужен конвой!

Служанка не стала спорить или как-то препятствовать мне.

Вылетев из спальни в гостиную, я резко остановилась, чтобы не сбить с ног Виктора Дальгора, который стоял посреди комнаты и холодно взирал на меня.

- Госпожа графиня Талман, - сказал он теплым голосом, но в ледяных глазах сверкали синие искры смеха. – Я рад видеть вас здоровой и бодрой.

- Я… Что происходит? – замялась, тотчас же умерив весь свой пыл.

Виктор ответил не сразу, казалось, наслаждаясь моим замешательством, и это лишь усилило мою тревогу. Я вспомнила о нашем странном разговоре, когда он пытался меня допрашивать, и внутри возникло нехорошее предчувствие. А самое неприятное – ощущение, что это не просто прихоть герцога.

- То есть ваше настоящее имя волнует вас меньше? – поинтересовался он с хищной улыбкой.

- Вы позвали меня для этого?

- Не совсем, - он пытливо взглянул на меня. – Только что мне пришло известие, что ваш дядюшка арестован в Арании, и сейчас его везут сюда. Но и это не все, - мужчина выдержал долгую паузу, испытывая мое терпение. – Оказывается, Штефан Талман – отпетый преступник.

Я с достоинством выдержала его взгляд.

- Это имеет значение?

- Огромное, - прохладно подтвердил герцог. – Как только из него пытками вырвут признания, вас уже ничего не спасет. Лучше пооткровенничать со мной, чем с палачом, госпожа Талман.

Он оказался совсем близко и холодные пальцы коснулись моей щеки.

Я отвернулась, пытаясь избежать его взгляда, но в душу закралось смятение. Какого дамона он хочет от меня? Не знаю, чего натворил мой дядя, он никогда не ставил меня в известность о своих планах, поэтому бесполезно пытаться вытрясти из меня эти сведения. Увы, до Виктора Дальгора этого не донести, иначе придется признаться в убийстве разбойника… человека, который служил ему и помогал Винтеру.

- Вы лжете… - прошептала я хриплым, сбившимся голосом. – Мой дядя – не преступник.

Виктор усмехнулся, глядя прямо на меня. Его присутствие и внимание отнимали мои силы, как холодный ветер, проникающий под одежду, в то же время от его близости становилось душно и начинало колотиться сердце. Я сделала шаг назад.

- Вам не стоит недооценивать обстоятельства, порой они меняются со скоростью ветра.

- А люди?

- Еще быстрее, - он помолчал. – Я могу помочь вам, - теперь голос мужчины стал мягче, но в глазах не было ни капли искренности. – Просто признайтесь, что вам известно о его делах.

Взглянув на него, я резко осознала, что не смогу больше доверять ни его речам, ни своей лживой интуиции. На кону стоит уже не участие в отборе, а моя свобода. Если уж драться, то только до конца.

- Лоиз умерла, - сказала я глухо. – Вы знаете об этом?

- В общих чертах. К сожалению, погибли все девушки, запертые в комнате, - он прохладно посмотрел на меня, - кроме вас. Только вам удалось найти заговоренные карты, на которые когда-то женщина моего рода наложила защитные заклинания.

- Против смерти?

- Да. Видите ли, она была Повелительницей Жизни, и знала в этом толк. Так что, если бы за карты взялась та же Лоиз, сейчас стояла бы передо мной она, а не вы.

Я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Его слова были колючими и острыми, но правдивыми. Если дядя узнает, что Лоиз погибла, его хватит удар, ведь он хоть и крепкий человек,