Рыцарь для леди - Елизавета Владимировна Соболянская

— Станьте госпожой моего сердца!

— Что? — я распахнула глаза, не понимая.

— Вчера я получил подтверждение от доктора Либба. Граф Верден действительно умер. Никаких сомнений. А еще… издатель прислал договор на издание всего, что я напишу в ближайший год. И аванс. Теперь я могу купить для вас дом – и потому с полной ответственностью прошу вас стать моей женой!

Чувствовала я себя очень странно.

Первое предложение руки и сердца я получила в гостиной, будучи одетой в модное платье с тугим корсетом и пышнейшими рукавами. Дэвид не вставал на колени – просто сел на диван рядом, взял мои руки в свои и попросил стать его женой.

Сейчас же я лежала обнаженная на обнаженном мужчине, он обнимал меня, и я ни секунды не сомневалась в его искренности! Так вот почему он был рядом, но ничего не предпринимал. Хотел быть уверенным, что я буду только его? И деньги. Почему-то у нищего семинариста в голове сложилась очень правильная картина мира: мужчина – добытчик. Он защищает женщину и дает ей средства к существованию. Себастьян не позволял себе приблизиться ко мне, пока не сумел найти источник дохода. С его образованием и библиотекой леди Бристоль переводов хватит ему до глубокой старости. А есть ведь и его собственные сочинения!

И все-таки… Мне стало весело. Я широко улыбнулась, без страха заглянула в глаза мужчине и сказала:

— Это самое потрясающее предложение, которое я получала в жизни! Я готова стать вашей женой, Себастьян. Только… надо все сделать тихо. Я не уверена, что восстание из гроба графини Верден будет принято… благосклонно.

— Этот вопрос могут утрясти стряпчие, — так же серьезно ответил мне мистер Трэвис. — Помните того молодого человека, которому вы устроили брак с леди Невилл? Думаю, он будет благодарен.

Я подумала пять секунд и поняла, что препятствий для моего “воскрешения” – нет. Герцог в ссылке, граф умер. Я честная вдова и могу снова выйти замуж, за кого пожелаю.

— Себастьян, — я приподнялась, чувствуя, как мужчина с трудом сдерживает стон, — ты ведь не был монахом?

— Нет. Я не успел окончить семинарию. Я даже священником стать не успел, — сказал он.

— Значит, препятствий для брака нет. Пожалуй, я сегодня же отпишу стряпчему, доктору Либбу и мистеру Бриггсу, — решила я и поймала губы Себастьяна поцелуем.

Он ответил – жадно, напористо и в то же время осторожно. Не то боялся спугнуть, не то не доверял самому себе.

А мне… мне захотелось бешеной страсти. К тому же я так удобно расположилась на мужчине, что, не давая ему передышки, немедля начала изучать его лицо, касаясь легкими поцелуями, потом лизнула ухо, прикусила бьющуюся на шее жилку и едва не замурлыкала, когда Себастьян вздрогнул подо мной.

Кажется, теперь я понимала придворных щеголей, обожающих смущать невинных дев, недавно появившихся при дворе. Эта поволока в глазах, румянец страсти, припухшие от поцелуев губы… Себастьяном хотелось любоваться в обычное время, но такой, распаленный желанием, он вызвал просто бурю чувств!

Между тем я спустилась поцелуями к ключицам и нашла нежное местечко, на прикосновение к которому он реагировал особенно остро. Никогда не верила трактатам, в которых говорилось, что у мужчин только одна “точка наслаждения”. Ничего подобного! Я коварно захватила губами плоский мужской сосок и добилась явного стона. Второй сосок просто потеребила пальцами, а потом подцепила ногтями. Себастьян дернулся, застонал громче и потерся своим орудием о мой живот.

Я опустила руку ниже. Какой он! Горячий, гладкий, тугой! Яркая головка уже истекала каплями смазки, и я, слегка сжав ствол рукой, провела по нему несколько раз, чтобы убедиться – он готов, он жаждет!

Мой жених выгнулся в истоме, стремясь сильнее упереться в мою ладонь, и я поняла – время настало! Потянулась к его губам, давая ему немного времени, чтобы успокоиться и лечь ровно, потом сдвинулась вперед, прижалась влажными завитками к мужским бедрам, и медленно, растягивая удовольствие, опустилась на его твердость.

Это было… волшебно! Мое тело проснулось не так давно, и я все еще была невероятно узкой и побаивалась делать резкие движения. И Себастьян это, кажется, понял – он замер подо мной, судорожно вцепившись в простыни, осознавая наше соединение каждой частицей кожи!

Через полминуты я нашла в себе силы двигаться, и это было так прекрасно, так ярко! Утренний свет заливал комнату, пробившись сквозь плотные шторы, я жадно ловила выражение лица мужчины и наслаждалась каждым мгновением. Увы, долгое ожидание привело к тому, что мы не выдержали. Меня скрутило сладкой судорогой, и я застонала, уткнувшись в плечо Себастьяна, он откликнулся долгим хриплым эхом, вбиваясь в меня снизу.

Потом я просто лежала на нем – горячем и влажном от пота. Мне не хотелось двигаться. Я купалась в собственных ощущениях, в запахе мужчины и вспоминала, как муж уходил из постели, оставляя меня захлебываться слезами, а я брезгливо спешила к тазу и кувшину, чтобы смыть его семя…

Семя! Я вздрогнула, потом вспомнила, что сказал доктор Либб, спасая меня от смерти. Повторная беременность практически невозможна. И успокоилась. Обняла любимого мужчину, провела кончиком носа по его щеке и услышала бодрые шаги камердинера!

К счастью, слуге хватило деликатности постучать в дверь:

— Милорд, миледи, церемония через два часа…

Пришлось вставать, но я не удержалась – от души поцеловала Себастьяна, а он так прижал меня к себе, что чуть не треснули ребра.

И уже вылавливая среди простыней свою ночную сорочку, я кое-что сообразила:

— Себастьян! — спросила я страшным шепотом. — Почему я оказалась… голой?

— Потому что мне очень хотелось, чтобы вы, миледи, согласились на мое предложение! — ответил этот коварный тип, сияя невинными голубыми глазами, а потом молниеносно сбежал в купальню!

Глава 48

Центральный собор Лима был украшен цветущими ветвями. Жених в парадном камзоле взволнованно ждал невесту у алтаря, а нам, как почетным гостям, отвели места на передней скамье рядом с семьей невесты.

Братья мисс Лайон, нарядно одетые и причесанные, чинно сидели на скамье, иногда взволнованно поправляя галстуки. Ее отец тоже был тут, одетый в новенький сюртук и белый шейный платок. Только вот в тени колонн я заметила парочку крепких матросов. Похоже, капитан увидел достаточно и рисковать не хотел. Мистеру Лайону просто не позволят испортить свадьбу дочери.

Я мысленно поаплодировала капитану и, пока не появилась невеста, пробежалась взглядом по рядам