Рыцарь для леди - Елизавета Владимировна Соболянская

Себастьян был терпелив, веселил историями своего обучения, и наконец я перестала зажмуривать от грохота глаза и научилась удерживать пистолет в относительно ровном положении.

Потом мы вернулись домой – моя одежда и волосы пропахли порохом, стоило умыться и переодеться. Сменив платье, я на извозчике отправилась к мисс Лайон.

Дом ее семьи располагался в довольно приятном районе – улочки, пусть узкие, были выметены и сбрызнуты водой, а над заборами возвышались кроны плодовых деревьев.

Коляска остановилась у самого дальнего домика, зато сад вокруг него был самым пышным. Я неторопливо вышла, оглядываясь. Забор покосился, и его явно подпирают какие-то палки, но побелен отлично. Дом тоже нуждался в мужской руке – перила шатались, потертые каменные ступени нуждались в перекладывании. За дверью меня встретила узкая прихожая, терпко пахнущая пряными травами.

Весна только началась, а здесь уже шла заготовка нежных побегов. Мисс Эжени, несомненно, весьма трудолюбивая молодая особа!

Дверь с легким скрипом открылась мне навстречу:

— Леди Бристоль! Прошу вас, проходите!

Девушка нервничала, но вела себя безукоризненно.

В маленькой гостиной меня встретили два мальчика, похожих как две капли воды. Опрятно одетые и причесанные дети вежливо поздоровались, постоянно бросая на сестру взволнованные взгляды.

Обстановка и здесь была самая скромная, но все же чувствовалось, что когда-то в этом доме был достаток. Немногочисленная добротная мебель мягко сияла, начищенная восковой мастикой. На этажерке стояли книги, а чайный столик укрывала вышитая скатерть, которую, судя по узору, модному лет двадцать назад, матушка мисс Эжени принесла в приданое.

Тем не менее чай был крепок, а к нему хозяйка дома предложила восхитительные домашние сладости.

— Мисс Лайон, эта пастила просто тает во рту! — восхитилась я. — А джем! Такого не подадут и в королевском дворце!

Слушая мои хвалебные речи, дети расслабились и заулыбались. Они начали поддакивать мне и даже болтать ногами, но строгий взгляд сестры мгновенно превращал их в паинек.

Мы обсудили с мисс Эжени литературу, искусство, приготовление яблочной смоквы и орехов в меду. Потом я сжалилась над мальчишками:

— Мисс Лайон, ваши братья, должно быть, устали слушать скучные разговоры. Отпустите их. У меня есть к вам маленькое дело.

Щеки мисс вспыхнули, однако она мягким голосом попросила братьев выйти поиграть в сад, вручив каждому по аппетитной булочке с корицей.

Дети ушли, и я совсем было собралась изложить мисс Эжени свое предложение, когда за дверями послышался шум. Хозяйка дома побелела как полотно, наконец створка с шумом и грохотом распахнулась, впуская… Когда-то это был привлекательный мужчина. Теперь от его былой красоты остались лишь неухоженные, торчащие во все стороны седые волосы, да темные глаза, обведенные темными кругами и мелкими морщинами. Красный нос – свидетельство любви к горячительным напиткам, распахнутый ворот совсем недавно чистой рубахи, испачканный чем-то жирным жилет и сюртук с оторванными рукавами.

— До-о-о-очь! — заорал, судя по всему, мистер Лайон. — Ты где?

Увидев нас, он остановился и попытался стянуть полы, прикрывая безобразие в одежде.

— У нас гости? — покачиваясь, спросил он.

Мисс Лайон побледнела так, что я на всякий случай крепко взяла ее за руку – ловить падающую девушку выше меня на полголовы мне не хотелось.

— Я в порядке, леди Бристоль, — похоронным голосом сказала Эжени. — Простите, как видите, я недостойна вашего предложения.

— Я думаю совсем иначе, — сказала я. Теперь, когда мистер Лайон выпрямился, я увидела, сколько усилий приходится прикладывать этой совсем еще юной девушке, чтобы поддерживать опустившегося отца в относительно приличном виде. Судя по всему, еще утром его вещи были чистыми, аккуратными и целыми. Я даже не представляла, чем можно вывести те безобразные пятна, которые красовались сейчас на плотном сукне.

— Проводите меня, мисс Лайон. Мистер Лайон, приятно было познакомиться.

Мы вышли на улицу под возмущенное бурчание хозяина дома, и я сразу же выложила Эжени свое предложение:

— У меня есть на примете мужчина. Он не особо молод, много повидал, но состоятелен и добр. А еще… он поможет вам воспитать братьев и приструнит отца. Кроме того, в ближайшие несколько лет он будет проводить в море большую часть года.

— Но зачем ему… брать на себя мои трудности? — пролепетала девушка, не веря моим словам.

— Этот мужчина мечтает о семье. Он хочет иметь уютный дом, в котором его будут ждать. Я вижу, что вы искренне заботитесь об отце и братьях и, возможно, сумеете взять под свою опеку еще одного мужчину. Ваша ноша станет легче, ведь муж наймет для дома слуг и будет выделять деньги, необходимые на жизнь.

— Я бы… хотела познакомиться с этим мужчиной, миледи.

— Это очень верное и разумное решение, мисс Лайон. Я пришлю вам приглашение на чай, когда этот мужчина будет в городе. И… не волнуйтесь так. Если он вам не понравится, никто не будет на вас давить. Обещаю.

Мисс Лайон выдохнула и проводила меня до калитки. Я махнула рукой поджидающему меня извозчику и велела отвезти меня домой. На ужин должны были прийти другие потенциальные женихи и невесты, а также их маменьки. Стоило еще раз изучить записи в моем блокноте.

Глава 46

Этим же вечером перед ужином я набросала две записки – одну капитану Брэмсу, вторую – Эжени, с приглашением на чай. Намеки “морской волк” понимал моментально – явился нарядный и взволнованный. Я перехватила его в прихожей, налила стаканчик настойки пустырника, чтобы снизить красноту лица, и объяснила:

— Сегодня я планирую вас познакомить с одной приятной во всех отношениях мисс. Поверьте, хозяйка она просто отличная и характер имеет надежный. О недостатках поговорим после личного знакомства.

Капитан выдохнул, расправил плечи и вместе со мной вошел в гостиную.

— Мисс Лайон, позвольте вам представить капитана Брэмса! На его корабле мы прибыли в Лим!

Эжени подняла глаза и покраснела. Она, конечно, знала, для чего я пригласила ее на чай, но явно не ожидала вот так сразу увидеть огромного, словно медведь, взволнованного краснолицего мужчину. Он тоже замер, рассматривая худощавую девушку в очень пристойном и очень бедном платье.

— Капитан, мисс Эжени Лайон угостила меня пастилой собственного изготовления. Предлагаю вам попробовать и оценить старания мисс. Знаете, — я немного понизила голос, заставляя гостей прислушаться, — в Форше абрикосовую пастилу называют “лицом хозяйки”. Не знаю ни одного лакомства, которое требовало бы столько труда и терпения!

Кажется, подобную сентенцию капитан уже слышал. Он довольно грузно