Забытая жена из горного края - Ника Цезарь

как по мне, пора бы уже сделать ремонт. Домики давно просятся подновиться, а дорога… ужасная, — скривилась я, вспоминая, как весело подпрыгивала на телеге, отбивая копчик.

— Дожди в прошлом году сильно её размыли, — пробормотал он, недовольный тем, что я обратила на это внимание.

— Но ведь прошёл уже год… и деревня не бедствует.

— Так-то оно так, но и налоги мы платим немалые, — бросил мужчина взгляд исподлобья.

— Понятно, — протянула, решив пока ничего не обещать, и просто мотала на ус.

Местность становилась всё более холмистой, валунов попадалось всё больше, а горы уже словно нависали над нами. Вскоре стала отчётливее вырисовываться громада каменного замка, устремляющаяся ввысь, его мощные укреплённые стены, а также пара десятков домиков у подножья.

Ехать верхом стало труднее, но Давина была рядом и легко направляла лошадь, когда та капризничала. Я же решила, что конные прогулки войдут в мой ежедневный распорядок, — не должна леди ехать, словно кляча.

Сердце забилось быстрее от волнения. До этого он казался эфемерным, чем-то далеким, почти мифическим — частью моего сна. А теперь же стоял передо мной, настоящий: величественный и мрачный, словно часть возвышающихся позади него гор. Но я узнавала его. Те самые стены, о которых с гордостью рассказывала Линн. Грозный донжон, охраняющий подступы, башни и даже подвесной мост, перекинутый через сейчас пустующий ров.

— Это он?! — нетерпеливо крикнула Кенай.

— Да, — выдохнула я. — Это наш дом — Орлиная Верность.

Мы достаточно быстро проехали по опущенному мосту и въехали во двор.

На стенах стояли воины, зорко следившие за каждым нашим шагом, будто мы представляли потенциальную угрозу. Не так мне виделся дом, ох, не так! Молча скользя взглядом по суровым лицам и хмурому силуэту замка, я направила лошадь к широкому крыльцу, где нас уже ждали.

В глаза бросался крепкий мужчина — явно старше пятидесяти, но по-прежнему в превосходной форме, готовый в любую секунду ринуться в бой. Его осанка и суровый взгляд говорили о военной выучке. Рядом с ним стояла эффектная женщина — миловидная блондинка около сорока, одетая чересчур нарядно. Чем ближе я подходила, тем яснее становилось, в кого Давина такая красавица. Её наряд был пёстрый, щедро расшитый золотыми нитями и жемчугом. Глядя на всё это, я не сдержалась и хмыкнула.

На замок опустилась давящая тишина, она казалась густой, почти осязаемой. Телега остановилась заранее, как и другие мои спутники, только моя лошадь упорно шла всё ближе к крыльцу, звонко цокая по выложенному камнем двору.

Наконец, замерев около первой ступени, я высоко вскинула голову, ожидая.

Мне должны были помочь спуститься. С одной стороны, так положено. Как-никак, вопрос гостеприимства никто не отменял. С другой стороны, я просто не могла сама слезть с должным достоинством. Потому, когда мальчишка-конюх принёс деревянную ступеньку, а Грант галантно предложил мне руку, я с радостью воспользовалась помощью. Молча поднявшись по ступеням и остановившись напротив дяди, давая ему как следует рассмотреть меня. Я видела, как его взгляд скользил по моему лицу, фигуре, заставляя удивлённо вскидывать брови, тётушка и вовсе приоткрыла рот. Держать лицо — не её.

— Добрый день, — спокойно произнесла я, видя, что они никак не могут насмотреться, а время непозволительно быстро ускользает.

— Добрый, Линн, — прокашлявшись произнёс дядя. — С возвращением!

— Возвращаться домой — это чудесно! — широко улыбнувшись, я отвернулась, первой заканчивая разговор и проходя под высокие своды замка.

Глава 26

Узкие окна пропускали совсем немного света — хорошо уже, что хоть были застеклены, пусть и лишь кусочками мутного, неравномерного стекла. От этого внутри царил полумрак, и тени жили своей жизнью.

Каменные своды холла нависали тяжело, воздух был прохладным, отдавал сыростью и даже плесенью — здесь чувствовался холод веков. Стены украшали охотничьи трофеи: головы животных и скрещенные алебарды; уже выцветшие, но всё ещё внушающие уважение к древности рода, гобелены. Пахло копотью от огромного камина и старым деревом.

Пол под ногами был неравномерным — массивные каменные плиты местами были покрыты грязными тростниковыми циновками, которые глушили шаги. Лестница, ведущая на второй этаж, круто поднималась вдоль стены, а перила были вырезаны из грубого, но прочного дуба.

Я не спешила идти по ней, давая взгляду впитать обстановку. Для всех остальных Линн бывала здесь множество раз, выросла… Но я-настоящая видела всё это впервые, отчего сердце взволнованно стучало в груди.

— Удивительно… будто смотрю на всё новым взглядом, — проговорила, чувствуя, как за спиной собираются родственники. — Тебе следует отдохнуть. Ступай к себе, — произнёс дядя, наконец собравшись с мыслями.

Он прошёл мимо, даже не взглянув в мою сторону, и остановился у тлеющего камина. Его жена опустилась в массивное кресло рядом.

Хмыкнув, я не спешила отвечать, взвешивая происходящее и делая выводы. Продолжала разглядывать скудную обстановку: длинные столы, за которыми должен сидеть лорд со своими приближёнными, лавки...

— Моргана, вы ещё здесь? Уведи девок и займитесь женскими делами! — нахмурив седые брови, дядя бросил на меня мимолётный взгляд. — Пойдёмте, девочки, — мягко, но настойчиво сказала Моргана, прикасаясь к нашим спинам и направляя Давину и меня вверх по лестнице.

Я не стала спорить и подчинилась её напору. Комната, как и ожидалось, роскошью не блистала: две кровати, два сундука и простая лавка. Пройдясь по периметру, я отметила пыль в углах и паутину, уютно раскинувшуюся над изголовьем кровати.

— Чудесно. Нас тут с нетерпением ждали, — пробормотала я с сарказмом. — Ничего. Мы сейчас всё уберём! — с оптимизмом отозвалась Давина. — Нет, — отрицательно качнула я головой, чувствуя, как начинаю по-настоящему злиться.

Подойдя к узкому оконцу, я вгляделась в мутный силуэт соседнего строения: крыша, покрытая дёрном и заросшая травой.

— Но Линн… — растерянно протянула Давина, — папенька будет недоволен. — Мне всё равно, доволен он будет или нет, — тихо проговорила я, прикасаясь пальцами к холодной каменной стене. На данный момент эта стена… этот замок — единственное, что меня волновало. Мне нужно к сердцу замка.

Не оборачиваясь, я вышла и поспешила вниз по лестнице. Подобные замки строились на источниках силы, и я нутром чувствовала, что его сердце — в самом основании.

— Отвратительное место, — буркнул за очередным поворотом Арчибальд, встреченный мною. Он не стал скрывать своё раздражение. — Я ожидал иного приёма!

— Я тоже. Но это не беда. Или вы боитесь трудностей? — подхватив его под руку, увлекла мужчину вниз.

— Я ничего не боюсь! — обиженно возразил он. — Куда вы спешите? — К сердцу…

— Оно не бьётся, — с заминкой ответил он.

— Пока — нет. Но я намерена вдохнуть в него жизнь.

— В такой враждебной обстановке это неосмотрительно.