Елена Колоскова - Сид и император (СИ)

— Другие? — криво улыбнулся сид, но смотрел при этом не на собеседника, а на меня. — Я подумаю над этим.

Ну-ну… Думайте, ваше сидское высокомерие. Думать вообще полезно. Я раздраженно вздохнула, а мужчина улыбнулся еще шире, походя обласкав взглядом вздымающуюся грудь. Я с трудом подавила безотчетное желание прикрыться.

«Жаль, что нет веера».

Император, проследив за нашим обменом взглядами, сжал побелевшими пальцами подлокотник кресла. Кажется, он с трудом удерживался от резких слов, а сид его намеренно провоцировал. Его… и меня. Но зачем?

— Значит, ничто уже не препятствует нашим совместным планам? — наконец спросил император.

— Я подумаю над этим, — ответил сид.

Ни да, ни нет. Что-то он резко полюбил размышления. Отрадно, но времени у нас в запасе просто нет. Договор должен быть заключен до завтра, или мы все тут покойники. Кроме, разве что, самих сидов, которые могут покинуть Ламару, минуя портал. У них явное преимущество в этих переговорах.

— И сколько еще вы будете думать? — спросил у сида Джедия.

— Хм… это зависит от вас. Вы могли бы ускорить принятие решения, — ответил тот. — Вы знаете, чего я хочу.

Проклятье! Сид снова играл словами. Первоначально он признал свою ошибку, но теперь завуалировано требовал, чтобы повелитель сам, без его просьбы принял решение. Отдал меня ему.

— Хватит! — хлопнула я рукой по подлокотнику кресла и повернулась к императору. — Гость хочет то, чего не может получить. Это естественно, — и уже обращаясь к Рейвену. — А император никогда не уступит, и это тоже естественно. Прийти к общему знаменателю невозможно. Придумайте другое условие!

— Другое условие?

Посланник сидов играл с нами. Его все это развлекало, в отличие от нас с повелителем.

— Что-нибудь, что перевесит и заставит вас передумать, данна. И это то, что мой повелитель точно сможет без раздумий вам дать, — предложила я, памятуя о том, как важно формулировать условия, имея дело с сидами.

Император Джедия наконец оттаял и расхохотался.

— Ох… вас надо почаще приглашать на переговоры, — сказал он. — Любопытно узнать, что вы думаете.

При этих словах Рейвен соизволил улыбнуться, расчетливо и предвкушающее. «Герцогиня» удовлетворенно обвела взглядом переговорщиков.

— Мой император? Мое присутствие больше не требуется?

— Пожалуй, нет, — ответил он.

— Тогда я вас покидаю.

Не спрашивая согласия, а просто поставив перед фактом, я слезла с кресла и сошла с помоста.

Оказывается, быть аристократкой не так уж плохо! Любую прихоть можно списать на этикет или врожденное высокомерие. «Герцогиня», почтив присутствием прием, решила удалиться. Ее уход сопровождало множество взглядов…

Лишь в своих покоях я наконец смогла расслабиться. Бесшабашность схлынула, высокомерие выветрилось, и теперь меня била тонкая, еле заметная дрожь.

— Госпожа, с вами все в порядке? — спросила госпожа Мэв.

— Честно говоря, нет.

Я обессилено рухнула в кресло и обмякла, как будто лишившись внутреннего стержня.

— Ванну для госпожи! — тут же распорядилась Мэв. — И успокаивающий отвар.

«Проклятье!»

— Никакого снотворного! — встрепенулась я.

— Простите, моя госпожа. В этот раз просто мята, ничего больше.

— Все равно. Не хочу! Лучше принесите мои вещи.

Служанки помогли мне переодеться. Я порылась в кофре, выудила оттуда успокоительную настойку и накапала немного в стакан с водой. Потом подумала — и, не отмеряя, сделала щедрый глоток прямо из пузырька. И закашлялась. Мэв похлопала меня по спине и протянула стакан воды, чтобы запить.

— Благодарю вас.

Мне полегчало. Я даже смогла поразмыслить о том, что произошло в тронном зале. Выходит, тот летописец почти все переврал. Впрочем, как обычно… На мой взгляд, эта история явно была не окончена.

Что решит посланник сидов? И то он потребует взамен?

Почему император представил меня в качестве своей матери? И, главное, почему ему поверил сид? Они ведь чувствуют ложь. Значит ли это, что император сам верил в это?

Но теперь я по крайней мере понимала, почему император в будущем был так обнадежен, услышав мое первое имя, Киу. То, что я носила до принятия гражданства Империи. Может, он не имел доказательств, что я его мать. Но точно знал, что я — та же самая женщина, которая явилась в Ламару в далеком прошлом.

— Госпожа Мэв! Мне нужен легкий ужин. И не могли бы вы узнать, где сейчас господин Хьюго из Хефе Примо? — попросила я.

— Да, госпожа.

— И еще… Мне надо знать, чем сегодня закончились переговоры. Кто подписал, а кто нет.

— Если только в канцелярии соизволят дать ответ, госпожа, — ответила камеристка.

— Постарайтесь. Пожалуйста. От этого слишком многое зависит.

Теперь маг от меня не бегал. Я увиделась с ним спустя пару часов.

Я как раз вышла в Летний сад прогуляться в компании Тилли, когда Мэв сопроводила мага ко мне. Он подошел почти вплотную и поклонился. Я кивнула ему и жестом отослала служанок.

— Моя госпожа.

— Господин Хьюго.

— Вы хотели меня видеть? — перешел он сразу к делу.

Это по мне! Не буду откладывать. Солнце скоро зайдет… В военных хрониках, прочитанных мной в доме Гельего, сказано, что враг напал под покровом ночи. Осталось около суток. Я протянула магу руку. В красноватых отблесках заката мне вдруг показалось, что на ней кровь.

— Верните мне дневник, пожалуйста, — попросила я.

— Ах, да… Вот, держите.

Он достал из сумки и протянул мне конверт с бесценным содержимым. На мгновение наши пальцы соприкоснулись, и меня как будто обожгло.

— Благодарю вас, — сказала я. — Так вы сможете мне помочь?

— Чего вы хотите, моя госпожа? — блеснул разноцветными глазами маг поверх очков.

— Когда вы писали этот дневник, вы знали, что та женщина отправится в будущее? Значит ли это, что я должна это сделать?

Мне было интересно, к каким последствиям приведет то, что я хотела сделать. Мне не слишком нравилась идея предопределенности.

— Честно говоря, я вообще был не в курсе, что имеется петля, пока не заполучил дневник. Часть координат в Гильдии уже есть, но некоторые оказались сюрпризом! — воскликнул он. — В любом случае я должен написать дневник, чтобы оставить эти сведения и потом получить их — от вас. Это первый круг, который нельзя исключить.

— Ладно… с этим понятно. А остальные двадцать две попытки?

Сердце колотилось часто-часто в ожидании ответа.

— На ваше усмотрение. Все равно они не увенчаются успехом, как и последняя, — ответил он.