Новая жизнь Эвелин - Елена Крамская
- Странно, - вставила я, делая шаг вперед, на свет, - А нам показалось, что вы все-таки были там, и даже тайком встречались с одной очень известной журналисткой.
Виктория медленно повернулась. На ее лице было написано такое театральное, такое безупречно исполненное возмущение, что ей могли бы позавидовать все голливудские актрисы, которых я недавно повстречала.
- Что? Вы что, следили за мной? — она картинно приложила руку к сердцу, ее глаза расширились от «ужаса», - Милые мои, какая вульгарность! Меня, между прочим, попросили дать эксклюзивное интервью для одного очень престижного глянцевого журнала!
Она схватила с бамбуковой стойки первый попавшийся журнал и с негодованием потрясла им у нас перед носом, словно это был неопровержимый довод в суде.
- «Дома, каблуки и юбки: новый еженедельник для красивых женщин», - прочитала я название и едва сдержала смешок, - Вы это серьезно? «Дома, каблуки и юбки»? Это звучит как название какого-то пародийного блога из моего времени. Репортер из «Бостон Глоб», которая пишет о политических скандалах, вдруг начала строчить статьи для журнала для домохозяек? Какая разносторонняя личность.
- Блог? Это что, название нового модного журнала? Вы говорите загадками, юная леди. Да и вообще, а что в этом такого? - не моргнув глазом, парировала Виктория, - Хороший журналист, как и хороший политик, должен уметь работать с разной аудиторией. Мари много лет пишет статьи о нашей семье. Сейчас она готовит большую, глубокую биографическую статью обо мне, о моей благотворительной деятельности, о моем вкладе в культуру штата…
- Бабуль, и ты решила дать это судьбоносное для всей страны интервью именно в тот самый момент, когда отец произносил свою самую важную предвыборную речь? - в голосе Джека звучал неприкрытый скепсис.
- Я изменила свои планы в последний момент, когда твой отец, как обычно, опоздал. Я не собираюсь подстраивать свою жизнь и свой плотный график под его хроническую безответственность.
- Виктория, нам стало известно об интрижке сенатора. И о том, что вы много лет назад заплатили его любовнице за молчание, - я решила пойти ва-банк, - Нам кажется, это более интересная тема для биографической статьи, чем благотворительность.
- Да, бабуль, - подхватил Джек, его голос стал жестче, - И погибший ассистент, Бен Филд, тоже обо всем этом знал. И, кажется, убийца пытался заставить его замолчать навсегда.
Лицо Виктории побагровело. На ее щеках проступили некрасивые красные пятна.
- Джек! - ее голос зазвенел от ярости, - Это еще что за возмутительные, грязные заявления?! Вы думаете, это я убила этого несчастного мальчика? Думаете, я способна на такое? А ты, Джек, мой собственный внук, ты вообще задумывался о мотивах? Неужели ты думаешь, что я бы пошла на убийство, чтобы спасти предвыборную кампанию твоего отца? Вы же сами все слышали - мне в этой кампании места нет! Теперь там всем заправляет этот выскочка, этот… Маркус!
Она с яростью закурила тонкую сигарету, а потом, сделав всего одну нервную затяжку, с силой потушила ее о фотоснимок, лежавший на стойке. На глянцевой фотографии улыбающийся Маркус стоял рядом с сенатором. Этого снимка я раньше не замечала, и мы с Джеком удивленно переглянулись.
- Вас злит, что кампанией руководит Маркус, а не вы? - мягко спросила я, наблюдая за ее реакцией.
- Эвери вычеркнул меня из своей политической жизни сразу же, как нанял этого дилетанта! - непробиваемая маска ледяной королевы дала трещину. Сейчас она злилась по-настоящему, и ее лицо покрылось сеточкой мелких морщин, которые сразу выдавали ее истинный возраст, - Если хотите узнать грязные подробности о моем сыне - спрашивайте у Маркуса. Уверена, он знает гораздо больше, чем вы думаете!
Виктория схватила маленькую садовую лопатку и принялась с ожесточением пересаживать какую-то несчастную бегонию, вытряхивая землю из горшка прямо на чистый пол. Этим жестом она недвусмысленно давала нам понять, что аудиенция окончена.
Выпив с Джеком по чашке отвратительного кофе в ближайшей придорожной забегаловке и обсудив этот спектакль одного актера, мы решили последовать совету бабушки-интриганки и поговорить с Маркусом. Его офис располагался в современном, по меркам 1920-х, здании в центре Бостона и разительно отличался от пыльного, полного призраков поместья Хейзенов.
- Маркус! - Джек вошел в его кабинет с такой широкой и дружелюбной улыбкой, что она выглядела совершенно фальшивой, - Вот, проезжали мимо и решили к вам заглянуть. Отец так много хорошего о вас говорил! Настоятельно рекомендовал нам подружиться.
Маркус, одетый в безупречный костюм, в ответ выдавил из себя вымученную, но не менее фальшивую улыбку, и жестом пригласил нас присесть.
- У меня к вам пара вопросов, Маркус, - Джек вальяжно устроился в кожаном кресле напротив его стола, закинул ногу на ногу и сложил ладони домиком. В моем времени такая поза называлась «пассивно-агрессивный альфа-самец на деловой встрече», - Зачем на самом деле вас нанял мой отец? Чтобы защитить свою кампанию от Виктории?
- Именно за этим, - Маркус тут же занял такую же позу, давая понять, что они на равных. Эта беззвучная дуэль двух самцов была почти комичной, - Виктории не нравится, что кампания проходит успешно и без ее тотального контроля. Кстати, Джек, вы интересовались последними рейтингами своего отца?
- Нет, а должен был?
- Ну, могли бы хотя бы сделать вид, что вам не все равно. Так вот, после убийства этого ассистента, рейтинги вашего отца резко пошли вверх. Сочувствие избирателей - мощный инструмент. Сейчас они выше, чем когда-либо. Вот, взгляните.
Он неторопливо протянул Джеку папку. Результаты опросов подтверждали его слова.
- Как видите, сенатор буквально убивает свою оппозицию. Простите… не самое подходящее слово, но, если честно, я не удивлюсь, если того парня убрала сама Виктория, чтобы создать общественный резонанс и поднять рейтинги сына. Для нее цель всегда оправдывает средства.
Странное противостояние. Виктория обвиняла Маркуса, а Маркус, в свою очередь, только что, с холодной улыбкой, свалил все на нее. В смешанных, тяжелых чувствах мы покинули его офис.
- Джек, может, стоит еще раз поговорить с Мари Танакой? Давай попробуем выяснить, о чем они на самом деле разговаривали с Викторией.
***
В этот раз Мари Танака была более настроена на общение.
- Спасибо, что пришли, Эвелин, - она протянула мне руку, - Во время нашей первой встречи я поняла, что уже где-то вас видела.
Она достала из
