Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская
Люк вздрогнул и резко выпустил меня из объятий. Я ощутила холод и пугающую незащищенность и в первый миг снова захотела прижаться к нему, но с трудом сдержалась. У нас ещё будет время побыть вдвоём. Сейчас нужно было добиться признания от миссис Маккартур.
— Бабушка, что вы сделали со мной? — В голосе Люка слышалась горечь. Он явно не думал, что его родные способны на такую подлость.
— Ничего я не делала! — упрямо воскликнула она, — не смей меня обвинять!
Мне хотелось схватить стакан и плеснуть водой ей в лицо, чтобы, наконец, привести в чувства. Как долго миссис Маккартур собиралась ломать комедию и изображать из себя невинную овечку⁈
— Бабушка, если у вас осталась хоть капля совести, вы немедленно всё мне расскажете, — потребовал Люк.
Но эти слова разозлили миссис Маккартур ещё сильнее.
— Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне⁈ — взвизгнула она, — это не я променяла семью на какую-то распутную девку!
В глазах Люка сверкнул гнев, я увидела, как он сжал кулаки, и на всякий случай положила руку ему на плечо, удерживая от необдуманных поступков.
— Что ж, наверное, стоит позвать Ричарда, — спокойно сказала Мирабель.
Миссис Маккартур бросила на неё презрительный взгляд.
— Это ещё кто? Какой-нибудь местный блюститель порядка? — с насмешкой спросила она.
Мирабель изобразила одну из своих самых дружелюбных улыбок.
— Мой жених Ричард Миллер — королевский юрист и если вы сейчас же во всём не сознаетесь, он сотрёт вас в порошок в суде, — сказала она, — скандал будет на всю столицу!
Мирабель не преувеличивала. Её жених был очень известным человеком, выполнявшим поручения самого короля Вильгельма. Если Ричард возьмётся за это дело, то миссис Маккартур не поздоровится.
Очевидно, бабушка Люка и сама это поняла, потому что перестала возмущаться, и тяжело опустилась на стул. Наконец, настало время получить ответы на наши вопросы.
Стоило гневу утихнуть, как миссис Маккартур резко осунулась и постарела. Сейчас она чем-то напоминала намокшую под дождём ворону.
— Вы подмешали Люку зелье забвения? — спросила я.
— Да, — коротко бросила миссис Маккартур.
— И применили чары внушения? — уточнила я.
— Да. — Последовал очередной односложный ответ.
Люк шумно выдохнул. Я понимала, как тяжело ему было слушать эти признания, и очень хотела уменьшить его боль, но не могла.
— Зачем же было заходить так далеко⁈ — в отчаянии воскликнул Люк, — я ведь ваш внук! Ради чего вы решили сломать мне жизнь⁈
Миссис Маккартур бросила на него злой взгляд.
— Потому что все должны жить, как положено, — ответила она, — ты обязан был жениться на девушке своего круга, которую мы бы одобрили!
— И неважно, что я был бы всю жизнь несчастен? — закончил за неё Люк.
На это миссис Маккартур только фыркнула. Похоже, она не собиралась признавать, что была неправа.
— А родители знали о ваших планах? — спросил Люк. Его голос дрогнул. Поступок бабушки уже разбил ему сердце, если окажется, что и родители его предали, то привычный мир окончательно рухнет. Я взяла его за руку, пытаясь хоть как-то поддержать.
— Это не их ума дело, — огрызнулась миссис Маккартур, — в отличие от тебя, мой сын следовал правилам и не создавал мне проблем.
— А как насчёт вашего мужа? — прямо спросила я.
Миссис Маккартур вздрогнула и побледнела.
— Не понимаю, о чём ты, — промямлила она, отведя взгляд.
— Его ведь тоже опоили зельем забвения, чтобы он расстался с моей бабушкой. — Это был не вопрос. Я бросила обвинение в лицо миссис Маккартур.
— Что⁈ — воскликнул Люк, а затем перевёл ошарашенный взгляд на свою бабушку, — нет! Не может быть!
Миссис Маккартур поджала губы и молча уставилась в пол. Она словно пыталась стать невидимкой, чтобы избежать необходимости отвечать на мои обвинения. Повисла тяжёлая напряжённая тишина. Молчание миссис Маккартур само по себе служило признанием вины, но мне нужно было, чтобы она произнесла это вслух.
— Говорите! — потребовала я, стукнув ладонью по столу.
Всё также не поднимая взгляда, миссис Маккартур, наконец, ответила.
— Родители Брюса сделали то, что должны были, — сказала она, — Камилла не заслужила такого жениха! Что особенного она сделала⁈ Строила глазки, мило улыбалась и кокетничала? И за это хотела получить статус, деньги и признание в обществе? Нет уж! — Миссис Маккартур зло сверкнула глазами. — Счастье нужно выстрадать! Нельзя просто прийти на всё готовенькое!
— Зависть не красит человека, — заметила Эстер.
— Да что ты понимаешь! — вспылила миссис Маккартур.
Я молчала. Теперь мне, наконец, стали понятны мотивы её поступков. Будучи столичной аристократкой, она очень старалась найти выгодную партию: посещала школу для девочек, где преподаватели муштровали учениц не хуже, чем в армии, бесконечно сидела на диетах, покупала неудобные, но модные наряды, ходила с вечной милой улыбкой на лице, независимо от того, что творилось в душе. Миссис Маккартур делала всё, что от неё зависло, но Брюс почему-то предпочёл другую. Ту, что не старалась и не прилагала усилий, а получила своё счастье даром. Разумеется, миссис Маккартур была возмущена подобной несправедливостью и с радостью вступила в сговор с родителями Брюса. А сейчас, увидев, что история повторяется, но уже с её внуком, решила вмешаться сама.
— Вы получили то, что хотели, не так ли? — спокойно спросила я, больше не чувствуя злости, — ваша судьба сложилась так, как должна была. Может быть, теперь вы позволите Люку жить так, как хочет он?
Миссис Маккартур, наконец, подняла голову и посмотрела мне в глаза. Наши взгляды встретились. Я не собиралась читать ей мораль, но была полна решимости восстановить справедливость. Да, прошлое не вернуть, но Брюс и моя бабушка должны узнать правду, чтобы обе семьи обрели мир.
Глава 15
Я и Люк молча брели по городскому парку. Летом здесь было особенно красиво: клумбы пестрели множеством цветов, от строгих роз до свободолюбивых ромашек, повсюду порхали бабочки и стрекозы, густые кроны деревьев дарили приятную тень, а в прозрачной воде лениво плавали разноцветные рыбы. Горожане наслаждались прогулкой: дети бегали по зелёным лужайкам, ели мороженое и играли, взрослые шутили и смеялись, старики любовались пейзажем, сидя на лавочках, и только я и Люк напоминали двух призраков, случайно оказавшихся на улице при свете дня.
Мне было очень грустно, когда я думала о судьбе своей бабушки. Если бы родители Брюса не вмешались, всё могло бы сложиться иначе. Но одновременно я радовалась, что сумела вовремя снять чары с Люка и теперь нашим отношениям ничего не угрожало. А он… Представить, что сейчас чувствовал Люк, было одновременно легко и сложно. Умом я
