Эльфийка для викинга - Елена Филимонова

— Так вы отпустите меня? — И, помолчав, уточнила: — Нас? Пока ваши люди работают во дворце, мы будем искать ниточки в другом месте. Объединим усилия, но в разных направлениях.

— Ты еще наивнее, чем я думал, — король покачал головой.

— А вы еще упрямее, — я пожала плечами. — Ну, так что? Можем мы получить ваше разрешение, или надо изобретать очередной план побега?

ГЛАВА 24

— Не думала, что он так легко согласится. — Я вытащила из дровницы сучок, сломала его пополам и бросила в разожженный камин. Вверх взмыли рыжие искры. — Даже не знаю, хорошо это или плохо.

Мы сидели в моей комнате: я, Килиан и Ардрет. Устроились прямо на ковре, перед огнем. Рядом стоял початый графин вина и полупустые бокалы.

Удивительно, но король отпустил нас. Даже отговорить не пытался — только неопределенно вскинул бровь в своей, уже привычной мне манере. Хотя и удивился, когда мы сказали, что выступаем следующим утром сразу после завтрака.

— Возможно, он считает, что за пределами Арлиндейла ты будешь в большей безопасности, — Килиан посмотрел на меня.

— А ты не думала, что убийца может последовать за тобой? — спросил Ардрет.

— Я на это рассчитываю, — и, поймав удивленный взгляд, пояснила: — Он уже совершил ошибку. Даже две, и теперь, скорее всего, заляжет на дно. Во всяком случае, пока я здесь, меня будут охранять лучше, чем королевскую сокровищницу. Другое дело — напасть в дороге.

— Значит, ты надеешься, его выманить? — уточнил эльф.

— Я надеюсь разобраться с этим как можно быстрее. Игрейн едва не погибла, ювелира убили… Не хочу, чтобы из-за меня пострадал кто-то еще.

— Твоей вины здесь нет, — жестко сказал Килиан. Карие глаза встретились с моими. — И даже не смей так думать.

— В любом случае я не хочу сопутствующих жертв. И не допущу. И… — я перевела взгляд с одного на другого, — спасибо, что помогаете.

В глазах Ардрета мелькнуло вдруг «что-то такое», но в следующую секунду он взял себя в руки и усмехнулся:

— Думаешь, я бы пропустил такое приключение? Не люблю, когда развлекаются без меня.

Хотелось ответить «Брось, ты знаешь, о чем я», но интуиция подсказывала, что эту тему лучше оставить. По крайней мере, на время.

— Тогда будешь учить меня стрелять из лука. Раз уж я наполовину эльфийка, стыдно не уметь.

— Стыд здесь не при чем, — Килиан отпил вина. — Чем больше у тебя навыков, тем больше шансов противостоять врагам.

Пламя в камине бросало на его лицо желтые отсветы, смягчало упрямые черты. Разогретая и расслабленная от вина я почувствовала инстинктивное желание прижаться к нему, но останавливало присутствие Ардрета.

— Тем более, с такими учителями. — Я улыбнулась. — Что бы я, мальчики без вас делала?

Килиан вздохнул.

— Мне здесь не по душе, ты и сама это знаешь. Но там, — он имел в виду земли за пределами эльфийского королевства, — опасностей не меньше.

— Я думала, тебя это заводит.

Он улыбнулся, но взгляд оставался серьезен.

— Только если речь не идет о моих близких.

Ардрет тем временем расправился с остатками вина в своем бокале, взял графин и долил еще. Нам всем. Он заерзал, и было видно, что в нашем присутствии ему неловко.

— Так вы… — он отпил вина, — вы помолвлены?

— Да, — не знаю, отчего, но я сама вдруг почувствовала ту же неловкость, хотя ни словом, ни делом не давала Ардрету поводов думать, что испытываю к нему романтическое влечение.

И, если уж начистоту, не была уверена, что заинтересовала его. Как и большинство эльфов (во всяком случае тех, с кем я тут познакомилась) он очень тщательно скрывали эмоции.

— Поздравляю, — голос Ардрета звучал искренне, хотя и немного грустно. Или мне опять показалось?

Повисла тишина. Мы сидели здесь уже больше часа, но так ни разу и не заговорили о том, что произошло. Вернее, происходило до сих пор. Отравление Игрейн, смерть ювелира. Наверное, все же нужно было это обсудить, но, при одном только воспоминании о болтающемся в петле теле, у меня сводило внутренности. Парни, видимо, чувствовали это и не поднимали тему.

А я не могла остановить бешеный поток мыслей. Пила вино, поддерживала разговор ни о чем, но перед глазами застыла одна-единственная картинка. И никакой алкоголь не мог ее стереть. Было даже стыдно за себя — тоже мне, будущий врач.

— Думаю, мне пора, — Ардрет хлопнул себя по бокам и посмотрел в окно. — Если разойдемся сейчас, успеем поспать часа четыре.

Не дожидаясь возражений, он встал и, захватив бокал, направился к двери.

* * *

— Что? — не выдержав, спросила я, когда мы с Килианом остались вдвоем.

Несколько секунд он задумчиво смотрел на меня.

— Не нужно притворяться, — он подобрался поближе. — По крайней мере, передо мной.

— О чем ты? — в доказательство своих слов я дернула плечами. Хотела, чтобы получилось беспечно, но вышло нервно. — Ничего я не…

И тут меня прорвало. Шмыгнув носом, я тихо всхлипнула, а потом разрыдалась. Громко.

Килиан сгреб меня в охапку и прижал к себе. Не останавливал, не пытался успокоить — только баюкал, словно маленького ребенка. И это сработало, как спусковой крючок. Оказавшись в теплых, надежных объятиях, я рыдала в голос, что-то говорила, но наружу вырывались лишь нечленораздельные всхлипы. Первый раз за все время пребывания я здесь, я дала волю чувствам.

Это был не только страх и потрясение от увиденного — напряжение, копившееся с первого дня, хлынуло, как поток воды из прорванной дамбы. Снесло заграждения, шлюзы и обрушилось лавиной.

— Кажется, полегчало… — выдохнула я, когда истерика отступила.

Дыхание выравнивалось, пульс возвращался к привычному ритму. Воздушный шар в груди, наконец, лопнул.

— Это бывает полезно, — Килиан улыбнулся и вытер мою щеку тыльной стороной ладони.

Последний раз я плакала, когда мне было двенадцать. Я имела неосторожность принести в школу личный дневник, и на перемене, одноклассница, заметив торчащий из моего рюкзака яркий блокнот с надписью «Личный дневник Киры А.» вытащила его и зачитала перед всем классом. Сама я была в столовой, а вернулась аккурат в тот момент, когда Эля, стояла и доски и, сдерживая смех, громко читала о моей