Мой магический год: весна и поющий фарфор (СИ) - Татьяна Терновская
В общем, мы ждём от тебя вестей!
Николас и Кевин'
На первый взгляд письмо выглядело вполне невинно, но миссис Лумис могла неверно истолковать фразу «быстро разберёшься с фабрикой». Тем более что мистер Джексон появился в Колдсленде в то же время, что и я. Наверняка миссис Лумис решила, что мы в сговоре или даже, что я и есть его таинственный клиент. А Бенджамин? Неужели он мог в это поверить⁈ С другой стороны, я же сама недавно обвиняла Люка в преступлении.
Я бросила письмо на столик и закрыла лицо руками. Как же так получилось⁈ Только мне показалось, что жизнь наладилась, как всё тут же рухнуло. Хотя я сама виновата. Если бы я рассказала Бенджамину правду, когда он спрашивал про секреты, то сейчас всё было бы хорошо. А теперь…
Завтра должна была открыться королевская выставка фарфора. Интересно, Бенджамин сумел купить лунный кварц? А если нет, то что он собирается делать? Мне так хотелось оказаться сейчас рядом с ним и поддержать, но я не могла. Даже посылать Корнелиуса, чтобы он проследил за Бенджамином, казалось неправильным. Тогда как мне поступить? Получается, мне ничего не оставалось, кроме как вернуться в столицу.
Я покосилась на Корнелиуса, который, в отличие от меня, крепко спал. Сейчас он был единственным, у кого я могла спросить совета. Или нет? Внезапно я вспомнила про Мирабель. Бенджамин упоминал, что они дружили всю жизнь и относились друг к другу, как брат и сестра. Почему бы не поговорить с ней? Она хорошо знала Бенджамина и могла дать мне толковый совет.
Окрылённая новой идеей, я оставила Корнелиусу записку и выбежала из номера. Кажется, кафе-кондитерская открывалась в десять утра? Сейчас было только девять, но, возможно, Мирабель приходила раньше. В любом случае я готова была ждать её столько, сколько потребуется.
Я быстро добежала до кафе-кондитерской. На двери висела табличка «Закрыто». Видимо, я и правда пришла слишком рано. И всё же, я решила попытать удачу и подёргала ручку. Дверь открылась, и я услышала мелодичный перезвон колокольчика над головой, а в следующий миг раздался лай. Ко мне подбежал Маффин.
— Привет, приятель! Ты меня не узнаешь? — ласково спросила я, — помнишь, как я угощала тебя миндальным пирогом?
Маффин вопросительно склонил голову набок. Казалось, этим он говорил: пирог помню, а вот тебя не очень.
— Ричард? — спросила Мирабель, выглянув из кухни, — О, мисс Скотт! Что-то случилось?
Я нерешительно зашла внутрь кафе.
— Не то чтобы случилось, просто мне нужно с вами поговорить, — уклончиво ответила я.
— Тогда проходите сюда! — предложила она, — и, кстати, можете звать меня просто Мирабель.
Я пересекла пустой зал, обогнула прилавок и зашла на кухню. Мирабель возилась с тестом. На ней был красивый фартук с вышивкой в виде нарциссов.
— О чём вы хотели поговорить, мисс Скотт? — спросила она, горлышком стакана вырезая из теста кружочки.
— Называйте меня Эстер, — попросила я и замолчала, мне было стыдно рассказывать правду о том, что произошло. Но раз уж пришла за советом, придётся себя перебороть. — Вчера я серьёзно поссорилась с Бенджамином. Точнее, мы не ругались, но я думаю, он сильно на меня обиделся и, возможно, никогда больше не захочет разговаривать.
Тыльной стороной ладони Мирабель убрала со лба выбившуюся прядь волос и испачкала лицо мукой.
— А из-за чего вы поссорились, если не секрет? — спросила она.
Я боялась, что, узнав правду, Мирабель тоже меня выгонит, но всё же ответила.
— Произошло недоразумение, — сказала я, — дело в том, что мой дедушка не хотел передавать мне семейный бизнес, но я уговорила его устроить для меня испытание на профпригодность. В итоге мы заключили пари: чтобы доказать свои способности, я должна была приехать сюда и помочь спасти фабрику семьи Уотсон от банкротства.
— Так вот почему ты так хотела устроиться на работу на фабрику! — догадалась Мирабель.
— Да. И я много раз собиралась рассказать об этом Бенджамину, но так и не решилась. Боялась, что ему это не понравится, — призналась я, — а вчера, после того, как злоумышленники проникли на фабрику и разбили сервиз, с которым Бенджамин собирался ехать на королевскую выставку, миссис Лумис заподозрила меня…
— Сервиз разбили⁈ — воскликнула Мирабель и уронила стакан. Он покатился по столу и чуть не упал на пол, но я успела его подхватить.
— Ты этого не знала? — удивилась я.
Мирабель забрала у меня стакан и тяжело вздохнула.
— Бенджамин слишком заботится обо мне, боится огорчить, поэтому ничего и не рассказывает. Можно подумать, я сделана из сахара и если заплачу, то тут же растаю! — возмутилась она, — злоумышленников поймали?
— Вроде нет, — ответила я, — точнее, не знаю. Вчера мистер Уотсон отправился поговорить с королевской полицией. Может, им уже удалось что-то найти.
Мирабель задумалась.
— Я попрошу Ричарда этим заняться, — сказала она и спохватилась, — вы же не знакомы! Ричард Миллер — мой жених, а ещё он королевский юрист. В таких делах он прямо как фасоль.
Я засмеялась. Никогда раньше не слышала, чтобы девушка сравнивала своего жениха с едой. Хотя Мирабель ведь занималась магической кулинарией, может это профессиональное?
— Я имею в виду, стебли этого растений очень цепкие и целеустремлённые. Они обвивают все, что попадается на пути, и поднимаются к солнцу, — пояснила она.
— Поняла. Будет здорово, если твой жених поможет мистеру Уотсону, — сказала я и вернулась к изначальной теме, — думаешь, Бенджамин теперь никогда меня не простит?
Мирабель удивлённо на меня посмотрела.
— Мне кажется, ты ему очень нравишься. Не помню, чтобы раньше Бен кем-то так увлекался, — сказала она, — такие чувства не могут исчезнуть в один миг. К тому же Бен не из тех, кто рубит сплеча. Он всегда даёт людям шанс. Чтобы Бен вычеркнул человека из своей жизни, тот должен что-то очень-очень плохое. Не думаю, что это твой случай.
Слова Мирабель подбодрили меня. Наверное, мне следовало дать Бенджамину время остыть, а потом попытаться рассказать ему про дедушкино задание.
— Спасибо… — Меня прервал громкий собачий лай.
— Маффин! — позвала Мирабель, но тот продолжал лаять и ей пришлось выйти из кухни. Я услышала, как она спросила у своего фамильяра, что случилось. — Эстер! — Крикнула она мне.
Я тоже вышла в зал. Мирабель стояла у большого окна. Маффин поднялся на задние лапы, передние положил на подоконник и тоже смотрел на
