Ее кровь, его тьма - Лира Алая

час назад, оставив мне на прощание целый список пожеланий и надежд. Я облегчённо выдохнула, когда за ним закрылась дверь, но в кабинет тут же зашла Марта.

— Мисс, подать ужин в столовой или здесь? — её голос был мягким, почти заботливым.

После того, как она услышала о том, что Михаэль мой будущий муж, она стала необычайно покладистой. Всегда улыбалась, была чрезмерно вежлива. Казалось, она радовалась за меня больше, чем я сама. И каждый раз, глядя на неё, я вспоминала, что пусть и не всерьёз, Михаэль назвал меня своей невестой. И этот статус — видимый в глазах других — грел душу больше, чем я готова была признаться даже самой себе.

Я улыбнулась и ответила:

— Нет, Марта, благодарю. Мы с Михаэлем поужинаем сегодня в ресторане.

— Ну и правильно, мисс. А то совсем засиделись дома. Давайте я приготовлю для вас самое красивое платье. Может то зелёное из шёлка, что вы шили весной? Или тёмно-синее? Вы его так ни разу и не надевали…

Я качнула головой и мягко перебила её:

— Нет, благодарю тебя за заботу. Михаэль сделал мне подарок, и… я сама справлюсь. Ты на сегодня свободна.

Марта сложила руки на груди, её глаза засияли так, словно она лично устроила моё счастье.

— Ах, мисс, я так за вас рада, — прошептала она и, поклонившись, вышла.

Я благодарила всех богов, что Михаэля сейчас здесь не было. Иначе я бы просто сгорела от стыда от того, как её радость отражала мои скрытые желания.

Но он ждал меня наверху. И я не стала томить его ожиданием. В груди всё колотилось от предвкушения — мне самой хотелось скорее узнать, что он для меня приготовил. И сама мысль о том, что мы идём вместе в ресторан… пусть я не знала, можно ли назвать это свиданием, но сердце упорно называло это именно так.

Он сидел в кресле, нога на ногу, и ждал. Рядом стояло зеркало, выдвинутое из своего обычного угла. Его поза, его взгляд — в них было столько уверенности, что дыхание перехватило.

— Я хочу, чтобы ты разделась и оделась в то, что я приготовил, глядя на себя, — сказал он спокойно, почти буднично, но в его голосе чувствовалась скрытая игра. — Ощущая, как я буду при этом смотреть на тебя.

Я замерла. Одно только представление этого вызвало волну мурашек по всему телу. Раз пообещала сделать всё, что он попросит, придётся идти до конца. И отрицать, что мне нравится ему подчиняться, я не стану. Это заводило меня, как ничего другое.

Я открыла пакет. И ахнула.

Там было слишком мало вещей. Чулки. Очень тонкое платье. И больше ничего.

— Ты хочешь, чтобы я пошла только в этом? — мой голос дрогнул, выдавая смесь страха и возбуждения.

— Да, сладкая. Я жду твоего перевоплощения, — его глаза вспыхнули огнём.

— Но… — попыталась возразить я.

— Ты сделаешь всё, что я захочу, — он надавил, вернув мне мои же слова.

Я стиснула зубы, но выхода не было. Сама согласилась подчиниться.

Я сняла с себя всю одежду, оставаясь полностью обнажённой.

— Распусти волосы, — попросил он, и его взгляд прожигал каждую черту моего тела. Я сделала, как он сказал. Волосы упали на плечи, и в его глазах мелькнуло восхищение.

Я наклонилась, чтобы надеть первый чулок.

— Я попросил тебя встать перед зеркалом и смотреть на себя, когда одеваешься, — его голос был ровным, но я уловила в нём усмешку.

И только тогда я поняла его план. Если я сделаю, как он сказал, моя попа окажется почти прямо перед его лицом, открывая самый непристойный вид.

— Ты специально… — выдохнула я, раздражение смешалось с жаром.

— И ещё запрещаю тебе прикасаться ко мне. Только если я разрешу, — добавил он спокойно.

— Почему? — я задохнулась от возмущения. Каждую минуту новые условия.

— Мы опаздываем. Поторопись, — отрезал он, и я увидела его довольное лицо.

Ну что ж, допросился. Я взяла чулок и медленно опустилась вниз, скользя рукой по ноге, неспешно натягивая ткань выше, плавно поднимаясь. Каждое движение я делала так, чтобы соблазнять его взгляд. В зеркале наши глаза встретились, но он смотрел чуть ниже.

Я натянула второй чулок, наклоняясь снова. И тут почувствовала его руку между моих ног.

— Замри, — сказал он, и его пальцы уверенно скользнули туда, где я была уже безумно влажна.

— Хочу, чтобы здесь текло от желания, пока мы будем идти. Чтобы ты чувствовала это при каждом движении, — его пальцы дразнили меня, и я выгнулась навстречу, надеясь, что он зайдёт глубже. Я уже готова была умолять его, чтобы он продолжил.

И именно в этот момент он убрал руку.

— Одевайся дальше, сладкая. А то мы и правда опоздаем, — в его голосе звучала тёмная усмешка.

Я чуть не застонала от досады. Он правда решил меня извести.

Глава 29

Я стояла перед зеркалом и не верила, что он на самом деле заставил меня надеть это. Платье сидело слишком плотно — настолько, что каждое движение давалось с трудом. Корсет был затянут туже, чем я привыкла, и грудь словно выпирала наружу, вызывающе и слишком откровенно. Я едва могла сделать глубокий вдох, от этого кружилась голова. Но хуже всего было не это. Под этим платьем на мне были только тонкие чулки — ни белья, ни нижней юбки. Каждый шаг, каждый вздох напоминал мне, что я буквально обнажена под тканью, и только он знает об этом.

— Слишком откровенно… — тихо пробормотала я, не решаясь смотреть ему в глаза.

Михаэль стоял позади, и я почувствовала, как его ладони легли на мою талию, сжали её так, что я едва не застонала от этого властного прикосновения. Его пальцы скользнули выше, по рёбрам, и он наклонился к моему уху.

— Нет, сладкая. Никто не скажет, что это неприлично. Ты выглядишь так же целомудренно, как всегда. Но я буду видеть твои глаза. Я буду знать, что ты сейчас беззащитна под этим платьем. Что только я знаю, что на тебе ничего нет.

Я почувствовала, как моё лицо вспыхнуло. Сердце забилось быстрее, дыхание стало ещё тяжелее. Он смотрел на меня в зеркало, и от этого взгляда внутри всё сжималось и разгорало одновременно.

— Михаэль… — я хотела