Трудности перевода с драконьего - Марина Ефиминюк

— бросив взгляд из-под ресниц, тихим, интимным тоном признался он и щелкнул застежкой.

— Задела, кейрим Риард?

— Напротив — порадовала. Хотелось услышать, как ты остришь.

Насколько я знала, путь до посольского дома занимал чуть больше четверти часа, но нас все равно сопровождал отряд стражей, готовых в любой момент подняться в воздух. Комфортный экипаж покатился по длинному дворцовому мосту. Через окно было видно, как в черной реке отражались огни, горящие на замковой стене.

— Спасибо за щедрые дары, — прервала я недолгое молчание. — Я была удивлена.

— И поэтому повесила дары ко мне в рабочий кабинет, — с иронией хмыкнул он.

— Оценил красоту? — невозмутимо уточнила я.

— До сих пор под впечатлением. Интересная живопись.

— Высокое искусство, между прочим. На него невозможно смотреть без внутреннего трепета.

— Ты хотела сказать: без содрогания. Тебе действительно нравится этот художник?

— Мне нравился художник, а не его работы, — со смешком заметила я, надеясь, что он наконец поймет разницу. — Воспринимай картины как оберег от нечистой силы.

— Разве что, — с весельем в голосе согласился владыка. — Но почему ты не повесила такие обереги в своих покоях?

— Я не верю в нечисть, — фыркнула в ответ. — Зато теперь нам есть что дарить гостям. Ты ведь не против?

— Разве в Талуссии не говорят, что книга — лучший подарок? — протянул он, явно наслаждаясь нашим традиционным обменом колкостями.

А я-то почти забыла, с каким азартом с головой ныряла в очередную словесную дуэль.

— В нашем случае лучший подарок — жутковатая картина, — парировала в ответ. — Даже хорошо, что ты скупил галерею — не придется ломать голову, чем одаривать гостей. Как прошла поездка?

— Не так захватывающе, как проводила время ты. Слышал, в вашем клубе любителей непристойных романов случился скандал?

— Ты знаешь о клубе?!

— Неужели ты думаешь, я не в курсе, что происходит в моем дворце? Они хранят книги в библиотеке. — Владыка бросил на меня насмешливый взгляд сквозь темноту. — Жаль, но пришлось отослать Эрьяна.

— Ты изгнал помощника за чтение? — возмутилась я. — Не знала, что романы настолько опасное увлечение, что за него можно загреметь в ссылку.

— Ашер публично отказался от поединка, но не успокоился, — с неожиданной досадой в голосе поделился Зорн. — Равненные драконы мстительны, Эмилия, а у меня нет никакого желания терять толкового помощника. Эрьян останется под крылом наместника в Блоквере.

— Наместник — хороший человек?

— Волнуешься? — немедленно вернул вопрос владыка.

— Мы с твоим помощником вроде как соратники по клубу. — Я дернула плечом. — Верные читатели друг друга поддерживают.

— Наместник — его отец.

Взрослому мужчине вернуться в отчий дом? Какое изощренное и продуманное наказание! С одной стороны — кейрим помог избежать неприятностей с Риардом-младшим, с другой — отвесил оплеуху.

В салоне повисло молчание. С замирающим сердцем я все ждала, что Зорн в своей обычной манере спросит о запертой двери между спальнями, но он решил избежать щекотливой темы. За окном замерцали яркие огни. Мы добрались до посольского дома, здания с высокими колоннами, выстроенного по традициям Талуссии. Экипаж вкатил на подъездную дорожку и остановился напротив парадных дверей.

Мы приехали на час позже назначенного времени, и наверняка публика оголодала. Как ни крути, отличный план, чтобы заставить всех ждать кейрима с особенным усердием. Однако выбираться из салона мы не торопились, давали гостям внутри дома собраться моральным духом перед ослепительным появлением высоких гостей.

Зорн внимательно наблюдал, как я щелкнула застежкой на вороте и, поведя плечами, спустила тяжелую ткань. Под пристальным взглядом, устремленным сквозь раскрашенный огнями полумрак, словно вспыхнула кожа.

— Идем? Все ждут. — Я кивнула на окно.

— Они обязаны. — С усмешкой, не сводя с меня глаз, он стукнул в стенку кареты.

Слуги, ожидающие сигнала от владыки, немедленно открыли дверцу. В теплый салон, пахнущий горьковатым одеколоном Зорна, поток холодного воздуха принес запахи осени и влажных листьев, а я невольно поежилась.

За то время, что мы не выходили из экипажа, холл заполнился публикой, и даже успел примолкнуть. В тишине зашуршали одежды: подданные владыки приветствовали нас поклонами. Иноземцы, а таких оказалось немало, склонили головы. Их спутницы дружно изобразили книксен разной степени аккуратности, хотя у драконов подобное приветствие было не принято.

— Кейрим Риард, приветств… — начал Дмитрий, но встретился со мной взглядом и вдруг запнулся.

Кашлянув в кулак, он успешно победил внезапно атаковавшую голос сиплость и благополучно закончил приветствие главного гостя сегодняшнего вечера. Значок, висящий поверх дорогого пиджака, поймал блик от каскадной потолочной люстры, и на долю секунды зловеще вспыхнул.

— Чувствуйте себя свободно, — негромко вымолвил Зорн. — Мы с супругой приехали ненадолго.

Формальности были соблюдены, и в соседнем зале музыканты заиграли известный в Талуссии мотив. К нам потянулись желающие лично поприветствовать владыку. Из разговоров стало очевидным, что прежде Зорн подобными визитами не утруждался, принимал послов в кабинете и на приглашения отвечал дарами. В общем, крайне вежливо отправлял приглашающую сторону праздновать без его участия. Теперь посланники оживились и по очереди откровенно зазывали в гости.

— Порой супруга скучает по родным местами, — дипломатично отговаривался от всех визитов Зорн. — Эмилия хотела на один вечер оказаться в окружении земляков. Я не мог отказать.

Но сейчас мы фактически оказались в осаде иноземных подданных, а Дмитрий не поскромничал и позвал на прием в свою честь, похоже, весь посольский квартал. Особенно обиженным выглядел посол Родолесса, приехавший с супругой и незамужней дочерью. Между делом он заявил, что на праздник огня планирует устроить прием с танцами и ритуальным огнем и весьма выразительно кивнул, намекая, что кейриму придет приглашение.

В голове внезапно появилась странная картинка, как посреди бальной залы прямо на вощеном паркете полыхает сломанная мебель, а прилично одетая публика подкидывает в огонь куски портьер. Однако посольский дом в воображении сгореть не успел, в реальности всех пригласили в зал для приемов.

— Ужин без стульев в талусских кулинарных традициях начинается! — важно и громко объявил распорядитель вечера, в сторонке дожидавшийся знака от Дмитрия.

— Я провожу вас, — с вежливой улыбкой предложил тот.

В зале для приемов тянулись два длинных стола с подносами и этажерками всевозможных закусок. Стульев действительно не расставили. Гостям предлагалось выбрать еду по вкусу и с тарелками устраиваться за высокими маленькими столиками,