Королевский поцелуй - Екатерина Романова

это неприятная помеха, – я снова нашла взглядом Эльриха. Мы смотрели друг на друга, словно не было между нами нескольких сотен людей. – Знаете, будь он обычным дровосеком или кочегаром, это бы не изменило моего отношения.

– Все девушки так говорят, чтобы казаться лучше, чем они есть на самом деле. Я знаю, что всем вам в действительности нужно, – проворковал его величество, склоняясь к моему уху. Рука монарха провокационно опустилась к моей талии и поползла ниже.

– Ваше величество! Здесь королева!

– И что? – даже сквозь ворох юбки я почувствовала, как мою задницу болезненно сжали. Дернулась, но его величество задышал тяжелее и прорычал что-то невразумительное. Его зрачки расширились, ноздри дернулись. – Милая, идем-ка в розовый сад? – неожиданно предложил он. – Мне не терпится остаться с тобой наедине! Чтобы никто не мешал нам… узнать друг друга получше.

Не ходить в розовый сад! Не знаю, что не так с этим местом, но Гастон не советовал нюхать с правителем розы.

– Балкон куда ближе, – заметила как бы между прочим и меня тут же потянули к ближайшему выходу.

Король едва ли не распихивал гостей, волоча меня за собой с таким нетерпением, что вряд ли у кого остались сомнения, зачем мы несемся из зала. От стыда у меня зачесались щеки, впрочем, что мне позор, если вскоре я увижу красавиц-сестер, стряхнувших пелену старости? Де Виньетты все равно изгнаны из дворца, а Оливия Штерн – всего лишь родственница поварихи, ее репутация только взлетит от такого скандала.

Вечерняя прохлада неприятно ударила в лицо, когда за моей спиной с шорохом закрылись бархатные занавески. По ним скользнула зеленая пелена защиты и, без лишних предисловий, король вжал меня в стену.

– Наконец-то мы одни! – прорычал он.

Это точно! Две минуты позора и свобода. Меня трясло от страха облажаться, но, собрав волю в кулак, я закрыла глаза и вытянула губы трубочкой, как в учебнике.

Оглушительный удар сердца.

Жар опалил щеки.

Я задержала дыхание и подкатившую к горлу тошноту.

Что-то влажное коснулось щеки. Я зажмурилась и…

Король впился в меня острым, жалящим поцелуем.

В шею, Марг его раздери! Он присосался к моей шее! Как пиявка…

От такой наглости я чуть не отпихнула его, но нельзя! Сглотнула горячий комок. Мужчина жадно облизывал мою шею, то с одной, то с другой стороны, его влажный язык слизняком ползал по моей коже, а зубы то и дело болезненно прикусывали, отчего я вскрикивала и извивалась. Но куда там, его величество подумал, что мне нравится, и продолжил с двойным энтузиазмом, пару раз прикусив мочки моих ушей.

– Ваше величество, может, в губы?

Но меня не слышали. Король, словно безумный, кусал и лизал меня везде, где платье не прикрывало кожу, и только губы остались без внимания, сколько бы я их не подставляла. А я пыталась! Ужом крутилась, лишь бы он, хотя бы случайно, коснулся их, но, увы…

Мне было тошно и мерзко, но я стойко терпела, представляя себе улыбки Гаяны и Мирты, их страстное желание жить, их мечту стать обычными юными девушками, любить, быть любимыми…

По щекам стекли слезы. Король рывком развернул меня и толкнул на перила. Каменный бортик ударил в ребра с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Я вцепилась в холодный камень и до боли закусила губу. Постанывая, его величество облизывал мои позвонки один за другим, задирая зачем-то мои юбки.

Звякнула пряжка его ремня, грудь обожгло нехорошим предчувствием, холодный ветер скользнул по моим лодыжкам.

– Ваше величество, что вы делаете? – я попыталась вырваться из цепких объятий.

Очевидно, целовать меня в губы не станут, а происходящее мне уже не нравится!

Вместо ответа король рванул мои юбки так, что затрещала ткань. Ягодицы покрылись мурашками от холода, потому что панталон на мне больше не было.

– Ваше величество! – крикнула и резко ударила локтем назад, но правитель ловко увернулся и звонко шлепнул меня по заднице.

– Может, Эльрих и забрался в твое сердце, девочка, но могу с уверенностью сказать, что в тебе я окажусь первым! Это дело чести. Не рыпайся. Возможно, даже получишь удовольствие…

Готовая на государственную измену, я начала раскрывать каналы, но король получил первым. И вряд ли схлопотать кулаком по морде – это удовольствие. Его величество отлетел от меня тряпичной куклой и врезался в стену.

Эльрих, сдерживая ярость, опустил мои юбки, сорвал с себя шейный платок и зачем-то обмотал вокруг моей шеи. К этому моменту Байдер немного оклемался и попытался натянуть штаны, даже не высказав гранд-джаффару за удар.

– Еще раз увижу тебя рядом с ней – убью.

Фраза, сказанная тихо, прозвучала как очередной удар. Я вздрогнула от ледяного голоса, а король лихорадочно сглотнул, даже не глядя в мою сторону. У него затрясся подбородок и, честно говоря, было противно смотреть на такого правителя.

– Понял?!

Его величество кивнул и не с первого раза застегнул ремень. Железяки выскальзывали из его трясущихся пальцев.

Джаффар взял меня за руку, окинул мутным взглядом с ног до головы, быстро поправил мои волосы, кружево на лифе, свой платок на моей шее, и потянул меня за собой.

Я опасалась, что на нас будут смотреть, но джаффар использовал какое-то заклинание, и мы беспрепятственно пересекли зал. Я увидела королеву, с болью наблюдавшую, как ее муж выходит с балкона, поправляя на себе одежду. Она знает, что супруг не упускает возможности пофлиртовать с другими девушками, и как же больно, что нет иного способа решить мою проблему. Я не хотела разбивать сердце этой женщине.

Мы вышли из зала, пересекли галерею, в мрачном молчании спустились по лестнице. Я смотрела на спину Эльриха, ведущего меня за собой, и не могла дышать. Мне хотелось исчезнуть из этого мира, потому что я поняла, как облажалась. Не сняла проклятье, опозорилась перед гранд-джаффаром, и… что-то еще возилось в груди. Что-то непонятное, какое-то неизвестное чувство, будто я обязана объяснить Эльриху, что он все неправильно понял. Только вот… Он все понял правильно.

– Ты ради чего сюда явилась? – злобно прошипел джаффар, когда мы вышли