Аурелика не звезда гарема, или как я ошиблась в истории - Людмила Вовченко

— пробормотала Аурелика. — Я максимум могу направить взгляд к холодильнику на ночь.

* * *

Ночь прошла беспокойно. Аурелике снилось, что она снова в библиотеке. Только теперь её окружали все героини любимых романов — Анжелика, Скай, турецкая принцесса с сериала. Они смотрели на неё, оценивающе, и одна сказала:

— Вот и пришла ещё одна. С высокими надеждами и дешёвым корсетом.

Проснулась она в холодном поту. И с ощущением, что что-то… меняется.

На левой руке — где вчера не было ничего — теперь светилась метка. Кружевной узор, похожий на сплетение нитей и зеркал.

Жофрея вскрикнула:

— Она активировалась… Боги, она правда носительница! Быстро! Надо сообщить совету!

Аурелика встала. Посмотрела на метку.

— Отлично. Я и так не знала, кто я, где я и зачем. А теперь ещё и мишень.

И в этот момент в окно влетел… запах.

Пряный, дурманящий, магический. А за ним — голос:

— Прибывает третий кандидат. Повелитель Восточного крыла. И он требует встречи. Немедленно.

Аурелика села на кровать, обняв подушку.

— Я пришла за любовью, приключениями и гаремом. А получаю кастинг «Холостяка» на фоне налоговой реформы. Кто автор этого сценария и как с ним связаться?..

Глава 3

Глава 3.

Восточный кандидат, или Как не влюбиться в лисью тень

Когда Аурелика услышала, что к ней едет «Восточный кандидат», она представила себе что-то среднее между принцем из «Султана моего сердца» и актером из рекламы фисташек: карие глаза, томный взгляд, волосы как шелк и голос, будто его отрежиссировал сам Альфред Молчаливый.

Но когда он вошёл, Аурелика, не удержавшись, сказала:

— Вот оно чё, Михалыч…

Потому что в зал буквально въехала процессия: сначала — четыре дудочника с фиолетовыми турбанами, за ними — факиры с дымящимися сосудами (один уже начал кашлять), потом — две девушки, несли длинную подушку с… тапочками.

А уж потом явился он.

Никакого томного взгляда.

Рил’Саан Ал’Кадар ибн Хушта-Кушта, Принц Восточного Крыла, Владыка Семи Дюн и Двадцати Трёх Слуг, оказался:

— Невысок. — Сильно подкрашен. — И очень увлечён… своими усами.

— Преклонись, дитя запада! — провозгласил он, остановившись в трёх шагах. — Ты достойна моего внимания.

Аурелика медленно поднялась со стула:

— Я достойна таблеток от давления после этого парада.

— О, у неё острый язык! — воскликнул он. — Мне это… почти не нравится. Но мои советники сказали: «надо брать». Мол, твоя метка судьбы — ключ к моим пескам.

— Я надеялась быть ключом к чьему-нибудь сердцу, но ладно, к пескам — так к пескам.

Он подошёл ближе и склонился:

— Не дрожи. Я добрый. Обычно. Если вовремя кормят. А ты — будешь моей пятничной женой. В этом месяце. Возможно. Если не передумаю.

Пятничной?

— Извините, — перебила она. — А что в вашем гареме делают по пятницам?

— Переваривают всё, что случилось в понедельник, конечно!

Жофрея тихо присвистнула.

— Принц — эксцентричен, но у него стратегическое чутьё. Когда-то он предсказал дождь. В пустыне.

— Ага. Сколько раз?

— Один. Но был же!

* * *

После встречи её, конечно, позвали на банкет в честь прибытия. То есть — на ритуал чаепития со специями, при котором следовало:

1. Выпить шесть глотков в строго заданной последовательности вкусов: горечь — терпкость — сладость — безысходность — мята — тмин.

2. Выдержать приветственную «магическую отрыжку» (так её назвал Нираэль).

3. Произнести формулу благодарности: «Да будут твои соли сбалансированы, а кишка не свиваться».

Аурелика в какой-то момент просто сказала:

— Я читала, что в гаремах женщин холят, лелеют и носят на руках. А тут меня таскают, как мешок с перцем и ожидают, что я стану ключом к бюджету пустыни!

— Уточнение, — добавил Кейр. — Ты ещё не стала ключом. Ты — загадка. Пока.

— А загадки у вас обычно разгадывают, или — уничтожают?

Кейр медленно пожал плечами:

— Смотря кто успеет первым.

* * *

В тот же вечер Жофрея принесла ей подарок от Восточного Принца — тюбетейку с жемчугом и… договор на аренду земельного надела в обмен на одну ночь в месяц.

— Он шутит? — спросила Аурелика.

— Думаю, нет. Просто у них это считается романтичным жестом. Аренда души через физический контакт — древняя традиция.

— А потом? Он приходит собирать урожай с моей чакры?

* * *

На следующий день она решила сбежать. Просто — проверить, можно ли вообще выйти из территории.

— Только через зал зеркал, — сказал Тори, ставя чай. — Но будь осторожна: если зеркало почувствует твоё намерение — покажет не выход, а правду.

Аурелика, конечно, пошла.

Зеркал было восемь. Первое — отразило её в короне. Второе — в роли ведьмы. Третье — с книгой в руке и с… фиолетовым котом.

— Это уже перебор…

А восьмое зеркало вспыхнуло. Из него шагнул силуэт — она сама, только в иной одежде. С серьёзным выражением лица и магическим пламенем в ладони.

— Ты не Аурелика, — сказала та. — Ты… часть замены. И мы ошиблись. Но теперь всё началось.

Мир потемнел. Что-то вспыхнуло в её голове. Метка на руке запульсировала.

Аурелика проснулась… в объятиях Кейра.

— Ты активировала линию. Плохо.

— А то я не заметила!

— Нет, серьёзно. Теперь ты связана. С этим местом. С нами. С тем, что не должно было проснуться.

— А можно я свяжусь с кем-то, кто даст мне кофе и плед? А потом — разорвёт эти связи?

— Уже нет.

* * *

На следующее утро пришло письмо. Пергамент с золотым обрезом. Символ… короны. Женской короны.

Великая Хозяйка Севера приглашала Аурелику на бал.

Причина: «рассмотреть вашу кандидатуру для включения в Совет Высших Женщин».

Жофрея ахнула:

— Это… это уже совсем не шутка.

Нираэль поднял бровь:

— Или великая шутка. Но с смертельным исходом.

Аурелика, устало утирая лоб:

— Где я? Кто я? И будет ли на балу хоть один нормальный мужчина?

Глава 4

Глава 4.

Бал, баллы и баловство по-королевски

Аурелика была уверена, что ещё один день в этом фэнтезийном цирке — и она сама начнёт подавать заявления на прохождение стажировки в ад. Только не в виде души, а как сотрудник отдела: «Приём попаданок, разочаровавшихся в мужских персонажах».

Однако теперь, после письма с золотым обрезом