И даром не нужна - Елена Шторм
Пальцы замирают на моей ноге — принц берёт паузу, потом изгибает губы, как-то странно:
— За два года всякое может произойти, птичка. Дред найдёт райну и в нашем мире — на самом деле, кандидатки уже есть. Или им с женой всё-таки повезёт. Или проблема решится ещё как-нибудь.
— Сама?
— Удачным образом, да.
Выдыхаю сквозь зубы.
Сияние вспыхивает, и шершавый палец чертит по моей стопе. Тепло бежит выше.
— А если вы снимите печать и предъявите меня вместе с магией? Что тогда?
Снова короткий взгляд мне в глаза.
— Вряд ли это хорошая затея. Дредгар придурок, а не идиот. Так что… думаю, он подготовился, и хотелось бы для начала знать, как. Наверняка как минимум свалит всю вину на неугодных. Да и мы с тобой уже женаты.
— А не жениться вы не могли, зная обо всём?
— А ты хотела всё-таки оказаться наложницей императора?
От упоминания об этом желчь подкатывает к горлу.
Но мерзавец опять смотрит на меня, долго. Взгляд опускается к моим голым плечам, возвращается к лицу.
— Возможно, я решил, что ты — всё же меньшее из зол, — отвечает он наконец.
Несколько секунд я перекатываю на языке эту прекрасную характеристику! И выдыхаю в ответ:
— Не уверена, что могу сказать о вас то же.
Хотя если в этом браке от меня не нужны наследники и даже пока что секс — это плюс.
Как ни странно, он не огрызается. Только приподнимает уголки губ — слегка ядовито.
— На всякий случай не показывай пока никому своих способностей. Даже если будешь пытаться освоиться.
— Совсем?
— В крайнем случае — паре человек, которым доверяешь. Скалу, его дочери. Библиотекарю. Им доверяю я.
— Как мне тогда осваиваться?
— Разберёмся.
Не самое понятное объяснение, но… тут стопу обжигает. Почти как тогда, с императором! И покалывание бежит выше: в голень, в бедро. Проходит по всему телу, превращаясь в дрожь.
Мужчина подаётся вперёд и — уже знакомо — подносит руку к моей груди.
Только в этот раз свечение вырывается из меня так, что приходится зажмуриться!
— Да, так лучше.
Я… нет, дело в том, что больше я ничего не чувствую. Есть только вот эти примитивные ощущения, никакой свободы или переполняющей мощи. Ещё от света колет глаза даже сквозь веки — но он очень быстро пропадает.
— Ладно, с остальным разберёмся позже.
На этом принц встаёт.
Я внезапно понимаю (проморгавшись), что он раздевается дальше. Вытаскивает ремень, снимает штаны. Уже даже жду, что и нижнее бельё он презреет по привычке — но нет.
Ладно. Хорошо.
— Вы…
— Предлагаю закончить на этом брачные ритуалы, — говорит он хрипло, глядя через плечо. Прочищает горло. — Одеяло ты уже нашла.
И всё. Сумасшедший разговор про дворцовые интриги уходит в небытие — и остаётся то, что было! Спальня. Почти голый мужчина передо мной, почти голая я, кровать.
— Надеюсь, у нас только одна ночь вместе по плану? — спрашиваю я слегка оглушённо, вместо ответа.
— Хм. Сегодня — да.
Набираю воздуха в лёгкие. Нет, я очень постараюсь завтра переночевать у себя — размышляю, пока мужчина идёт по комнате и гасит кристаллы.
Падаю и плотнее заворачиваюсь в одеяло.
Отворачиваюсь к краю.
Ощущения — невероятно странные, если честно. Только теперь полноценно накатывают мысли о случившейся свадьбе и совсем недавние воспоминания — казалось бы, их одних хватит на пару месяцев! Свет окончательно гаснет. Внутри словно толкаются какие-то слова — то, чем разумные люди завершают день.
«Доброй ночи»? «Спасибо, что сняли печать»?
Конечно, я ничего не произношу. Просто лежу, а потом — прислушиваюсь к движениям за спиной.
Мой муж ложится тоже. Матрас проминается под его весом, шуршат простыни. Мои пальцы холодеют под одеялом. Нервное напряжение не хочет проходить: частично я жду, что он ещё что-то выкинет.
Заденет меня ногой? Начнёт душить подушкой?
Но как бы я ни прислушиваюсь в темноте, сначала больше ничего не слышу — а потом тишина сменяется его едва различимым дыханием.
Я тоже закрываю глаза и решаю полежать вот так.
Кажется, что не засну. Но впечатления, усталость — всего накопилось слишком много за последние дни, так что скоро перед глазами плывут едва различимые образы.
Потом я проваливаюсь в темноту.
А ночью просыпаюсь от стона рядом.
Глава 13
Стон — одиночный, но сдавленный и какой-то… пугающий.
Сначала я поворачиваюсь. На всякий случай, медленно вспоминая, где нахожусь. Зрение выхватывает из темноты фигуру мужчины, лежащего рядом с закрытыми глазами.
Он как-то часто и хрипло дышит.
Его рука — на собственном горле, и ногти скребут по коже.
— Эй? — вырывается из меня.
Как и положено ночью, он не отвечает. Но голова дёргается, разбрасывает белые волосы по подушке. Всё его тело вздрагивает, раз и ещё.
Тогда я резко сажусь.
Первое чувство — тревога. Мне попросту страшно оттого, что происходит какая-то новая хрень! В ночи, в темноте, и…
— Эй, что с вами?
Вместо ответа его тело вдруг выгибается в судороге — или я не знаю, как это назвать! Рука вцепляется в горло сильнее, присоединяется вторая. Дрожь повторяется.
Я просто вскакиваю, вместе с одеялом. В груди тяжелеет, в голове появляется мелодичный звон.
Что происходит?
У него припадок? Он эпилептик? Его отравили на свадебном пиру? А меня — может, тоже отравили, просто я пока не знаю⁈
Или это связано с той тьмой и чёрной дрянью…
Может, это вообще нормально, может, тут людям так кошмары снятся? Да чёрт побери!
Бросаю одеяло, подаюсь обратно. В этот раз я настойчиво трясу мужчину за плечо. То ли от этого, то ли ещё от чего-то, его глаза распахиваются. Только лучше бы я их не видела.
Чёрные прожилки испещряют белки, зрачки почти затопили радужки. И тем не менее… кажется, он узнаёт меня, приходит в чувства.
А потом резко перекатывается на бок и сгибается в приступе кашля.
Я запускаю руки в волосы.
Несколько секунд просто сижу без движения.
Сознание… начинает понимать, что сама по себе «хрень» не разрешится. И нужно что-то делать.
Что⁈
…Позвать кого-то на помощь, как поступили бы нормальные люди в подобной ситуации? Я, правда, не знаю, в чём выйду отсюда — в одеяле? Но это не худшее сомнение! Есть другие.
Может, он и не хочет, чтобы кого-то звали?
Может, мне не стоит хотеть?
Я не обязана! Даже клятв не давала — не смотря на свадьбу. Могу посмотреть, чем всё закончится — если его, например, всё
