С приветом из другого мира! - Марина Ефиминюк
– Доброй ночи, господин Вернон, – поздоровалась я и приказала кухонным лампам зажечься.
Послушалась пара светильников на стене, самых мелких и тусклых. Да и те разгорались неохотно, словно делали большое одолжение. Потрескивали и мигали, как старые лампы накаливания.
– Что у нас происходит со светом? – не поняла я.
– После полуночи в хозяйственных помещениях почти всегда гаснет свет, – пояснил дворецкий. – Замок пустует, зачем нам много света?
– Экономите на хозяйской магии? – хмыкнула я.
Вернон предпочел ироничное замечание проглотить и повел носом:
– Мне кажется, в кухне пахнет чем-то съедобным.
Он шустренько подошел к разделочному столу и с откровенным интересом пригляделся к яичному бутерброду.
– Мы решили позавтракать, – пояснила я.
– Сейчас ночь, – заметил он.
– У нас очень ранний завтрак. Хотите подкрепиться?
Раиса вкрадчивым движением забрала свою порцию и чуток отошла, чтобы не делиться с конкурентом. Со звоном я подхватила тарелку из стоящей на столе деревянной сушки и переложила один бутерброд дворецкому.
– Угощайтесь, господин Вернон.
– Я просто пришел попить водички, – пробормотал он, пристраивая на стол горящий фонарь, – но раз вы настаиваете…
– Мы не настаиваем, – ревниво заспорила Раиса.
– Негоже отказываться, если хозяйка предлагает разделить трапезу, – нравоучительно пояснил он, забирая тарелку. – Это вы готовили, юная леди?
Раиса едва не брякнула, что готовила новоявленная леди Мейн, но я успела чувствительно отдавить ей ногу домашней туфлей.
– Точно я, – промычала она. – По рецепту госпожи.
– Даже так? – восхитился Вернон и, принюхавшись к яйцу, шумно сглотнул слюну.
– Люблю почитать на ночь поваренные книги, – на ходу сочинила я.
Втроем мы так увлеклись ночным банкетом, что вторжение в кухню ее властелина уже не заметили.
– Вы что, едите?! – прогрохотал изумленный возглас Тобольда, буквально накрывшего нас на месте преступления.
У меня изо рта едва не выпал кусок.
В полосатой пижаме и с сеточкой на голове он застыл в позе глубоко оскорбленного предательством человека. Одну руку поставил на мясистый бок, а вторую протягивал к нам, требуя ответа на риторический вопрос. Видимо, мысль, что кто-то действительно пировал без его прямого участия, била прямиком в печень.
Я проглотила кусок, не пережевывая, в точности как удав, и на ходу сочинила ложь, вообще не выдерживающую никакой критики.
– Мы пришли водички попить, а потом вдруг начали есть. Правда, господин Вернон?
Я повернулась к дворецкому, надеясь отыскать в нем союзника, но этот самый союзник технично слинял. Непонятно, откуда в человеке такое проворство, коварство и страсть к предательству? Вроде только стоял в пледе и с тарелкой в руках, как исчез, словно сквозь каменный пол провалился.
– Господин Тобольд, мы все за собой уберем! – протараторила Раиса. – Двуединым клянусь, отскребу все сковородки!
– Чего? – Повар внезапно поменялся в лице, ринулся к плите и с испуганным вздохом схватился за голову: – Вы взяли сковородку великого Клода Салазара?!
– Простите, мы не знали, что она ценная.
– Ценная?! – Тобольд поперхнулся словами, с грохотом схватил остывающую сковороду со следами затвердевающего сливочного масла и потряс ею в нашу сторону. – Она абсолютно бесценная! В ней хранились остатки еды, которую великий Клод готовил на королевской кухне.
Какое счастье, что Раиса ее хорошенько поскребла прежде, чем мы начали жарить глазунью!
– Тобольд, давайте я вам куплю другую сковородку с едой от Клода Салазара? – предложила я.
– Он уже не готовит! – всхлипнул повар. – Великого Клода больше нет с нами.
– Но посуда-то со следами пригорелой картошки наверняка еще где-нибудь сохранилась.
Возникла странная пауза. Повар смотрел на меня как на классового врага.
– Госпожа Мейн, с этой минуты я отказываюсь для вас готовить! – трагическим шепотом объявил он и указал сковородой на Раису: – Пусть вам готовит эта дочь варваров!
Устроив большой переполох, Тобольд прихватил с собой бесценную сковороду и с гордым видом удалился из кухни. Некоторое время мы с Раисой смотрели в черный дверной проем.
– Теперь надо понять, как с ним помириться, – вздохнула я.
– Да зачем вам с ним мириться? – воскликнула Раиса.
– Молодая леди, знаете, кто самый страшный человек в любом замке? – прозвучал голос Вернона, словно выступившего из темноты, но на самом деле выползшего из морозильной кладовой, где он позорно пережидал скандал, поглощая «яблоко раздора». В смысле, бутерброд с яичком и вполне приличной для весны помидоринкой.
– Кто? – не поняла девушка.
– Повар! – пояснил Вернон, ставя пустую тарелку на стол. – Его нельзя обижать. Он может невзначай сварить в вашем супе носки или плюнуть в кофе.
– Какая гадость, – скривилась Раиса и посмотрела на четвертушку недоеденного бутерброда. – Даже есть расхотелось.
– В таком случае позвольте, я вам помогу, – с невозмутимым видом, словно вовсе не оставил нас двоих в эпицентре скандала, предложил Вернон. – Выбрасывать вкусную еду – губительное расточительство.
– Вам было не стыдно отдать нас на растерзание Тобольду? – укорила я.
– Госпожа Мейн, вы мне искренне нравитесь, – проговорил он, – но иногда каждый должен быть сам за себя. Вопрос выживания.
– Ладно, вы тут шли на водопой, – кивнула я. – Кран в той стороне. Мы сами доедим наш ранний завтрак. Вы же понимаете? Вопрос выживания. Тобольд отказался готовить, когда еще мне удастся нормально поесть?
Из плохо освещенной кухни мы из принципа уходили с тарелкой с обгрызенным бутербродом. Широкий коридор утопал во мраке, но лампы отказались зажигаться и после третьего строгого приказа. Пожалела, что из тех же принципов не отжала у дворецкого фонарь.
До покоев так и не добралась. Отправила Раису спать, а сама рванула в библиотеку. Внутри бурлила энергия! Я придумала, как помириться с поваром, а заодно, если очень повезет, заставить его готовить по нормальным рецептам, а не по увиденным во сне.
В книжное царство я ворвалась с громким приказом «свет». Внутри горел торшер, и он немедленно погас, как будто лопнула лампочка. Из густой темноты донеслось сдержанное покашливание. От страха бросило в жар! Откровенно говоря, не ожидаешь кого-то встретить в середине ночи в библиотеке пустого замка. Действительно недолго уверовать в привидения и злых духов.
– Зажечься, – прозвучал сдержанный голос Фостена.
Послушный светильник вспыхнул заново, озарив пространство уютным, мягким светом. В расслабленной позе муж восседал в кресле перед незажженным камином. В руках он держал заложенный пальцем закрытый томик. На столике обнаружился поднос с закусками и графином вина. Возможно, тем самым, который походил на виски. В общем, необходимости проникать в кухню под покровом темной ночи и заедать голод куском буженины прямо в холодильной кладовой у хозяина Рокнеста не было.
– Прости, не ожидала на кого-то здесь наткнуться, – извинилась я за внезапный световой кризис. –
