С приветом из другого мира! - Марина Ефиминюк
Вот уж не думала, что его заденет правда!
Попрощались мы между тем по-соседски: вежливо раскланялись и пожелали друг другу хорошего вечера. Вернее, его остатка, который я провела за разбором одного из сундуков с мелочами, чем едва не довела Раису до слез. Она причитала, что негоже госпоже выполнять работу служанки.
В конечном итоге я согласилась на чай с печеньем и, пока горничная унеслась на кухню, открыла книгу по домоводству. Как назло, попалась глава о приемах на много персон. Не щадя сидящих на диетах читательниц, автор во всех подробностях рассказывал о вариантах меню для банкета и увлеченно живописал, насколько изящны на вкус песочные корзиночки с паштетом из гусиной печенки. Сразу видно, что работал на голодный желудок!
А Раиса с чаем все не шла… Закрыв книгу, я отправилась на кухню разыскивать горничную и, возможно, кастрюльку «Ивонны в соусе». Если подумать, моя бабуля когда-то была права: не бывает невкусной еды, есть недостаточно голодные люди.
Горничная вовсе не потерялась в замке, а металась возле большой плиты с шестью темными дырчатыми блинами, чем-то отдаленно напоминающими конфорки.
– Окаянный очаг не загорается! – всплеснула она руками.
– А где Тобольд? – не поняла я, куда делся повар.
– Давно ушел к себе, – пожаловалась Раиса. – Придется его разбудить. Как очаг-то зажечь? Тут нет окошка для щепок.
Видимо, в замке колдуна кухонная «техника» была магической.
– Не надо нам Тобольда! – скомандовала я, вдруг почуяв редкий шанс нормально поесть и не обидеть ранимого кулинарного творца. – Что же мы, какую-то плиту не укротим?
С королевским видом полностью уверенной в себе женщины, умеющей готовить борщ, котлеты и шесть видов завтраков из куриных яиц, я подошла к горничной.
– Повелевайте! – Проникшись моим величием умелой кухарки, она уступила место возле плиты.
– Раиса, мой муж колдун. Что это значит? – начала я.
– Что он быстро справится с огнем, если мы устроим пожар?
– В замке все действует на силе магии, – пояснила я и строго скомандовала конфоркам: – Огонь!
Плита по-прежнему стояла холодная и безответная, недоуменно таращилась на нас шестью круглыми «глазами» с мелкими дырочками и не торопилась дарить животворящий огонь.
– Пламя, – предприняла я очередную безуспешную попытку.
– По-моему, очаг вас не слушается, – подсказала Раиса. – Пойду все-таки за Тобольдом…
– Ты бутерброд с яичком хочешь? – быстро спросила я.
– Хочу! – немедленно воскликнула горничная. – Двуединый знает, как сильно хочу. А что такое бутерброд?
– Зажжем плиту – и узнаешь, – буркнула я и приказала: – Зажгись!
Плита молчала.
– Вспыхни! – рявкнула я, теряя терпение.
Внезапно внутри очага что-то ухнуло и из мелких дырочек в воздух вылетели снопы искр. Схватившись друг за друга, мы с горничной отскочили от плюющегося кухонного монстра.
– Двуединый помоги, – пробормотала испуганная Раиса.
– Он нам уже помогает, Рая. Мы на правильном пути! – обрадовалась я, справившись с недостойным истинной кухарки испугом.
– Путь ведет нас к пожару, – заупрямилась она, демонстрируя возмутительный пессимизм. – Мы не нравимся этому колдовскому очагу, хозяйка.
– Просто надо правильное слово сказать, – заключила я и тут же ласково проворковала: – Свет мой, огонь, зажгись!
Ласковое слово на магическую «варочную панель», в отличие от замечательного зеркала, транслирующего занимательные портреты моего мужа, не подействовало.
– Дай хоть слабого огня, – теряя надежду съесть на ночь вкусняшку, попросила я.
В плите снова что-то загудело, и вдруг из конфорок вырвались мелкие слабые язычки желтоватого пламени. Некоторое время они трепетали от сквозняка, но в итоге превратились в остроконечные крошечные пики.
– Хозяйка, – восторженно прошептала Раиса. – Ты настоящая колдунья!
– Ага, есть захочешь, не только колдовать начнешь.
Для надежности я проверила, как увеличить силу пламени, запалить только одну конфорку из шести и полностью потушить плиту. Когда принцип работы магического оборудования стал понятен, отправилась в морозильную кладовую за продуктами, а Раису попросила отмыть плоскую сковородку. Днище выглядело так, словно на ней полгода стряпали и ни разу не пытались поскрести щеткой.
Готовили мы слаженно, словно всю жизнь вместе стояли у кухонной плиты. Со сковородой сноровисто управилась горничная, я порезала помидор с сыром и быстро собрала бутерброды. Подсушенный до золотистого цвета хлебец, кругляш помидора, листик зеленого салата, тонкая пластинка сыра, а наверх лопаткой аккуратно выложила поджаренное до идеальной глазуньи куриное яйцо.
– Это и есть бутерброд? – зачарованно спросила Раиса, разглядывая аппетитную еду.
– Вообще, я готовила их на завтрак… – Я осеклась, осознав, что снова наговорила лишнего, и подвинула горничной тарелку с ее порцией: – Приятного аппетита. Ешь, пока не остыло.
– Хозяйка, не беспокойся: я унесу твой секрет в могилу, – произнесла она.
– Секрет, что я умею готовить?
– Ты не молодая госпожа Ивонна.
Еда пошла не то в горло. Пара глотков воды помогла справиться с приступом кашля. Не то чтобы после отъезда из дома Артиссов я пыталась изображать из себя дочь местных аристократов, но все равно не ждала признания в лоб. Ей-богу, как пыльным мешком по голове получила!
– И кто я, по-твоему? Демон?
– Ты вообще не из наших мест. Нездешняя, – заговорщицким шепотом ответила она. – Я почти сразу догадалась. Ты похожа на Ивонну, но ты не она. В доме господина Артисса я еще сомневалась, а теперь совсем уверена. Ты говоришь странные вещи и ведешь себя не как молодая госпожа. Замуж вдруг за колдуна захотела и совсем не боишься жить в его замке.
– Ты тоже не боишься, – заметила я.
– Это я сейчас не боюсь, когда знаю, что здесь нет привидений…
В кухне резко погас свет, оставив нас в кромешной темноте. Раиса, мигом отринув смелость, со страху прижалась ко мне. Было видно, как в черном до слепоты пространстве все еще светится красным раскаленная конфорка. Из глубины коридора донесся пугающий инфернальный шелест.
– Привидение! – пискнула Раиса и прижалась лбом к моему плечу.
– Тихо, – цыкнула я, прислушиваясь к замку.
В тишине кто-то громко кашлянул. Шелестящий звук стал отчетливее и больше всего он напоминал шаркание домашними тапочками.
Похоже, наше привидение носило имя звезды сегодняшнего вечера Тобольда. И он решил глубокой ночью проведать кухню. Может, захотел перед сном сковородки пересчитать?
Сначала появился жиденький свет, а потом в дверном проеме, в противовес моему предположению, выросла мощная фигура дворецкого с накинутым на плечи клетчатым пледом. В руках Вернон держал маленький квадратный фонарь с пульсирующим ярким шариком.
– Кто здесь? – резко вымолвил незваный гость.
– Госпожа Мейн, – сдержанно отозвалась я.
– Воскресла?! – страшным голосом охнул Вернон.
– Да я и не помирала.
Тут до него, по всей видимости, дошло, что в кухне живые люди, а
