Артефакт по вызову - Людмила Вовченко

прошептала Зина. — Я тогда не была готова. Я убежала в науку, чтобы не чувствовать, а не чтобы спасать.

Фигура на столе шевельнулась. Открыла глаза.

— А ты уверена, что сейчас готова? Ты же просто играешь в героиню, Зина. Прячешься за артефактом. Она стиснула зубы. Подошла к столу. Положила ладонь на грудь фигуры.

— Я не играю. Я больше не боюсь своей силы. Я — не замена кому-то. Я — я. С багами, болью и... с волей идти дальше.

Фигура закрыла глаза. Исчезла. Пустыня дрогнула. И впереди открылся проход — внутрь белой сферы, что стояла на каменном плато. — Он внутри, — сказала девушка из Расы Слов. — Но он... не будет знать, кто вы. Ни нас. Ни себя.

— И что тогда? — спросил Лайан.

— Тогда вы должны напомнить ему себя. Не силой. Не магией. А чем-то, что Забвение не может стереть.

Они вошли.

Свет вокруг не ослеплял — он... звал.

В центре — он. Пятый.

Сидит на коленях. Смотрит на ладони. Пустые. Без следов. Без линии жизни. Он медленно поднял голову. Впервые — встретился взглядом с Зиной. И в его глазах не было злобы. Только... мучительное незнание.

— Простите, — прошептал он. — Я... не знаю, кто я. Но я чувствую, что должен вас забыть.

— Тогда послушай, — сказала она, подходя ближе. — Меня зовут Зинаида. Я родом с Земли. Я врач. И я здесь, потому что никто не достоин быть стёртым. — Ни ты. Ни я. Ни те, кого мы потеряли. — Помни это. И Артефакт на её груди… запел. Не голосом. Не светом. А вибрацией глубже костей. Как голос матери, зовущий издалека. Как песня, которую когда-то знал, но забыл. Пятый опустил голову. И прошептал:

— Зина… ты… звала меня.

Ты — мой якорь? — Нет, — сказала она. — Ты сам себе якорь. Я просто — первое лицо, что ты увидел, когда решил не быть пустым. И в этот миг песок рассыпался. Сфера растворилась. Пятый встал.

— Моё имя… я пока не знаю. Но я пойду с вами.

Так Забвение перестало быть безликим.

А Цепь — наконец стала целой.

Глава 34.

Глава 34.

Цепь сомкнулась — и кое-что зазвенело не туда

— Значит, теперь мы в сборе, — сказала Зина, оглядывая их.

Пять носителей. Пять артефактов.

— Почти как отряд мстителей, только без костюмов, с разной степенью психического здоровья и космической бюрократии на хвосте.

Кей хмыкнул.

— И с одной бывшей судебно-медицинской экспертизой во главе.

— Я не во главе. Я просто… та, у кого артефакт любит комментировать мои внутренние монологи.

Они стояли посреди восстановленного пространства. Пустыня исчезла — теперь это было место покоя, наполненное мягким светом, который не слепил, а будто помнил тебя.

Зина повернулась к Пятому — теперь уже человеку. Он стоял рядом, всё ещё немного в тени. Без имени, но с растущим выражением… собственного "я" на лице.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как человек, который читал книгу с вырванными страницами и только что нашёл огрызок оглавления, — он улыбнулся. Неловко, но по-настоящему. — И вдруг осознал, что жанр — не триллер, а комедия с элементами катастрофы.

Артефакты носителей сияли по-разному — Порог у Зины мягко пульсировал, Замыкание у Тамары будто дремал, Память у Крона искрилась краткими фразами на неизвестном языке, Тень у Кея дрожала от нетерпения, а Забвение… был тихим. Но не пустым.

— Цепь активна, — тихо проговорила представительница Расы Слов. — Это значит, что можно приступить к развёртке Истока.

— О, прекрасно. Новое слово в моём магическом словаре, — фыркнула Зина. — Что такое «развёртка Истока»? Звучит как процедура из налоговой.

— Исток — это первичная точка создания артефактов. Где был задуман весь цикл.

Развёртка — это ритуал, в котором цепь из носителей раскрывает силу, направленную не наружу, а внутрь. В память мира.

Крон выступил вперёд.

— Нам придётся войти в ядро системы, Зина. А оно не в пространстве. Оно — в тебе.

— Во мне?

— Ты — первый активированный узел. Артефакт Порога не просто соединял миры. Он открыл тебя.

И если ты не готова — Исток останется закрытым.

Зина глубоко вдохнула. — Я когда-то вскрывала тело, у которого в полости оказалось чужое насекомое. Я не знаю, готова ли я к Истоку… но я умею открывать то, что не хотят открывать.

— Не уверена, что ты сейчас себя успокоила, — пробормотала Тамара.

— Это мой стиль.

Ирония перед неизвестным. Меньше паники — больше сарказма.

И тогда Крон протянул руку — артефакт у него вспыхнул. Кей положил свою поверх. Тамара — рядом. Пятый — в центр круга.

Зина — замыкающая.

— Скажи слово, — попросил Крон. — Любое. Оно откроет Исток.

Зина подумала.

Потом усмехнулась.

— «Достаточно».

И всё пошло не по плану.

Не свет. Не катарсис. А — дёргающаяся пустота. Как будто кто-то включил канал мира, но не подключил звук.

Вместо мира — треск.

Вместо силы — трещина.

— Что это? — крикнула Зина, перекрикивая дрожащую реальность.

— Кто-то… подделал цепь! — Крон побледнел. — Где-то в ней — ложное звено.

И в этот момент по внутреннему кругу пронесся второй импульс.

Искажённый. Слишком холодный.

Словно кто-то присоединился… не с согласия.

Пятый закричал. Его артефакт вдруг почернел.

— Нет! — рванулась Зина.

Голос возник в воздухе. Нечеловеческий. Раздвоенный. — Вы забыли, что цепь — можно не только собрать. Её можно и… перехватить.

И из трещины — вышла фигура. Высокая. Величественная. С пустым лицом. И… знакомым голосом.

— Зинаида. Ты думала, только ты — избрана?

— А как насчёт… того, кого ты стерла сама? — Позволь напомнить.

Зина замерла. Она знала этот голос. Знала. И боялась вспомнить.

Потому что это был голос… которого не должно было быть в этом мире.

Глава 35.

Глава 35.

Тень из памяти, которую не звали — но которая всё равно пришла

Он стоял на границе круга.

Не мираж. Не иллюзия. Слишком плотный для сна. Слишком знакомый, чтобы быть врагом. Слишком невозможный, чтобы