Любимая жена-попаданка для герцога - Ульяна Соболева

получить больше информации. Гонец, — обратилась я к всё ещё стоящему в углу мужчине, —можешь ли ты вернуться в столицу и выяснить подробности о состоянии короля?

— Конечно, миледи. Что именно вас интересует?

— всё симптомы, их развитие, что именно пробовали лекари, как король реагировал на лечение. И главное — кто сейчас реально управляет королевством.

Гонец кивнул и поспешил выполнить задание. Когда он ушёл, мы остались в пещере, каждый погружённый в свои мысли.

— Знаешь, — сказал Василиус, который всё это время молчал, — я начинаю думать, что наша жизнь превратилась в какую-то невероятную историю. Сначала спасение от костра, потом жизнь в лесу, теперь планы по возвращению во дворец, чтобы спасти короля, который хотел нас убить.

— Жизнь имеет странное чувство юмора, — согласилась я.

— Или отсутствие чувства логики, — добавил кот. — Впрочем, это одно и то же.

Вечером, когда мы остались наедине, Райнар снова вернулся к теме дворца.

— Я всё ещё думаю, что это слишком опасно, — сказал он, обнимая меня.

— А я всё ещё думаю, что это наш шанс, — ответила я, прижимаясь к его груди. —Но я понимаю твои опасения.

— Обещай мне, что если мы это сделаем, ты будешь осторожна, — попросил он. —Обещай, что при первых признаках опасности ты отступишь.

— Обещаю, — согласилась я. — Но ты тоже обещай, что не будешь пытаться остановить меня, если я буду уверена, что план может сработать.

— Это нечестно, — пожаловался он.

— Вся жизнь нечестна, — философски заметила я. — Мы просто пытаемся сделать её немного более справедливой.

Мы лежали в тишине, каждый думая о предстоящих испытаниях. За стенами пещеры слышались звуки нашего подземного лагеря — приглушённые голоса, шаги, скрип телег.

— Если мы действительно это сделаем, — тихо сказал Райнар, — и если всё получится, что будет дальше?

— Дальше мы будем править, — ответила я. — Ты — как король, я — как королева.

И мы попытаемся создать мир, в котором людей не сжигают за знания, а лечат с помощью этих знаний.

— Звучит как мечта, — сказал он.

— Мечты имеют свойство сбываться, — улыбнулась я. — Особенно если очень сильно захотеть и приложить к этому достаточно усилий.

— И магической плесени, — добавил он с усмешкой.

— И магической плесени, — согласилась я. — Не стоит недооценивать силу хорошо выращенной плесени.

На следующее утро мы начали планировать операцию, которая должна была либо сделать нас правителями королевства, либо отправить на эшафот.

Но это уже была история для следующего дня.

9.

Планировать проникновение в королевский дворец, где тебя ищут с намерением сделать очень короткой на голову, — это примерно как планировать романтический ужин с драконом. Технически возможно, но требует тщательной подготовки, стальных нервов и готовности к тому, что всё может закончиться очень быстро и очень болезненно.

Я, Вайнерис Эльмхарт, временная обладательница самой безумной идеи в истории королевства, сидела в нашей подземной штаб-квартире и пыталась не думать о том, что план, который мы разрабатываем, имеет примерно столько же шансов на успех, сколько у снежка в преисподней. Но, как говорится, отчаянные времена требуют отчаянных мер. А наши времена были настолько отчаянными, что могли бы подать в суд на само слово "отчаяние" за клевету.

— Итак, — Райнар в пятый раз за час пересматривал план дворца, который нам удалось раздобыть через наших информаторов. — Главная проблема — как ввести тебя во дворец незамеченной.

— Может, в корзине с бельём? — предложил Василиус, развалившийся на столе поверх важных документов. — Классика жанра. Или в бочке с вином? Хотя нет, с вином плохая идея — ты можешь не удержаться и выпить содержимое.

— Твой юмор мне не поможет, — буркнула я, изучая схему дворцовых коридоров, которая выглядела сложнее, чем карта кровеносной системы.

— А что поможет? — невинно спросил кот — Молитва? Удача? Внезапное чувство самосохранения?

Прежде чем я успела ответить что-то достаточно едкое, в помещение вошёл лорд Корвен с выражением лица человека, который только что решил очень сложную задачу.

— У меня есть идея, — объявил он. — Лорд Морентайне, королевский канцлер. Он один из тех, кто тайно поддерживает вас. И он может организовать официальное приглашение для герцогини.

— Официальное приглашение? — скептически переспросила я. — Типа "Уважаемая герцогиня, король, который недавно пытался сжечь вас на костре, приглашает вас на чашечку чая и обсуждение вашей казни"?

— Не совсем, — терпеливо ответил лорд Корвен. — Приглашение будет от имени королевского совета, в связи с критическим состоянием его величества. Формально — как к единственному лекарю, способному помочь.

— Что не делает это менее похожим на ловушку, — заметил Райнар, не отрывая взгляда от карты.

— Разумеется, — согласился лорд Корвен. — Поэтому мы должны подготовиться к худшему. Запасные пути отхода, сигналы тревоги, люди на позициях.

— То есть полноценная военная операция по внедрению одной женщины с горшочком плесени, — подвела я итог — Звучит совершенно пропорционально.

— Зато увлекательно, — заметил Василиус. — Я бы заплатил за право посмотреть на это. Хорошо, что мне не нужно платить, потому что я пойду с тобой.

— Ты? — я ставилась на кота. — Зачем?

— Во-первых, потому что я говорящий кот, и это само по себе отличное прикрытие.

— все будут так заворожены моей способностью к речи, что забудут обо всём остальном. Во-вторых, я могу пролезть в любую щель и подслушать любой разговор. В-третьих, — он сделал паузу для драматического эффекта, — кто-то должен следить, чтобы ты не сделала что-нибудь геройское и глупое.

— спасибо за доверие, — съязвила я.

— Не за что, — невозмутимо ответил кот.

Следующие несколько часов прошли в лихорадочной подготовке. Лорд Корвен отправил тайное послание канцлеру Морентайне. Райнар организовал отряд быстрого реагирования, который будет ждать на безопасном расстоянии от дворца.

Я готовила лекарства, противоядия и всё, что могло понадобиться при лечении короля — или при побеге от королевской стражи.

— Что с тобой делать, если всё пойдёт не так? — спросил Райнар, когда мы остались наедине в моей лаборатории.

— Не знаю, — честно призналась я, аккуратно упаковывая флаконы с лекарствами.

— надеяться, что твой план спасения сработает быстрее, чем их план казни?

Он не