Шпионка против герцога - Дана Канра

хотела пойти за ними, как распахнулись двери гостиной, и в помещение быстро вошла герцогиня Дальгор, на этот раз без стражников. Остановившись возле дверей, она окинула всех нас прищуренным, довольным взглядом, и объявила торжественно:

- Дорогие претендентки отбора, я прошу вашего внимания!

Все шепотки и смешки мигом стихли. Я еще сильнее насторожилась.

- Да будет вам известно, что виновница нападения на графинь Эвиану Фенкель и Ансельму Штенцель, не только обличена, но и призналась в своем преступлении. Она скрыла, что рождена ведьмой, приехала на отбор и попыталась избавиться от самых перспективных претенденток путем убийства. Но храбрая распорядительница быстро помешала злодеянию. Теперь графиня Мирьям Теберт заключена в замковой темнице для дальнейшего дознания.

Выдержав долгую паузу, герцогиня обвела нас, притихших и напуганных претенденток, тяжелым взглядом.

- Я надеюсь, ни у одной из вас не возникнет глупого желания как-либо облегчить участь этой злодейки. Эта ситуация требует не только осторожности, но и преданности, - продолжила герцогиня, её голос стал более строгим. – Наша цель – найти не только сильнейшую, но и самую верную невесту. Помните: только истинная лояльность обеспечит вам шанс на победу.

Она сделала шаг вперед, и я увидела, как уголки ее губ едва заметно поднялись. Но это была насмешка, а не улыбка. Все мы знали, что ставки теперь невероятно высоки.

- Итак, - закончила герцогиня, - готовьтесь к испытаниям, которые покажут ваши истинные намерения. Нам нужно знать, кто вы на самом деле, и готовы ли вы оставаться честными до конца.

Глава 7

Сквозь высокие арочные окна замка, покрытые инеем, холодный зимний ветер проникал в зал, лениво шевелил занавеси из тяжелого бархата. Здесь, в этом величественном убранстве меня, графиню Талман и самозванку Тиль не покидало ощущение таинственности и величия окружающих. Обитые тяжелыми гобеленами стены рассказывали о забытой истории древних сражений фиаламцев, а золотые свечи в канделябрах тускло светили, создавая причудливые тени.

Этим вечером, впервые со дня приезда, нас, претенденток, пригласили в большой обеденный зал, где находились герцог и четыре его вассала. Я не сводила глаз с горящего камина – его пламя танцевало, создавая тепло в окружении ледяной зимы. На столах, накрытых белоснежными скатертями, лежали угощения – изысканные яства и лучшие сладости. Вокруг столов собирались молодые неаниты – дочери, сестры и жены приехавших, их богатейшие наряды блестели от обилия золотых нитей и драгоценных камней.

Возможно, уже этот вечер решит мою судьбу.

Лоиз со мной не пустили, а в компании Эвианы с Анселмой было неуютно, но кто же меня будет спрашивать? Надо просто пережить этот пир, и поэтому я чинно заняла свое место за столом.

Вокруг меня раздавались голоса, слившиеся с звоном столовых приборов и ароматом блюд. Герцог Виктор, высокий и статный, восседал во главе стола, его голос звучал уверенно и властно. Он расточал комплименты и шутки, относился ко всем одинаково. Я подумала о своем наряде – скромном, но изящном синем платье с высоким кружевным воротником, и о том, что, наверное, выгляжу не хуже своих соперниц.

- Удивительно, что нас пригласили сюда, - вполголоса произнесла Таника Ботт, оказавшаяся справа от меня.

Я повернулась к ней.

- Официальное начало отбора. Нас просто обязаны показать гостям, чтобы потом никто не заподозрил подлог.

В этот момент к столу подошел музыкант с лютней, играющий нежную мелодию, словно призывая забыть о переживаниях. Я закрыла глаза, погружаясь в музыку и пытаясь отвлечься от последних страшных событий.

Нападение разбойников, убийства, арест несчастной Мирьям…

Почему о ней никто не говорит?! Я обвела зал внимательным взглядом, и убедилась, что ни одна живая душа не помнит о бедняжке, которая сейчас томится в темнице. Учитывая ее южное происхождение, долго там Мирьям не протянет.

Между тем слуги начали нарезать подготовленные закуски и разносить основное блюдо. Подали жареное мясо под пряным соусом, и разложили по тарелкам нарезанные куски.

Я с ужасом думала о судьбе Мирьям, когда зазвучали голоса вокруг.

Герцог Виктор, велел наполнить его бокал вином и поднял тост за наше благополучие.

- Предлагаю выпить за счастье и любовь! – провозгласил он, глядя на всех нас светлыми, добрыми глазами.

Его слова были полны искренности, но едва ли он даже допускал мысль, что бедняжка Мирьям сейчас страдает. Или вовсе забыл о ней, как и остальные присутствующие.

- Интересно, - моего слуха коснулся осторожный, вкрадчивый голос, - о чем так сильно может задуматься молодая красивая девушка?

Не вздрогнув, я медленно подняла голову и повернулась к мужчине, который сидел слева от меня. Он был статен и хорош собой, но разве допускается свободное общение между вассалом герцога и его же возможной невестой? Я молча оглядела его элегантный костюм из темного бархата, перевела взгляд на белокурые, чуть волнистые волосы. Создает образ ухоженного аристократа, несмотря на диковатые обычаи и традиции северного края, наверное, много времени проводит в столице. В голубых глазах сверкали искорки любопытства.

Я смело подняла взгляд на его лицо.

- Задумалась о том, как быстро меняется жизнь, - ответила я, сохранив легкость в голосе. – Я здесь всего неделю, а кажется, будто прошло не меньше четверти кватриона.

Его улыбка стала шире, кажется, он оценил мой ответ.

- Позвольте представиться, граф Ганс Винтер к вашим услугам. А вы, я понимаю…

- Аранийка, - ответила с неким вызовом. Вспомнила, что короля Арании тоже зовут Ганс, а это имя свидетельствует либо о незаконнорожденности, либо о небогатой фантазии родителей. Но не стала развивать эту мысль. – Одет Тиль.

- Одет… - произнес он мое имя с особой интонацией, словно, не веря в его подлинность. – Интересное имя.

В то время как остальные гости продолжали разговоры о разных пустяках, я искала в его голосе явный намек на мою ложь, но не находила. Посмотрела в другую часть зала, услышала очередной тост за женское счастье, произнесенный герцогиней, и моя тревога за Мирьям усилилась.

Но Ганс смотрел на меня внимательно, в ожидании ответа.

- Да, - промолвила я, вовремя спохватившись, - благодарю вас.

Голубые глаза опасно сузились. Ему было мало одной благодарности, он желал большего, и потому смотрел на меня жадно, с яростным вожделением. Никогда бы не подумала, что стану объектом страсти северного вассала. Интересно, что скажет на это Дальгор? Я покосилась на герцога, а Ганс уже воспользовался моей заминкой и принялся гладить пальцы руки, которую я случайно опустила на стол. Улыбка на его тонких