Факультет бытовой магии. Охота на принца - Матильда Старр

вовсе не рассчитана на то, что ее воспримут так буквально.

— В одном я с тобой согласен, — вздохнул рыжий. — Все-таки неправильно принц ищет себе жену.

— Неужели? А как же тогда правильно? — ехидно спросила я.

По оживленному блеску в глазах я поняла: у него есть на этот счет собственная теория. И хочу я этого или не хочу, сейчас мне придется ее выслушать.

Глава 22

— Я считаю, — Рыжий даже отложил вилку, — принц должен устроить отбор. Что-то вроде конкурса, понимаешь?

Я мотнула головой:

— Не понимаю.

— Ну, собрать всех желающих, придумать для них всякие задания. Спеть там, сплясать, стишок рассказать, показать магические фокусы… В общем, кто во что горазд.

— Ты это серьезно? — не поверила я своим ушам. — Считаешь, именно так надо выбирать королеву?

Надо сказать, он меня разочаровал. Надо же было придумать такую глупость!

— Да-да, именно так. Собрать заявки, провести первый тур отбора и… — он сделал эффектную паузу, — Сразу же отказать всем, кто в нем участвовал.

— В смысле? — теперь я вообще перестала хоть что-то понимать.

— Ну послушай, это же очевидно. Настоящая королева ни за что не стала бы участвовать в этом цирке. Таким образом сразу бы отсеялись все неподходящие претендентки. А вот к остальным можно было бы и присмотреться…

Я рассмеялась. А заодно вспомнила цветочные клумбы на головах моих сокурсниц. В этой его идее явно было какое-то разумное зерно.

— Хотя нет, — вдруг сказал он. — Все-таки можно было объявить второй тур и вычеркнуть из черного списка тех, кто сам откажется продолжать участвовать в этом безумии. Все-таки велика вероятность, что кто-то из девушек придет на отбор по принципу: «Все побежали и я побежал». Если у какой-то хватит ума уже в процессе сообразить, что творится какая-то дичь, значит, она не безнадежна.

Я рассмеялась.

А этот парень точно не глуп.

Решение, которое он придумал, конечно, весьма сомнительное, да и вообще сама мысль о том, чтобы подвергать хороших, в общем-то, девчонок, чьи умы захватила мечта о принце, таким унижениям, казалась мне довольно жестокой. Но в остроумии и нестандартном мышлении этому парню точно не откажешь.

Я внимательнее присмотрелась к своему визави.

А ведь он не только умный, но и симпатичный.

Как это я раньше не замечала? Волосы рыжие, а вот брови черные, как смоль. И глаза синие-синие.

Овал лица мужественный, нос прямой, да и вообще профиль хорош, хоть на монетах чекань.

А губы… Про губы ничего конкретного я подумать не успела. Просто пришла к выводу, что выглядят они чертовски соблазнительно, особенно сейчас, когда сложились в усмешку.

Почему-то пришло в голову, что на ощупь они должны быть мягкими и… Черт побери, о чем я вообще думаю?

Я на мгновение вышла из странного оцепенения и обнаружила, что парень тоже уже не усмехается, а рассматривает меня. Жадно, пристально, с явным мужским интересом.

— А ты знаешь, что ты очень красивая? — внезапно охрипшим голосом проговорил он.

Он считает меня красивой? Сердце бешено застучало в груди. Я напрочь забыла о том, что до сих пор этот парень вызывал у меня только раздражение.

— Не знаю, — прошептала я.

Чистую правду прошептала, между прочим. Понятия не имею, красивая я или нет. Вроде ничего, но уж точно не из числа красоток вроде Ванессы. Во всяком случае, парни никогда не забрасывали меня записочками, не звали на свидания. Так что, наверное, все-таки не очень.

И все же, если быть честной, я ответила так совершенно по другой причине: мне ужасно хотелось, чтобы он продолжал. Слышать, что ты красивая, вообще очень приятно. А уж если об этом говорит такой привлекательный парень, то приятно вдвойне.

— Ты совершенно невероятная, — он смотрел на меня так, словно увидел впервые. — Казалось бы, ничего особенного, а глаза такие выразительные… А еще ты искренняя и настоящая. А когда злишься — просто красавица… Но когда не злишься тоже красавица!

Я уже слушала его вполуха. Мой взгляд, который до этого сосредоточился на лице и губах, теперь блуждал по его широким плечам. Форменная рубашка не очень-то скрывала крепкие мышцы. А ведь он довольно силен. Я вспомнила, как ловко он уворачивался от моей заколдованной утвари и под ложечкой тоскливо засосало. Хорош, чертяка! Вот бы с ним…

Что?! Черт возьми, о чем я думаю? Это же ненормально!

До меня вдруг дошло: а ведь действительно ненормально… К этому времени парень уже буквально пожирал меня взглядом, того и гляди набросится.

Я резко поднялась из-за стола.

— Так, пойдем отсюда, сейчас же!

— Согласен!

Уже через мгновение он стоял рядом, водрузив руку мне на талию и хрипло шептал на ухо:

— Уверен, здесь хватает куда более укромных закутков…

От этого его шепота по спине прокатились жаркие мурашки. Я поняла, что совершенно не хочу искать никакие укромные закутки, а хочу прямо здесь…

Черт побери!

— Да-да, именно, поищем закуток, — торопливо согласилась я, выскочила из импровизированной беседки и побежала по тропинке, не особенно разбирая, куда именно. Лишь бы подальше от этих алых пахучих цветов.

Я не сомневалась, что дело в цветах. Остатками затуманенного внезапным наваждением разума я все-таки успела сообразить: не просто так мы синхронно воспылали друг к другу страстью.

А еще вспомнила, что когда-то читала о заморском красном цветке — название я конечно не вспомню. У нас он не растет, но сушеные лепестки периодически завозят, их используют для любовных зелий. Однако сушеные лепестки — совсем не то, аромат живых цветов действует гораздо сильнее.

Точно, была статья в каком-то журнале. Ее автор сетовал, что у нас это растение очень плохо приживается и практически никогда не цветет. Он призывал ученых заняться этой проблемой, разумеется, чтобы улучшить демографическую ситуацию в стране.

Да-да, именно поэтому статья и осталась в памяти: я решила, что автор идиот.

Похоже, не все разделяли мое мнение: кто-то этим всерьез занялся и достиг определенных результатов. Прямо в нашей ботанической зале и достиг!

Катрина действительно все продумала, не случайно же наш романтический столик оказался именно там!

Я летела по дорожке вперед и изо всех сил старалась сосредоточиться на том, что мое внезапное влечение к этому обалденному красавцу — вовсе не мой выбор, а морок, наведенный гадскими цветами.

Это было довольно трудно. Потому что…

Ну кому в здравом уме может не нравиться этот потрясающий, невероятный, восхитительный парень?! И раз уж судьба была ко мне