Айви. Дочь Дракона - Лея Кейн

До окончания первой лекции оставалось несколько минут. Поэтому я не стала перебивать профессора Анфлеира своим опозданием и вошла в аудиторию после небольшой перемены.

Я надеялась, что декан посвятил лекцию обрисовке важности своего предмета, не углубляясь в материал. Однако учебный стенд изобиловал портретами исторических личностей, внесших, как оказалось, большой вклад в магическое равновесие в нашем мире. Особое внимание он уделил знаменитой ведьме Цирцее, некогда служащей восточному царю Хелиану в качестве тайного советника; а также одному из моих предков — Нидхогру Тао-Дэшу. Именно он повлиял на нынешнее положение драконов, считающихся отдельным от остальных магов племенем.

Все это мне вкратце пересказал один любезный мужчина, годящийся мне в отцы, но по воле случая ставший моим одногруппником. Он даже разрешил пробежаться глазами по его конспекту, в отличие от Корделии Гицур и ее безымянной подружки, которые только шушукались и хихикали, явно обсуждая мой поцелуй с Астаром Харавией и гадая, какое наказание меня ждет.

Но на второй лекции к группе присоединилась не только я. Один из тех эльфов, что изволили утром явиться в академию, почтил нас своим присутствием.

— Митрандиил Алдарон, — представил его всем нам профессор Анфлеир.

Эльф ни на кого из нас не взглянул. Обвел плавным взглядом аудиторию и грациозно опустился на свободное место за первым столом — так, чтобы всем нам было прекрасно видно его беловолосый затылок.

Его, судя по всему, правило носить единую форму на касалось. Он был все в том же дорогом, расшитом серебряными нитями камзоле, а в красиво уложенных волосах сверкали драгоценные заколки.

Взмахнув рукой, Бьяр Анфлеир поднял со своего стола два чистых листа и опустил их передо мной и Митрандиилом. То же самое он проделал и с перьевыми ручками. Но если я сразу сосредоточилась на лекции, то эльф монотонно спросил:

— Вы сомневаетесь в моей безупречной памяти, профессор? Считаете, я должен вместе с остальными конспектировать элементарное? Я — представитель могущественного клана высших эльфов. Половину того, что вы преподаете студентам, я впитал еще с молоком матери.

— Что ж, — ничуть не оскорбившись, улыбнулся декан, — в таком случае, не вижу смысла вас тут задерживать. Удостоите нас своим участием в учебном процессе, когда сочтете это нужным.

— Вы не имеете права прогонять меня с лекции.

— А вы — срывать занятия. Если полагаетесь на свою память, можете ничего не конспектировать, но потом не жалуйтесь на плохие оценки, когда дело коснется контрольных работ. Большинство магических правил недозволительно истолковывать своими словами. Их важно зубрить. Особенно это касается заклинаний. А их мы изучим несколько сотен.

Убедившись, что эльф не намерен продолжать перепалку, профессор приступил к теме лекции, и следующие четыре часа мы впитывали массу бесполезного с практической точки зрения материала. Бьяр Анфлеир рассказывал про истоки и дифференциацию магии, происхождение фамильяров, реформаторскую деятельность, влияние магии на положение вещей в мире и многое другое, что нагоняло скуку не только на эльфа, Корделию Гицур и меня. Зевали абсолютно все.

Чтобы не уснуть, я время от времени марала бумагу чернилами, пытаясь успеть записать новое имя, пока оно еще вертелось на языке, или даты, или исторические факты. По крайней мере, учеба отвлекла меня от Астара Харавии и гарема моего будущего мужа.

После обеденного перерыва декан устроил нам экскурсию по академии. Он провел нас по всем корпусам, сводил в мастерские, читальный зал, музей, сад и тренировочную площадку, где возводились странные декорации.

— Завтра у старшего курса защита летних проектов, — пояснил профессор. — Всем первокурсникам разрешается посмотреть. Так как вы будете ускоренно изучать все аспекты магии, то понаблюдаем за всеми тремя факультетами. Только не расслабляйтесь. Послезавтра поделитесь своими размышлениями по поводу самых впечатляющих и действенных работ. Возможно, выявите ошибки. Или, наоборот, у вас возникнут вопросы. В любом случае, этот опыт будет полезен и может сыграть решающую роль в выборе темы для вашего выпускного проекта.

Мы значительно воодушевились. Наконец-то посмотрим на настоящую магию.

— На этом сегодня все. Увидимся завтра. Не забудьте переписать конспекты в тетради. И в следующий раз их не забывайте, — отпустил всех профессор, а меня попросил задержаться: — Госпожа Дэш, будьте так добры, уделите мне минуту внимания.

— Слушаю, — ответила я, изогнув бровь и ожидая услышать очередные наставления по поводу моего поведения.

— Я долго думал, кого назначить вашим наставником, — неожиданно сказал он. — Вы весьма неординарная личность. Да и дочери драконов еще никогда не учились в этой академии. До меня дошли слухи, что вы владеете стихийной магией.

Озадаченная его комплиментом, я вдруг почувствовала какой-то подвох. Анфлеир будто не помочь мне хотел, а исследовать мой потенциал. Он буквально горел азартом, желал выяснить предел моих возможностей, ведь для каждого профессора отдельно взятый студент — тоже своего рода проект.

— И что же вы решили? — перешла я ближе к делу.

— Что вы должны попасть в руки лучшего из лучших. Не сомневайтесь, я руководствовался здравым смыслом. Наставничество тогда дает плоды, когда раскрывает в подопечном безграничную силу. Я уверен, что этот выдающийся студент поможет вам добиться успеха.

— Вы меня заинтриговали, — вымолвила я.

Декан перевел взгляд в сторону и улыбнулся, встречая моего приближающегося наставника.

— Уважаемая госпожа Дэш, я рад представить вам лучшего студента боевого факультета. Нрав у него отчаянный, что зачастую создает проблемы. Но в области магии ему нет равных в этой академии. Кстати, вы уже знакомы…

Я проследила за взглядом профессора и медленно повернулась. Передо мной вырос он — мой личный кошмар.

— Господин Астар Харавия, — зачем-то представил его Бьяр Анфлеир, и тот плотоядно оскалился, довольствуясь новым поворотом событий. — Боевой маг первой категории.

Глава 17

Я дергаными движениями стащила с себя пиджак, скинула туфли, расплела косу и швырнула ленту в сторону.

За какие грехи я так сурово наказана выбором наставника? Я даже на охоту выходила лишь раз, когда мы брали пиратское судно. А моряка, которому спела и одарила его поцелуем, так и не смогла утащить на дно. Либо не хватило духа, либо был переизбыток жалости. Наверное, потому мне и не везло. Из-за собственной сострадательности.

— Не состоялся разговор с отцом? Или Делавэль сурово наказала? — спросила Рэгна, сидя на столе и болтая ногами.

Вид у нее был мрачный. По всей вероятности, тоже день не задался.

— А с тобой что? Провалила летний проект?