Ювелирная лавка госпожи Таниты - Соня Марей

За столом я выслушала тысячу забавных историй из детства своего жениха, лекцию о драгоценных камнях и об их добыче, а в конце господин Торен обещал провести экскурсию по горным выработкам. Всегда мечтала там побывать, увидеть все своими глазами.

– Дети, – обратилась госпожа Эльза к нам. – Глава гномьей общины Олмеза очень вас ждет. Ему не терпится посмотреть на ту, что подарила рецепт изготовления идеального серебра. И сделать символический подарок.

***

Как бы я ни просила Дарена намекнуть, что мне приготовили, он не хотел раскалываться.

– Потерпи, моя любопытная невестушка, скоро все будет, – и ласково, но твердо сжимал плечи.

Если люди жили, в основном, в надземной части Олмеза, то гномы обитали в так называемом Нижнем Городе – он скрывался в сердце горы. Туда-то мы и отправились, оставив Тимоша с Вардой на попечение будущих родственников. В доме и во дворе было что посмотреть и чем заняться.

Зря я думала, что под землей меня ждет дефицит света и воздуха. Просторные каменные залы и коридоры были светлыми и хорошо вентилировались.

– Глава общины хотел вручить подарок самолично, – говорил пожилой гном, которого выделили нам в сопровождение. – И, конечно, хотел взглянуть на женщину, которая знает секрет идеального серебра и делает магические украшения.

Такое внимание даже смущало, зато Дарен надо мной подтрунивал.

Наконец, нас провели в просторный зал, стены которого были увешаны оружием, щитами и деталями доспехов. За длинными столами гномы в рабочей одежде что-то мастерили, среди них выделялся самый крупный, волосатый и пузатый – господин Тейназ. Была бы одна, испугалась, но присутствие Дарена вселяло спокойствие.

– Явились, гости дорогие? – оскалился он, показав золотые зубы, и взгляд глубоко посаженных глаз остановился на мне. Казалось, он глядит прямо в душу и выворачивает наизнанку. – Что ж, давайте пройдем в мой кабинет, там и познакомимся поближе.

На второй взгляд этот гном оказался не таким страшным, как на первый. Он мило расспрашивал нас о жизни, интересовался моими украшениями и пытался выведать, откуда мне известен рецепт серебра.

– Увидела во сне, – соврала, не моргнув и глазом.

Не знаю, поверил гном или нет – только ухмыльнулся в усы. Потом грузно прошагал к сундуку в углу и откинул крышку.

– Раз уж обещал, сделаю я тебе подарочек, человеческая женщина.

Повернулся к нам, торжественно держа в руках свиток. Откашлялся и начал читать:

– Именем Древней Горы принимаю тебя, женщина, в род гномов Олмеза. Имя твое будет вписано в эту грамоту, будет увековечено на стенах Нижнего Города. Грамота сия дарует тебе право входить сюда в любое время, искать защиты, торговать и останавливаться на постой, а так же приобретать жилье. Кхе-кхе… А теперь иди сюда, – он поманил меня пальцами-сосисками. – Я впишу твое имя кровью, как и завещали наши славные предки.

Это что, я типа стала родственницей гномов? Веко задергалось, и я прижала его ладонью.

– Это… такая честь… спасибо… – я не знала, что сказать, и растерянно уставилась на Дарена. – Кровью? Что, серьезно?

– Простите, господин Тейназ. Моя невеста плохо знает обычаи горного края. Позвольте, я объясню…

И Дарен сказал, что теперь у меня будут новые документы. Это большая честь, когда Глава принимает тебя в общину, ее удостоилось совсем мало людей. Но я тоже не хухры-мухры, подкинула горному народу ценный рецептик. И да, по бумагам теперь я буду считаться гномкой. Вот Тимош с Вардой посмеются!

– А ничего, что у меня уже есть другие документы? – спросила я шепотом.

Дарен пожал плечами.

– Да гномам, как ты говоришь, пофигу. А вот грамоты, выписанные в Олмезе, принимают по всему королевству. Теперь я женюсь не на Таните Зорвир, а на тебе, – и, обхватив мою талию, прижал меня к груди.

Уже не боясь, я подала руку господину Тейназу и слегка поморщилась, когда острый стержень проколол безымянный палец.

– Как звать тебя, человеческая женщина?

– Татьяна… – я проглотила ком, застрявший в горле. В носу предательски защипало – как давно я не называла родное имя. – Белова.

Гном вывел аккуратные буквы с завитушками и подул на пергамент, полюбовался своей работой.

– Готово, Белая Танья, – произнес мое имя на свой, гномий манер. – Ты всегда желанный гость в нашем доме.

А потом мы отправились гулять по пешеходным тропам, и Дарен потащил встречать закат на каменный карниз. Глядя на раскинувшееся внизу великолепие, я поняла, что настала пора вручить подарок. Достала из внутреннего кармана алый бархатный мешочек и протянула Дарену.

– Что это? – он приподнял брови и округлил глаза. – Подарок для меня?

И стал похож на ребенка, который застукал под елкой Деда Мороза. Потом потянул завязки…

На ладонь легла золотая подвеска в виде раскинувшего крылья дракона. Я подчеркнула изгибы и бороздки, делающие фигуру ящера объемной, у господина Домича попросила толстый кожаный шнур кофейного цвета. Все это как нельзя лучше подходило Дарену. И, видя, как зажглись его глаза, я приподнялась на носочках и поцеловала в колючую щеку.

– Все-таки освоила золото. А мне не сказала… – мягко попенял он и щелкнул застежкой шнура. Один дракон гордо лег на грудь другому дракону, и в этот момент я заметила первые снежинки.

Пока еще редкие, они касались лица и тут же таяли. Порхали над нашими головами, как белоснежные пушистые мотыльки. Стало так радостно, спокойно, словно я, действительно, была на своем месте. И моя судьба была определена задолго до того, как Варда и Тимош загадали себе тетушку.

– А хочешь, немного пошалим? – Дарен наклонился к моему лицу, мигом превратившись в хитрющего кота.

– Ты о чем?

Мало ли, что задумал мой женишок. Иногда не поймешь всерьез он говорит или шутит.

– Вряд ли у меня будет миллион возможностей обращаться драконом, но сейчас-то я дома. Можно улететь далеко-далеко в горы, где вообще нет никого, никто нас не увидит.

– Так, стой… ты что это, летать удумал? – я подозрительно сощурилась и положила ладони ему на грудь.

– Конечно. По-моему, это чудесная идея, – сказал он вполне серьезно. – Ты со мной?

С детства во мне сидел страх высоты и, стоило представить, как я взмываю в небо на драконьей спине, как внутри все сжалось. Теперь я была готова бежать отсюда, сверкая пятками!

– Не-не-не, я другие полеты предпочитаю. Может,