Виктория 2 Железная леди Запада - Анна Дант

— Скажу по секрету, Виктория, — мужчина усмехнулся. — Я ещё любящий муж и отец. Для меня счастье моей семьи важнее, чем несколько сотен золотых. Но женщины столицы уже переходят все границы в гонке за самый лучший наряд. А модистки бессовестно пользуются этим. Пора бы решить этот вопрос.

— Решили урезать доход модисток? — рассмеялась я. — Вам спасибо не скажут.

— Скажут, — фыркнул Вернон. — Уж поверьте, лучше лишиться части дохода, чем лишиться жизни. И не смотрите так на меня, Виктория. Я ежедневно подписываю счета, которые приходят от торговцев. Даже лучшая и редкая ткань не стоит больше тридцати золотых. Но я ни разу не видел свою жену или дочь в платье из самой дорогой ткани. Значит, модистки столицы решили, что королевский указ можно игнорировать.

— Королевский указ? — заинтересовалась я. — Королевство контролирует наценки?

— Конечно, как же без этого? Наценка за работу не более пятидесяти процентов от стоимости материала.

Я мотала на ус, чтобы банально не облажаться, когда буду устанавливать цены на продукцию графства.

— А что касается сферы развлечений? — задумчиво спросила я.

— Что именно вы имеете в виду? Не совсем понимаю.

— Я хочу отстроить небольшой закрытый клуб, — принялась рассказывать, раз есть возможность получить консультацию. — Скажем… Постоялый двор для высшей знати, где можно будет задержаться на пару недель. Отдохнуть, развеяться. Охота и закрытый мужской клуб для мужчин, процедуры красоты для женщин. Но теперь я в замешательстве, какую стоимость ставить.

— Ваш доход в этом случае может составлять не более пятидесяти процентов, как я уже говорил, — улыбнулся Вернон. — Строительство клуба — ваши расходы, которые не входят в стоимость отдыха. Далее… Далее вам необходимо рассчитать, сколько потратите на обслуживание клиента. Как и на любом постоялом дворе. Продовольствие, работа прислуги, обслуживание клуба. Считаете средние показатели и прибавляете сорок пять процентов — именно таков будет ваш доход. Поняли, почему сорок пять процентов, а не пятьдесят?

— Чтобы не допустить нарушения, — задумчиво произнесла я. — Ведь сумма не будет точной до последней медяшки, да и расходы будут плавать из-за наценки на товары.

— Именно, — кивнул мужчина. — И из этих сорока пяти процентов в казну вы должны оплачивать десять процентов налога.

— Тридцать пять чистыми, — тихо подсчитала я. — Мне следует хорошенько всё посчитать.

— А знаете что, напишите план. Вы ведь приехали на бал, верно?

— Верно, — кивнула я.

— Узнайте стоимость товаров в столице, накиньте ещё десять процентов, напишите план и подробно распишите, сколько потратите на строительство. И принесите его мне, а я вам помогу соблюсти все законы.

— Благодарю вас, Вернон, — искренне отозвалась, широко улыбнувшись. — Ваша помощь неоценима!

— Вы мне нравитесь, Виктория, — внезапно произнёс граф, а я насторожилась. — Нет-нет, не думайте, что я вам сделаю недостойное предложение и посягну на вашу честь. Мне импонирует ваш ум. Вы действительно хотите развития для Запада и для своих людей. И я рад, что Его Величество позволил вам быть лордом Земель. Конечно, за вами будут следить. Так что не стесняйтесь обращаться ко мне, я помогу. Помогу, потому что мне нравится то, что вы делаете.

Один Зайкхан явился вместе с секретарём.

— Ваше Сиятельство, — кивнул мне, приветствуя. — Мне сказали, требуется моя помощь?

— Несомненно, Один, — усмехнулся Вернон и повернулся к секретарю. — Даррел, документы.

— Вот, Ваше Сиятельство, — мужчина положил папку перед казначеем. — Что-то ещё?

— Нет, свободен, — отмахнулся Вернон и углубился в чтение. — Да, как я и предполагал, завещание было написано. Один, проконсультируй графиню по поводу вдовствующей графини.

— А что, возникли проблемы? — удивился мужчина, поворачиваясь ко мне.

— Мне надо сократить расходы Её Сиятельства, — поморщилась я.

— Да всем нам надо, — фыркнул Вернон, но на вопросительный взгляд поверенного качнул головой. — Потом расскажу. Пока посмотри документы. Что можно сделать, чтобы отцепить свекровь от кормушки и при этом не испортить себе репутацию?

— Интересно, но непонятно, — хмыкнул мужчина. — Я жажду подробностей.

— Да чего уж там, — поморщилась я. — Вдовствующая графиня бессовестно разоряет поместье, пользуясь доступом к казне графства. С такими успехами, земли уйдут с молотка в течение полугода, максимум год.

— А вы окажетесь у Мерседэ в кабинете, — понятливо кивнул поверенный и потянулся за бумагой и пером. Быстро что-то написав, граф поставил подпись и протянул Вернону. — На, заверь.

— Хм, не подумал об этом, — усмехнулся Вернон, но закорючку поставил. — Виктория, прочтите и распишитесь.

— А что это? — спросила, забирая документ. — Ого, запрет на совершение операций по счетам графства… А разве не от моего имени должно быть заявление?

— Так быстрее, — фыркнул казначей вновь вызвал секретаря. — Даррел, отнеси в банк, передай лично в руки Мирету. Пусть приостановит все сделки.

— И это всё? — удивилась я. — Теперь можно спать спокойно?

— Вы не можете оставить вдовствующую графиню без средств к существованию. Но я понимаю, что вам не следует сейчас участвовать в скандалах. А скандал будет. Как же, несчастную женщину, вдову, потерявшую сына, выгоняют из родового поместья.

— И что делать? — тихо спросила я. — Репутацию портить никак нельзя. Тем-более, перед балом, где я буду представлена Его Величеству.

— Верно, поэтому сделаем вид, что это была проверка исключительно по моей инициативе, — усмехнулся поверенный.

— Я не планировала выгонять Катриону Дельмар из дома, — осторожно произнесла я. — Пусть живёт, но и аппетиты поумерит.

— У графини есть поместье, её приданое. Так что на улице графиня не останется. Да, дохода у поместья нет, так что придётся выплатить ещё двести золотых в год для содержания слуг и поместья в жилом состоянии. Подумайте…

— Я не хочу лишать Катриону остатков семьи. А именно так и произойдёт, если я отправлю её туда. Моя дочь вряд ли когда-либо встретится с бабушкой, да и как Катриона будет жить в одиночестве?

— Также вы можете оставить её здесь, в столице, — предложил Вернон.

— В столице, где платье стоит сотню золотых, при этом имея содержание в триста? — поморщилась я. — Знаете… Я поговорю с графиней. Если Катриона решит остаться в столице, я возьму на